Эльва
Шрифт:
Побродив по коридорам и рубкам бота минут пятнадцать, я оказался в рубке управления кораблем и с удивлением обнаружил, что бот уже давно вылетел из ангара и теперь на всех парах удалялся от «Эльвы», ставшей совсем крохотной.
Кольнуло разочарование — умом, конечно, я понимал, что пилот из меня не ахти какой, но покомандовать не отказался бы! Как посмело это корыто не спросить у меня разрешения на старт?
Впрочем, я выбросил из головы мысли о мести, едва взглянув на мониторы. Правда, «Эльвой» полюбоваться не успел — увидел только выделяющуюся на черном
Планета действительно была прекрасна: шар, сверкающий и сияющий во весь монитор, был просто чудо как хорош. Увитый белыми облаками, которые немного скрывали контуры двух гигантских материков на фоне единого океана, он восхищал и завораживал. Я не только впился в монитор глазами, но даже прильнул к нему, стремясь потрогать планету закованными в доспехи руками, но тщетно…
— Командир, — раздался механический голос, отнюдь непохожий на голос Эльвы, — корабль остановлен. Причальная шлюпка готова к посадке. Жду дальнейших распоряжений.
До меня с трудом дошел смысл слов, исходящих от системы управления этого бота, и, с великой неохотой оторвав взгляд от северного сияния на полюсе, я пошел к шлюпке, направляемый светящимися стрелками.
Я поймал себя на мысли, что все еще нахожусь под впечатлением от увиденного. Интересно, моя родная Земля красивей этой Двадцать-четырнадцать? Как вообще меня встретят на этой планете? И кстати, попаду ли я когда-нибудь на Землю?
Наконец я добрался до отсека со стоящей там шлюпкой. Видимо, я уже привык к огромным размерам настолько, что корабль величиной с две жилые комнаты показался мне маленьким и неудобным. И вообще, почему наши потомки так помешаны на красном? Зачем красить в такой яркий цвет корабль, который по идее должен доставить меня на планету тайно и незаметно?
Я обогнул массивное крыло корабля и, бросив взгляд на нос, напомнивший мне клюв огромной птицы, поднялся на трап. Внутри тоже не было ничего сверхъестественного — два кресла, установленные перед большими «лобовыми» окнами, несколько мониторов на приборных панелях, и все обито материалом, здорово похожим на кожу.
Не успел я занять место пилота, как гигантские створки шлюза впереди разъехались в стороны, и корабль загудел. Опять же без моего приказа и даже одобрения он оторвался от палубы и медленно поплыл в космос, навстречу коричнево-голубой планете.
Я широко открыл глаза, стараясь не пропустить ни одной подробности: вот мы еще над сияющей поверхностью атмосферы, а вот уже в тонкой пелене облаков, медленно спускаемся, разрывая плотный, закрывший обзор слой белого тумана, и теперь можно разглядеть рябь на поверхности океана и очертания материка.
Уже через минуту, прильнув к лобовому иллюминатору, я рассматривал бескрайние леса, сверкающие и прозрачные реки и сияющие водопады. А потом я увидел его: огромное, выделяющееся на фоне других, как великан в стране лилипутов, Дерево. Его могучий
Неожиданно раздался сигнал тревоги. Корабль словно наткнулся на невидимую стену, и я вверх тормашками полетел в лобовое стекло. Страха не было, не было даже чувства обреченности. По правде сказать, я и понять ничего не успел.
Второй удар гораздо большей силы подбросил меня к потолку, а точнее, размазал по перегородке, еще секунду назад заменявшей заднюю стену кабины пилотов. Впрочем, и здесь я не успел ничего сообразить — мир закружился, меня швыряло, вместе со мной по комнате летало кресло, которое, наверное, оторвалось под весом моего тела, и когда уже подумал, что сейчас потеряю сознание, все резко прекратилось…
Лежа на стене вставшего на бок корабля, я понял, что мои злоключения длились не больше нескольких секунд.
— Оценка ущерба пользователя завершена, — произнес бравый мужской голос. — Капитан, вы не пострадали! Следы от многочисленных ушибов будут ликвидированы через четверть часа, кровоподтек исчезнет через минуту! Докладываю: боевой доспех САУ-12 не понес даже эстетического урона — ни царапины, сэр!
— Угу, спасибо, — буркнул я. — Спасибо, что не порвал мне барабанные перепонки.
— Пожалуйста, сэр!
Выругавшись для собственного успокоения и полежав на всякий случай еще несколько секунд, прислушиваясь к бурно колотившемуся сердцу, я осторожно встал и поискал глазами ракетомет. Ага, вот он, красавчик! Теперь нужно понять, как выбраться из искореженного корабля.
Оглядевшись и сообразив, что дверь, через которую я сюда вошел, сейчас находится под самым потолком, я перевел взгляд на стекла. На одном из них была едва заметная трещина.
— Система, — позвал я.
— Сэр? — отозвался женский голос. — Анализ еще не закончен.
— Какой анализ? — насторожившись, спросил я.
— Анализ причины крушения, сэр. Пока я не могу установить, что послужило причиной отказа двигателей, сэр.
— Хорошо, поймешь — сообщи. А пока открой или разбей лобовые стекла — мне нужно выбираться.
— Это невозможно, сэр, — лаконично ответила машина.
— Я думал, в будущем возможно все. Ну да ладно, — вздохнул я, вскидывая ракетомет на плечо и беря в прицел треснутое стекло, — тогда я сам.
— Не советую, сэр, воспользуйтесь аварийным выходом.
В центре правой стены, там, где раньше был пол, а теперь стояло одинокое кожаное кресло, образовалось довольно широкое окошечко, сквозь которое виднелось небо и внутрь проникали солнечные лучи. Похоже, это технологическое отверстие секунду назад закрывалось диафрагмой.
— Ну и как я доберусь туда? Лазать по стенкам я как-то не удосужился научиться.
— Воспользуйтесь гравитационными установками боевого доспеха, сэр, — отозвалась дура.