Эмиссар
Шрифт:
— Как-как зовут?
— Зовут «», - я, соответственно, помолчал секунду, чтобы обозначить своё имя, — соизволите представиться и Вы?
— У гоблинов есть старая традиция, чем достойнее род, тем больше букв может содержаться в имени. В нашем племени мало кто её уважает, но тебе бы это подошло.
— А в моём мире есть другая, потому и прошу Вас представиться. Мы же оба заинтересованы в плодотворном сотрудничестве!
Гоблин был немало удивлён таким поведением, потому развлекался. Наверное думал,
— Эруг. И что это за традиция?
— Прекрасно! А то я, признаться, для себя прозвал Вас Кубом. А традиция? Сущий пустяк. Мы с Вами сошлись в таком интересном и сложном поединке, где каждый мог в какой-то момент погибнуть. И каждый раз я переживал, что Вы погибнете, а я так и не узнаю Вашего имени!
— Я не пытался тебя убить, — уже очевидно, конечно, но если он выболтает чуть больше, будет замечательно.
— Зато теперь моя душа спокойна.
— Что ты имеешь ввиду?
— Когда этот поединок закончится и я убью Вас, я буду знать что одолел Эруга, Эмиссара Хаоса восемнадцатого уровня!
Эруг засмеялся вместе со мной, а затем резко прекратил, достал нож и резанул по бедру связанного Кота. Его реакция мне не понравилась. Я ожидал какой-то ярости, злобы, а он был совершенно хладнокровен.
Тем не менее, меня он не резал и не калечил. Уверен, на то есть причины.
— Слушай, у меня нет на это времени. Ещё одна тупая шутка и я убью твоего друга.
— Ты так уверен, что он мне друг?
— Только что проверил. По твоей кривой роже всё понял.
— Почему режешь его, а не меня?
— Не строй из себя тупого. Ты же уже понял, что ты останешься цел. Более того, мне даже нет резона тебя убивать.
Опять меня подвёл самоконтроль. С другой стороны, а что бы он делал, если бы решил что мне нет дела до жизней и страданий союзников? Не представляю.
— Хорошо. Каков расклад?
— Где ключ?
— Далеко.
Наши сумки, конечно же, выпотрошили. В сумку контрабандиста гоблин заглянуть не мог, но не стал уничтожать артефакт. Видимо, она имела немалую ценность, а после смерти владельца привязка, скорее всего, спадёт.
Если бы ключ был там, гоблин бы его получил с моей смертью. Но он был, конечно же, у Рюу. Где-то очень далеко на западе.
Куб-Эруг кивнул.
— Жалко, конечно, но не критично. Главное — не соврал. Теперь следующий вопрос. Как называется твой навык?
— Какой?
Куб как будто между делом вонзил нож в другое бедро Кота, а затем приблизился ко мне. Отгрызть ему морду что ли? Я подобрался назад, как будто в страхе и опасении. Вряд ли я убью его зубами, но в такой отвратительной ситуации — все средства хороши.
— Будешь строить из себя идиота — твой друг не доживёт до конца вашей «миссии». Как называется
— Систематизация Памяти.
— Памяти?
— Памяти.
— А это ещё тут причём? Мне дела нет до твоей «памяти»! — последнее слово он буквально выплюнул.
Он отпрянул и мерить шагами небольшую комнату.
— Ладно, поступим иначе. Видишь это? — он достал из своей сумки наконечник копья первой версии, — скажи, что будет, если я воткну его в ногу твоего друга?
— Стой! Он умрёт. Не делай этого, — занесённый для удара нож остановился.
— Значит ты всё же вспомнил? — до меня, наконец, дошло. Системное оружие было ценным, а значит и мои «наконечники» были своего рода сокровищем. А если учитывать их количество, совершенно одинаковый внешний вид и прочее... гоблины сложили два и два. Он видел и наконечник моего копья, но вряд ли понял, что их генерирует копьё, а не я. В конце концов, я ведь мог создать наконечник каким-то навыком, а затем нацепить его на копьё.
Своё копьё я, конечно же, спрятал в сумку пока ещё была такая возможность.
— Я понял, о чём ты, — я лихорадочно пытался придумать подходящее название, — Малая Материализация. Малая Системная Материализация.
— Воооот, теперь мы поняли друг друга. Какой ранг?
По моему лицу вообще не должна быть видна задумчивость, иначе нас обоих просто убьют. Какого ранга могла бы быть такая способность? Ранг F — что-то простое, типа малого заживления или использования ядов. То же исцеление было уже выше. Телекинез — ранг Е. Круче ли это Телекинеза? Пожалуй, значительно.
— Е+
— Прекрасно! — чёрно-бело-красное лицо Джокера-Два снова растянулось в улыбке, — запиши его сюда, — он положил передо мной тройку пустышек Е ранга. Мои руки были связаны спереди, потому я вполне мог до них дотянуться.
— У меня отключены системные навыки.
Нож между делом перекочевал из левой ноги Кота обратно в правую. Тот, покрываясь потом, стонал в кляп.
— Помнишь? Строишь из себя идиота — страдает твой друг.
Я помнил. И как действовать в этой ситуации?
— Ты же убьёшь меня, когда я закончу? Нас обоих?
Джокер засмеялся.
— Зачем мне это? Давай поступим иначе! Три карты, четыре жизни. Нет, что-то не сходится, — коротким движением он вытащил нож из многострадальной ноги Кота и вонзил ему в сердце, — три карты, три жизни. Сейчас я немного отведу душу, охотясь на твоих оставшихся друзей. Испортишь одну, один твой друг повторит его судьбу. Испортишь все — вы все умрёте.
Кот доживал последние секунды своей жизни, а я сидел напротив связанным. Я не мог назвать Кота настоящим другом, но как минимум боевым товарищем он точно был. Сейчас же его убили просто так, между прочим. Без значительной на то нужды.