Эмфирио
Шрифт:
Гил задумчиво кивнул: «Можно и так».
«А еще, — увлеченно продолжал Флориэль, — можно было бы спасти барышню от какой-нибудь опасности. Тогда я бы на ней женился и стал бы барчуком, а потом и лордом».
Гил покачал головой: «Не получится. С такими, как мы, лорды не роднятся. Хотя подруги из иждивенцев у них есть. Любовницы».
Флориэль повернулся к югу — посмотреть на башни Вашмонта, торчавшие за буровато-серыми кварталами Брюбена: «А с чего бы они нами брезговали? Тоже мне! Такие же люди, как мы. Только им выпало родиться лордами, а нам — нет. Повезло, как в игре».
«Не совсем такие же, — усомнился Гил. — Хотя, говорят, когда они ходят по улицам переодетые, без гаррионов, никто их за лордов
«Возомнили о себе, потому что разбогатели, — заявил Флориэль. — А я разбогатею еще больше и тоже задеру нос. И все эти лорды наперебой прибегут со мной родниться, чтобы талоны мои пересчитывать и слюнки пускать! Представляешь? Синие талоны, оранжевые, зеленые! Пачки и связки и стопки, всех цветов!»
«Талонов понадобится куча, — кивнул Гил. — Космическая яхта стоит дорого — полмиллиона, не меньше. А самые лучшие — «Ликсоны» и «Гександеры» с прогулочными палубами — те, наверное, и по миллиону тянут. Но как было бы здорово, а? Вообрази: мы в открытом космосе, Мирабилис остался позади, прямо по курсу — загадочная планета, полная приключений. А мы обедаем в главном салоне — подают тюрбо, гребенца на вертеле, душистое гудейское вино. А потом мы прогуливаемся под куполом на корме, с шербетами в руках, и там темно, и вокруг горят звезды Мирабилиса, а сверху — Ятаган Циклопа, и дальше, широкой рекой, вся Галактика!»
Флориэль глубоко вздохнул: «Не смогу купить яхту — украду!» Заметив сомнение на лице Гила, он заговорил с серьезной убежденностью: «По-моему, это было бы только справедливо. Угоню звездолет какого-нибудь лорда — у них не убавится, они купаются в талонах! И на что можно тратить такую уйму денег? Да они их просто выбрасывают!»
Гил не был убежден в том, что действительность соответствовала представлениям Флориэля, но спорить не стал.
Флориэль приподнялся, стоя на коленях: «Пошли в космопорт! Поглядим на яхты, выберем какую-нибудь!»
«Сегодня?»
«Конечно! Почему нет?»
«Туда далеко».
«Поедем на Обертренде».
«Отец не любит отдавать лордам лишние талоны».
«Не так это дорого. До Годеро? Не больше пятнадцати чеков».
Гил пожал плечами: «Ладно».
Приятели сбежали с утеса по знакомой тропе, но вместо того, чтобы повернуть на юг, обошли муниципальные сыромятни и направились к киоску районной станции № 2 Вейжа, что на западной ветке Обертренда. Спустившись к посадочной платформе, они зашли в капсулу. Каждый по очереди нажал кнопку с символом космопорта и приложил удостоверение несовершеннолетнего иждивенца к считывающей пластинке. Капсула разогналась, помчалась на восток, затормозила и открылась. Гил и Флориэль поднялись на эскалаторе в зал ожидания космического вокзала — напоминающее громадную пещеру помещение, где каждый шаг отдавался шелестящим эхо. Приятели прокрались в закоулок, подальше от посторонних глаз, и, переговариваясь вполголоса, оценили ситуацию. Вопреки общей атмосфере сдержанного волнения, связанного с прибытием и отправлением звездолетов, космический вокзал был местом безрадостным, со стенами, выложенными пыльно-коричневой плиткой, и огромным темным сводом.
Гил и Флориэль решили последовать за пассажирами, спешившими к экскурсионным кораблям. Они приблизились к турникету для проверки билетов и попытались проникнуть на посадочное поле, но охранник остановил их: «Вход на смотровую площадку — под аркой. На поле проходят только пассажиры!» Тем не менее, охранник скоро отвернулся, чтобы ответить на чей-то вопрос. Флориэль, внезапно осмелев, схватил Гила за руку, и они проскочили мимо.
Окрыленные собственной удалью, приятели укрылись в тени под нависающим выступом опоры вокзала. Там они присели на корточки и огляделись. Их испугал внезапный звук, раздавшийся из неба: высокий вой гравитационных амортизаторов экскурсионного лайнера компании «Лимас», опускавшегося к космодрому
Флориэль неожиданно ахнул от возбуждения, показывая пальцем на корабль: «Выходы открыты! Мы могли бы прямо сейчас протиснуться туда в толпе и спрятаться внутри. Как ты думаешь? А потом, когда корабль будет в космосе, можно будет и не прятаться! Они же не повернут назад только из-за нас? И мы хотя бы увидим Дамар, а может быть и Морган».
Гил покачал головой: «Ничего мы не увидим. Запрут нас в изоляторе без окон и будут давать хлеб и воду. А потом влепят нашим родителям счета за проезд — на тысячи талонов! Отец не сможет заплатить. Не знаю, что он тогда будет делать».
«У моей матери тоже нет денег, — Флориэль почесал в затылке. — Кроме того, она меня вздует. Но мне все равно. Мы же побываем в космосе!»
«Нас отправят на исправительные работы за преступные наклонности», — возражал Гил.
Флориэль отверг все опасения презрительным жестом: «Ну и что? Придется попотеть — до тех пор, пока не представится еще одна возможность, вроде сегодняшней».
«Никакой возможности на самом деле нет, — не уступал Гил. — Во-первых, нас могут поймать до отлета и выгнать в шею. Ничего хорошего из этого не выйдет. Кроме того, какая радость путешествовать на старом экскурсионном корыте? Я хочу частный звездолет, космическую яхту! Посмотрим, нельзя ли пробраться на южное поле».
Космические яхты стояли строем вдоль подъездной дороги на дальнем краю посадочного поля. Для того, чтобы туда попасть, требовалось пересечь обширное открытое пространство, где их могли заметить с обзорной площадки или из диспетчерской вышки. Прижавшись к стене, Гил и Флориэль обсуждали ситуацию, взвешивая «за» и «против».
«Пошли! — порывался Флориэль. — Перебежим, и все тут!»
«Лучше спокойно идти. Тогда нас не примут за воров. Мы же не собираемся ничего красть? Поэтому, если нас поймают, мы всегда можем сказать, что ничего плохого не делали, и даже врать не придется. А если заметят, что мы бежим, все подумают, что мы что-то натворили».
«Ну ладно, — неохотно согласился Флориэль. — Пойдем потихоньку, что ли?»
Чувствуя себя беззащитными и готовые остановиться в любой момент, приятели перешли открытое поле и достигли подъездного бульвара, где редкие стволы деревьев служили хоть каким-то прикрытием. И теперь прямо перед ними высились изумительные космические яхты! Ближе всех, устремив нос в облака почти у них над головами, стоял тридцатиметровый «Дамерон Коко-14».
Приятели с опаской поглядывали на бульвар — по нему, как правило, прибывали лорды, желавшие воспользоваться звездолетами. Но кругом было тихо и пусто. Чудесные яхты будто дремали в ожидании хозяев, прислонившись к носовым кронштейнам на передвижных платформах.
Не было ни гаррионов, ни лордов, ни даже механиков — как правило, звездолеты лордов обслуживали выходцы из Люшейна, на Южном континенте. Дерзость Флориэля, вдохновленная скорее буйным воображением и предрасположенностью к нервному возбуждению, нежели настоящей отвагой, начинала иссякать. Он становился все пугливее и капризнее, тогда как Гил, никогда самостоятельно не решившийся бы на такую вылазку, теперь вынужден был поддерживать боевой дух и в себе, и в сообщнике.
«Может быть, лучше вернуться?» — громко прошептал Флориэль.