Эмисар для бездны
Шрифт:
крутиться, а мне нужно было позарез попасть в его спальню сегодня. Но сейчас-то я ничего не делала, только размышляла…
Демон ухмыльнулся обнажив клыки и медленно отпустил мои запястья. Провел
ладонями по рукам, плечам, слегка стиснул грудь (Sake-e-e!), но не задержался, а
скользнул по животу и, сжав пальцы на моих бедрах, медленно потянул юбку вверх.
Бабуля дорогая, кинжал! У меня же кинжал под юбкой! Если он увидит… Я схватила его за руки и попыталась оттолкнуть.
– Не
«Так, все, отпусти меня! Фу! Фу, говорю!»,– чтоб ему внушить-то,– «Тебе срочно
нужно проверить войска!.. Наточить меч!.. Спрятать секретные документы! У тебя
молоко убежало!!!». Ктелх вдруг замер и отодвинулся, лицо отрешенное, взгляд полон недоумения.
– Хочешь молока?– спросил он вдруг, я чуть со стола не сползла.– Сейчас принесу.
После чего скатился с меня и, поправив ремень на брюках, пошел из комнаты.
– Даже не знаю плакать или смеяться,– прошептала я,– Илька, тебя променяли на стакан молока!
– Ты говоришь!– послышалось зловещее шипение, я подпрыгнула на столе и оглянулась.
Около ширмы стояла фаворитка Ктелха, а за ее спиной была открыта потайная дверь. Значит, сквозняк мне не показался.
– Говорю,– не стала запираться я,– и думаю.
– Это ненадолго!– она медленно извлекла из складок юбки кинжал, видать ни одна я приспособилась так носить оружие.
– Уходи и дай уйти мне,– решила я ее образумить.– Твой арр'раш останется при тебе, я возьму лишь это,– я медленно наклонилась и подняла с пола кунай.
– Так ты шпионка?!– засветилась она вся от радости.
– Скорее вестница. Дашь выйти?
– Нет, ты останешься здесь,– подняла она кинжал, целясь в меня,– и когда он
вернется, то увидит, насколько я полезна и необходима ему. Что только я достойна быть рядом с ним!
– Дура!– цыкнула я сквозь зубы.– Ты думаешь, я такая же, как и те наложницы, которых ты застращала и лупишь втайне от Ктелха. Ты ошиблась!
Она метнулась ко мне, и я пнула ей под ноги стул. Фаворитка перелетела через
него кувырком, выпустив из рук кинжал. Я медленно начала приближаться, и та, сделав правильные выводы, метнулась к входной двери.
– Стра…– я прыжком преодолела расстояние, разделявшее нас и, схватив ее сзади
за голову, с силой приложила лбом об косяк. Она действительно была человеком, и этого ней хватило, чтоб оглушенной растелиться на полу. Ничего, она это заслужила, если вспомнить в каком страхе она держала местных девушек.
Я прислушалась, за дверью была тишина, может охрана отправилась сопровождать своего возжелавшего молока хозяина. Как удачно, что мне не придется этого проверять
Я вставила фаворитке кляп из салфетки и связала руки ее же лифом. А когда
стягивала его, то заметила крупную подвеску, вдетую в пупок. Зачем носить такой
большой камень, живот же, наверно, больно. Я пригляделась к странному украшению повнимательней: к серебряному диску был прикреплен не известный мне камень.
Кристалл округлой формы, довольно увесистый для серег, темно-фиолетового цвета. Странно не драгоценный камень, не алмаз или сапфир, фаворитка могла себе позволить и получше… Иля, стоп!
Да нет, не может быть, чтоб все было так просто… Может, еще как может! Кольцо
Жажды! Вот и простое объяснение «верности» арр'раша, и то, что он долгие годы
мужчины находили, в общем-то, обычную бабенку неотразимой. Вот так она и держала Ктелха, когда нужно переворачивала камень к животу (отсюда ее странные пасы руками) и вызвала в нем страсть, а все остальное время он серебреный диск изолировал его излучения.
– Не знаю, как такое попало в руки обычной рабыни,– сказала я оглушенной
фаворитке,– но я его конфискую за злоупотребление. Я аккуратно сняла подвеску с ее тела и, подумав, привязала ее к кинжалу.
Затем втащила тело в проход и захлопнула потайную дверь. Настало время выбираться отсюда, а уж на богете или по крышам как получится.
– Кадм!– арр'раш с силой сдавил горло торговца.– Подставить меня решил, сучий потрох!
– Господин, пощади!– хрипел тот.– Я не знал, мне ее продали!
– Кто?!
– Торговец Лейн, в рашвере Фебриса.
– А пошлю за ним, и если он скажет, что эту девку он в глаза не видел…
– Я не сам покупал,– заюлил работорговец, понимая, что вляпался,– Лоуса посылал!
– Который сейчас – труп! Как удобно.
– Господин, я, правда, покупал светловолосую рабыню через доверенных лиц! У меня
и купчая имеется! Приехал на место встречи, а мои наемники все мертвы, только
эта на дереве сидит… Светлые волосы, рабский ошейник с моим клеймом. Что я должен был подумать?!
– Думать… Ты должен был подумать о том, как могла выжить рабыня, когда погибли бойцы!
– Там стая хемишей была, они всех и погрызли. Мы в таких случаях всегда ценный товар повыше вешаем!
– Да лучше б они ее повесили на этом дереве…– ярость арр'раша самым
непочтительным образом прервал смех. Ктелх отпустил Кадма и повернулся еще к одному пленнику.
Один из охранников ударил весельчака, но тот и не подумал прекратить, и только когда острее меча уперлось ему в кадык, торопливо заговорил.
– Она все просчитала, разве вы не поняли, арр'раш. Вышла к лагерю перебила