Эльнара. История принцессы

Давным-давно, в самом сердце просторных степей знойной Азии, на берегу могучей и полноводной реки Янури, находилось великое Хоршикское ханство. Окруженные различными кочевыми племенами, хоршики вели оседлый образ жизни и были очень трудолюбивым, талантливым народом. Завоевав в ходе многолетних ожесточенных битв признание и уважение со стороны суровых кочевников, они построили посреди бескрайних степей Азии прекрасные города, изысканная архитектура которых настолько впечатляла, что порой путники, не знакомые со здешними местами, издали принимали их за миражи.

Столицей Хоршикского ханства являлся поистине сказочный — богатый и многолюдный Перистан,

расположенный в устье реки Янури, по берегам которой цветущими оазисами раскинулись другие, большие и малые города великого ханства. Каждый из них был по-своему примечателен: один славился бойкой торговлей, другой слыл средоточием культуры, в третий стекались посланцы со всего Востока, дабы заказать оружие, по красоте и мощи которому во всей Поднебесной не было равных.

Город Архот, где проживал лекарь Пехлибей со своей дочерью Эльнарой, был известен искусством кожевенных дел мастеров. Одна часть мужского населения Архота занималась выделкой кожи, вторая половина — изготовлением из нее всевозможных изделий, которые затем передавались в женские руки для украшения их причудливыми орнаментами, меховой окантовкой, а порой и драгоценными каменьями. С самого раннего утра и до позднего вечера, не поднимая головы, трудились тысячи ремесленников, мастерство которых высоко ценилось не только жителями обширного ханства, но и представителями многочисленных сопредельных кочевых племен. Стойкий запах свежевыделанной кожи присутствовал едва ли не в каждом дворе, сопровождая жизнь уроженцев Архота от рождения и до последних дней. В этих однообразных буднях незаметно протекали дни и годы, одни поколения архотцев сменяли другие, подобно тому, как меняются времена года. И все так же летом немилосердно палило высокое солнце, выжигая степные равнины, осенью дул промозглый ветер и шел проливной дождь, из-за чего не только люди, но даже лошади с трудом передвигались по пропитанной влагой земле. А в зимнюю стужу от невыносимого мороза пряталось все живое. И только вьющийся над печными трубами дым говорил: в заснеженном Архоте жизнь не угасла, а ждет весны. Когда растекутся вешние воды, прилетят из теплых краев птицы, а на деревьях появится нежная листва. Когда воздух наполнится пьянящим ароматом свежести и буйного цветения, будоража душу мечтаниями и непонятным томлением.

В одну из таких весен потомственный лекарь Пехлибей, будучи молодым и порывистым юношей, отправился вместе с племенем самсетов в глубь Востока, манившего своей загадочной и волнующей недосказанностью. Не один год провел Пехлибей в дальних странствиях, дошел до берегов Индийского океана и везде, благодаря своему честному нраву и способностям целителя, находил приют и доброе к себе отношение. Немало интересного узнал любознательный и впечатлительный юноша об обычаях и культуре народов Востока, немало полезному научился в искусстве врачевания у тибетских и индийских целителей. Не раз способному и пригожему молодому мужчине предлагали остаться жить в той или иной стране, сватали за него своих дочерей и сестер, но Пехлибей, постигая мир, все шел и шел вперед.

Оказавшись у берегов Индийского океана, он поначалу поразился его красоте и величию. Но потом неожиданно для самого себя ощутил вдруг сильную тоску по родине. По реке Янури, с которой были связаны самые счастливые воспоминания его детства, по родному городу, все дома и общественные здания в котором были построены из гладкого белого кирпича, по жителям Архота — бесхитростным и неутомимым труженикам Великой Степи. Пехлибей понял, что настало время возвращаться домой — продолжать дело своих предков.

Обратный путь его пролегал через утопающую в неге и роскоши страну — Персию.

Хозяин караван-сарая, в котором он однажды остановился на ночлег, узнав, что его постоялец является лекарем, предложил ему попытать счастья и осмотреть

дочь одного знатного вельможи, не так давно захворавшую непонятным недугом. За излечение любящий отец обещал заплатить баснословную сумму. Правда, неуспех в этом деле карался сурово — отсечением головы. После того, как несколько местных целителей поплатились жизнью за свою излишнюю самонадеянность, никто из окрестных врачевателей по доброй воле уже не переступал порога дома жестокого богача. Безутешный отец удвоил сумму награды, но и эта мера не вдохновила служителей медицины. Тогда по стране были отправлены гонцы на поиски опытных лекарей, а несчастная девушка с каждым днем таяла словно свеча.

Не ради денег или славы, а из человеческого сострадания и чувства долга отправился на следующее утро Пехлибей в дом грозного вельможи. Осмотрев больную, исхудавшую настолько, что ее бледное личико составляли, казалось, лишь огромные черные, исполненные боли глаза, юноша тотчас направился в ближайшие горы. До самого заката он неутомимо искал нужные травы. Уже стражники, сопровождавшие его и имевшие поначалу суровый и даже устрашающий вид, едва не валились с ног от усталости, а Пехлибей все переходил с одного горного склона на другой. Наконец, собрав все необходимые растения, в сопровождении воинов он вернулся во дворец визиря Сатара.

В эту ночь, выпив приготовленный чужеземным лекарем целебный отвар, единственная дочь персидского вельможи красавица Фарида впервые за последнее время заснула спокойным сном.

В течение следующей недели Пехлибей ежедневно навещал девушку. Но осматривал он ее в присутствии многочисленной женской челяди. Готовил настойку из трав и терпеливо объяснял служанкам, как правильно делать обтирания, какие точки нужно массировать на ступнях ног, которых посторонний мужчина, будь он трижды целитель, ни в коем случае не смел касаться.

Вскоре Фарида выздоровела, вернув славу одной из красивейших девушек Персии, чем безмерно обрадовала отца, у которого относительно дочери были большие планы.

Но тут занедужил Пехлибей, пораженный в самое сердце красотой, нежностью и добрым нравом персидской красавицы. Несколько раз после ее выздоровления он исхитрялся находить повод, чтобы навестить свою бывшую пациентку, и с каждой новой встречей огонь страсти все больше разгорался в его сердце, причиняя немыслимые душевные муки. Сатар сдержал свое слово, щедро наградив искусного целителя, но все золото мира не могло бы облегчить боль несчастного влюбленного.

Позабыв о возвращении домой, он днем и ночью непрестанно думал о красавице Фариде, вспоминал ее мелодичный голос, грациозную легкую походку, нежное белое личико, обрамленное густыми черными волосами, загадочный взгляд огромных черных глаз, маленький точеный носик, пухлые вишневые губы, милый румянец на щеках. Снедаемый любовной тоской, ночами Пехлибей писал пространные грустные стихи, а утром, едва дождавшись, пока проснется хозяин караван-сарая Саид, с которым они успели хорошо подружиться, заставлял его слушать свои творения, большей частью не слишком удачные.

Однажды Саид, услышав в сотый раз слова про безответную любовь, вдруг встрепенулся:

— Послушай, Пехлибей, а ты уверен, что твоя любовь безответная и что юная дочь Сатара не питает к тебе никаких чувств?

— Конечно, — удивился друг. — Разве может Фарида, такая красавица, умница, да еще дочь знатного человека, полюбить бедного целителя, да еще из чужой страны?

— А ты ее саму об этом спрашивал? — задал коварный вопрос хитрый перс.

— Что ты?! — испуганно замахал руками несчастный влюбленный. — Мы же ни разу не оставались с ней наедине, все время нас окружали ее тетушки и служанки. Что ж я мог ей сказать, даже если бы надеялся на взаимность… Ах, друг, не береди мою израненную душу, лучше послушай, что я этой ночью сочинил.