Эмиссар. Часть 2

Листратов Валерий

Начинает открываться аппарель. Тут же выскакиваю из дирижабля. Слишком неоднозначно нас встречают. Жителей замка прекрасно понимаю — у них для доверия к нам нет никаких оснований, кроме слов наследницы, так что к десятку людей, рядом с входом внутрь башни отношусь с пониманием.

К тому, что они в нас целятся, а один из них — маг с готовым к атаке конструктом — тоже. Для того и выпрыгиваю первым. Я то как раз могу незаметно подстраховать матросов, в отличие от моих магов.

Виталий и Глеб тоже следуют за мной, и маг тоже спрыгивает

уже с готовыми конструктами. Останавливаю своих.

Для местных мы появляемся из облака. Так что если им спокойнее, то пусть целятся. Показываю рукой на трюм.

Матросы, с помощью мага, тут же начинают выгружать на крышу ящики из дирижабля.

Тут же на стене появляется ещё один дядька. Причем я чувствую сигнатуры, и это не было срежиссировано. Он на самом деле спешил подняться снизу, и появиться как можно быстрее.

Седовласый крепкий мужик одет в очень специфическую одежду — в российском военном мундире, на который накинут турецкий халат с саблей и в чём-то напоминающий чалму. Я немного даже удивляюсь. Еще больше удивляюсь, когда он подходит ближе. Все же в ночи лицо не так бросается в глаза, а на крыше лишней иллюминации просто нет.

У дядьки совершенно потрясающие усы, которые свисают чуть ли не до груди, но при этом абсолютно голый подбородок. В первый раз вижу такой набор внешних данных.

За ним бежит щуплый мужик и уговаривает его не ходить:

— Ваша светлость, ваша светлость! Вам нельзя ни в коем случае! Дайте возможность воеводе сначала узнать, кто это.

— Ерунда! Кто это может быть?! — отмахивается от своего, видимо, секретаря хозяин замка. — Отставить! — по ходу движения командует своим бойцам. Те тут же убирают винтовки.

Сразу же становится спокойнее, что кто-нибудь случайно куда-нибудь выстрелит.

— Разве не видно, что это те, кого мы ждем?! — продолжает он. — Так! Кто из вас Максим Рысев?

Широкими шагами идёт ко мне дядька.

— Я, — подаю голос.

Дядька подходит ко мне на расстояние вытянутой руки, осматривает, потом резко делает шаг вперед и порывисто обнимает.

— Спасибо, парень, спас дочь. Не думал я, что мы с тобой хоть когда-то увидимся, но как есть. Не знаю, в чём будет твоя нужда, но если вдруг будет, то говори — помогу.

— Если что, буду иметь в виду. — удивляюсь. — На моём месте каждый поступил бы так же!

— Может быть. Но не каждый бы справился. Мне дочка рассказала, больше рассказала её дуэнья. Есть за что. И не спорь. Если вдруг нужна будет моя помощь или поддержка, знай, что князья Огинские будут всегда на твоей стороне.

Окидывает взглядом разгрузку. Смотрит снова на меня.

— Слышал я, слышал про боярский род, слышал про то, что ты человек императора. Мы, Огинские, всегда нейтралами были. Теперь на какой стороне ты, на той и будем мы. Если вообще этим можно хоть как-то отплатить…

— Да нет, если будет нужно, я, конечно, попрошу, но пока будьте собой, — меня немного ошарашивает такая реакция,

но вообще ее прекрасно понимаю. Шансы на то, что он мог потерять свою дочь, прямо скажем, большие.

— Хорошо, я тебя услышал. — Кивает князь. — Ладно, к делу. Что привез? — спрашивает князь.

— Император сказал вам передать припасов и накопителей. — пожимаю плечами. — Вот их и привез.

— Что, прям сам император? — недоверчиво спрашивает князь.

— Да, прям сам император, — соглашаюсь.

— То есть нас не забыли? — уточняет.

— Нет, не забыли. И более того, рассчитывают, что вы будете держаться довольно долго.

— Правильно рассчитывают. — с удовольствием кивает Огинский. — Перевал мы удержим. Здесь нас никакой армии не взять, а с накопителями так уж совсем точно. За припасы спасибо отдельное. Но это не самое важное для замка.

— Да, мне уже сказали, — киваю на подошедших Виталия с Глебом. — Поэтому мы вам и захватили не только их, но и взяли как накопители магов, так и для замка.

— Да что ты говоришь? Даже крепостные накопители есть?

— Даже крепостные есть, — подтверждаю. — Там немного, с десяток, но это почти всё, что было на складах Минска.

— Немного говоришь, с десяток. — князь усмехается. — Горыныч, нам тут немного накопителей привезли, крепостных. Десяток. Как тебе новость?

Мужик, что мной опознан как маг, подходит. Конечно же, ни о какой атаке речи уже не идет.

— Действительно, немного, Никит. Всего-то хватит нам на… жизнь. Еще и внукам оставим.

— Нет. Не так. — усмехается и качает головой Огинский. Оборачивается ко мне. — Максим, каждый накопитель на счёт. Если вдруг будешь разговаривать с Его Величеством или с кем-то пониже, кто отвечает за эти вещи, скажи, что после того, как перевал откроют, я верну оставшиеся и себе ни кристалла не оставлю. Разве что, не заряжу. У меня магов не хватит быстро зарядить даже один. Только вы всё-таки поторопитесь. Мы всё же прогнозируем, что в связи с погодой обязательно османы нападут. Они постоянно считают, что мы слепые и глухие во время облачности. Ничему не учатся. — усмехается князь. — Так что сейчас чуть попозже обязательно пригонят кого-нибудь.

— Кого обычно гонят?

— Да обычно две пятерки магов пригоняют. Часа два атакуют ночью, часа в три, чтобы мы спали хуже, и отступают. Проверяют на прочность. Сдохла ли у нас защита? — смеётся Огинский. — Так, этой ерундой нас даже не зацепить, не то что не пробить.

Неожиданно в ночи вспыхивают яркие огни боя. Километрах в десяти от нас. Ближе к форту турок. Такое ощущение, что там мгновенно начался и сейчас идёт ожесточенный бой.

Прислушиваюсь к своей связи с големами и понимаю, что бой там действительно идёт не на жизнь, а на смерть. Только бьются турки не пойми с кем, потому что мои существа словно тени скользят между ними. Османы шли без освещения, видимо, только под эликсирами, и увидеть големов они не увидели.