Эмилия и Шон

Миллз Моника

Внутренне я умоляю Шона держаться подальше от этого места. Все же мы можем на расстоянии чувствовать друг друга и без слов понимать. Во всяком случае на физическом уровне. А вдруг я смогу передать ему свои мысли?

Я понятия не имею, сколько времени прошло, но неожиданно дверь в мою камеру с шипением открывается. Входит одна из сотрудниц с подносом в руках и, по-дружески улыбнувшись мне, ставит его на стол рядом с кроватью. Но, впрочем, тут же исчезает. Я даже не успеваю рта раскрыть.

Аппетит у меня пропал основательно, но вот пить я действительно хочу. С подозрением приподнимаю крышку и рассматриваю содержимое подноса. Бутылка воды, пачка песочного печенья, яблоко и тарелка,

от которой исходит довольно приятный запах. Тушенного мяса… Рядом лежит несколько салфеток. На первый взгляд, здесь нет ничего, что может угрожать моему здоровью. Я кладу крышку рядом с подносом и непроизвольно прижимаю пальцами салфетки, которые почему-то дыбятся. О, какой-то звук? Выходит, там что-то есть. Я нерешительно приподнимаю салфетки. Под ними лежит прозрачная флэшка с запиской. Бросаю быстрый взгляд в коридор. За мной, однозначно, следят, поэтому нужно вести себя непринужденно. Не спеша поднимаю крышку с суповой тарелки и осторожно, чтобы не выдать себя, читаю записку.

«На флэшке важная информация. Отправляйся к Василию Соболеву в Гданьск, в спутниковый поселок Приморье. На улицу Береговых Защитников. Василий тебе поможет. Не падай духом. В 20:00 твоя дверь откроется».

Это ловушка? Или тест? От моего отца можно ожидать все, что угодно.

Чтобы не привлекать внимания, я беру ложку и, зачерпнув содержимое тарелки, отправляю это в рот. А проглотив, делаю вывод, что это картофельный суп. Сообщение имеет для меня первостепенное значение, поэтому ем я лишь для того, чтобы тайком поглядывать на записку.

Если послание подлинное, то, значит, у меня здесь есть друзья. Или по крайней мере тот, кто хочет мне помочь. Для меня это большая удача. Шанс свалить отсюда до появления Шона. Мое сердце бешено колотится. Мы могли бы с ним вместе разобраться в этой ситуации и, возможно, найти сочувствующих. Ну, если я, конечно, смогу выбраться отсюда. Ради такого плана я даже начинаю жевать яблоко. Ведь для побега мне потребуется слишком много сил.

ШОН

Вот уже три часа я тайком наблюдаю за зданием института. И что же я успел выяснить? Не так уж и много. Все сотрудники паркуются на специальной стоянке, а войти на территорию можно только через пропускной пункт возле ворот. Итак, чтобы попасть в здание, мне нужно удостоверение сотрудника и подходящая одежда. Затаив дыхание, я пробираюсь на стоянку для персонала. В ее задней части паркуются самые рядовые сотрудники: уборщики, рабочие, конторские служащие. Но с их удостоверением у меня будет весьма ограниченный допуск. Пропуск ведущего ученого — идея ничуть не лучше. Ведь их, наверняка, все знают в лицо. Мне нужен кто-то из среднего уровня научного менеджмента. Тот, кто достаточно важен, чтобы иметь доступ во многие отделы, но не настолько, чтобы быть узнаваемым. Шаг, конечно, довольно рискованный. Но ради того, чтобы вытащить Эмилию, я готов пойти на любой риск.

На стоянку въезжает еще один автомобиль. Серебристый микроавтобус. Думаю, он-то мне как раз и нужен. Такую машину не мог приобрести сотрудник с малым доходом, а вот ведущий специалист не стал бы на ней ездить. Скорее всего, это семейный человек, который рад иметь безопасную и хорошо оплачиваемую работу, а потому исправно отрабатывает каждую смену, не задавая лишних вопросов. Надеюсь, благодаря этому парню я смогу открыть несколько дверей.

Он вылезает из машины. К моему облегчению, мы с ним даже немного похожи. По крайней мере, в свете уличного фонаря. Ладно, он немного ниже и похудее меня, но зато возраст и цвет волос примерно одинаковы. Я бесшумно подхожу к

нему. Мне стоит поторопиться, чтобы успеть до приезда следующего сотрудника.

Один целенаправленный удар в висок, и парень как подкошенный падает на асфальт. Я быстро снимаю с него одежду и натягиваю на себя. Пиджак узковат в плечах, а брюки немного коротковаты, но, в принципе, не так уж критично. Шнурком связываю ему руки за спиной и затыкаю рот носком. А, скрутив вторым шнурком ноги, запихиваю парня в багажник. Пройдет достаточно времени, прежде чем он сможет прийти в себя и позвать на помощь. А если повезет, то мы с Эмилией воспользуемся его машиной, чтобы убраться отсюда как можно дальше.

Я на минуту задумываюсь: может, стоит отрезать его большой палец? Мне кажется, я припоминаю, что в особо секретных зонах стоят сканеры, распознающие отпечатки. Но, во-первых, этот парень совсем не похож на того, кто имеет подобный доступ, а, во-вторых, мне не хочется причинять ему вред. Прикрепив его бейджик к лацкану пиджака, я направляюсь к проходной. Теперь я доктор Александр Шрайер, биохимик. Я непринужденно подхожу к пропускному пункту, как если бы ежедневно делал это. Надеюсь, мой пропуск в порядке, и вахтер не заинтересуется мной. Не думаю, что он помнит всех сотрудников в лицо, а при виде новичка станет задавать глупые вопросы. К тому же парень слишком молод и чересчур сосредоточенно вглядывается в стоящий перед ним монитор, суетливо щелкая мышкой.

— Добрый вечер, — дружелюбно говорю ему.

Он с явной неохотой отрывается от компьютера и смотрит на меня. Я небрежно протягиваю ему свой пропуск. Фотография на нем паршивая и к тому же совсем крошечная.

— В порядке, — кивает он и тут же возвращается к прерванному занятию.

К карточной игре, скорее всего.

Я с облегчением выдыхаю. Первое препятствие пройдено.

Пересекаю двор и вхожу в здание через вращающиеся двери. Оказавшись в фойе, направляюсь к двум турникетам. Я намеренно опускаю голову, делая вид, что пытаюсь оттереть воображаемое пятно на пиджаке, а тем временем украдкой наблюдаю за тем, что делает идущая передо мной женщина. Она снимает бейджик и подносит его к сканеру. Не обращая внимания на стоящих возле турникетов охранников, я повторяю ее действия. Зеленый свет. Турникет гудит и пропускает меня. Отлично. Теперь лифт. И куда мне ехать? Даже не представляю. Но долго стоять перед ним я тоже не могу, это вызовет ненужные подозрения. Придется воспользоваться им наугад.

Пока лифт поднимается, я пытаюсь найти верное решение.

Меня удерживали здесь какое-то время, поэтому я должен знать об этом месте хоть что-нибудь. А значит, смогу и вспомнить. И тут я чувствую на себе заинтересованный взгляд стоящей рядом женщины. Почему она смотрит на меня? Неужели догадалась, кто я? Бросаю на нее вопросительный взгляд и вижу, как она, покраснев от смущения, приветливо мне улыбается. Похоже, она флиртует со мной.

— Вы новичок? — интересуется она. Я киваю и поворачиваюсь так, чтобы она не смогла прочитать на пропуске мое имя. — А в каком отделе работаете?

Черт бы побрал ее любопытство. Где вообще может работать биохимик? Понятия не имею. Ни малейшего проблеска сознания.

— Служба уборки, — отвечаю я.

Может, она оставит меня в покое, когда узнает, что я простой уборщик.

Женщина удивленно приподнимает брови.

— В самом деле?

— Да. А вы? — лучше сам буду задавать ей вопросы, чтобы она больше ни о чем меня не спрашивала.

— Я работаю в бухгалтерии, — на этих словах лифт останавливается, и его двери открываются. — Ну что ж, желаю вам приятного ночного дежурства. Может, еще когда встретимся, — говорит она, выходя в коридор.