Эллирея
Шрифт:
– Эдан, ты пугаешь меня. Извини, но я не хочу тебя пока видеть.
– А ты жестокая, Эль!
Я? Жестокая? Я была удивлена этими словам друга детства, но выяснять отношения с ним не стала ни в этот день, и не в другой. Каждую ночь я обливалась слезами, а днём старалась сделать вид, что Эдана для меня не существует. Но моя неприступность, видимо, ещё сильнее разожгла азарт в крови молодого мужчины, и он ещё активнее взялся за ухаживания. То под моим окном объявится менестрель, то после работы в лавке меня ждёт коляска, запряжённая белоснежной
И я решилась на разговор.
– Эдан, ты понимаешь, что поторопил события? Я не против близости с тобой, но я хочу, чтобы всё было правильно: сначала свадьба, затем постель, – я не знаю, откуда я взяла смелость сказать такое мужчине, я, скорее всего, воспринимала Эдана как родственника, которых у меня не осталось, поэтому и прозвучала эта фраза.
– Эль, неужели ты могла подумать, что я просто озабоченный придурок, который готов затащить тебя в постель ради интереса? Нет, дорогая, – он нежно обнял меня и прижал к груди, – просто так ты не отделаешься! Завтра приду тебя сватать!
– Правда?
– Правда! – он чмокнул меня в нос, – а сейчас иди занимайся, магистр уже заждался!
Я действительно опаздывала, и Леогаст высунулся из своей двери, дожидаясь меня.
Наш урок Леогаст начал с допроса:
– Это с кем же ты там прилюдно обнималась, Эль? Ну и молодёжь пошла! Ни какого почтения к добродетелям, завещенным Старцами!
– Извините, магистр, но, по-моему, это не ваше дело. А вообще-то, это мой жених! Он завтра придёт ко мне свататься!
– Жених? Как интересно! А его, случайно, не Эдан зовут?
– Да, а вы его знаете?
– Его самого – нет. А вот с его отцом был знаком. Он же полукровка!
– Нет, учитель, вы ошибаетесь! Полукровка – это отец Эдана, а его мать человек. В нём на четверть волчьей крови!
– Может быть, может быть…
– А почему вы спрашиваете?
– Видишь ли, Эль, один из моих учеников, сын высокопоставленного человека на службе у короля, рассказал мне некоторые дворцовые сплетни. Мать Эдана как-то связана со скандалом, в результате которого из Ритании выслали посла Эльвинии и посадили в казематы одного из королевских советников. Поэтому отец твоего… мгм… жениха и разводится с ней!
– Это неправда, учитель! Мне Эдан рассказывал, что его отец при дворе встретил молодую оборотницу и влюбился в неё! Поменьше верьте сплетникам, в вашем возрасте это стыдно!
– Эль, я понимаю, что могу быть не прав, или что-то не так понять, но мать твоего Эдана точно замешана в чём-то нехорошем! Эдану из-за скандала отказали в месте в Высшей школе, а отца чуть не отстранили от должности!
– Опять вы что-то напутали, учитель! Эдан сам бросил Высшую школу, чтобы не оставлять мать одну в трудное для неё время!
– Хорошо бы так…– задумчиво произнёс Леогаст, – деточка, что-то мы с тобой отвлеклись! Ты сделала перевод текста?
– Да, учитель!
– Положи на стол, утром проверю, а сейчас слушай внимательно, ведь темой нашего урока будет Степная Империя.
– И
– Нет, сегодня мы поговорим об оружии степняков и об оружейниках, признанных всеми лучшими в нашем мире!
Так я узнала об огнестрельном оружии, которое придумал Вистопляс Оружейник, и назвал его пистоль и пищаль. Пистоль – маленькая трубочка, которая выталкивала под давлением огня маленькие шарики – дробины, несущие смерть вставшему на их пути живому существу, а пищаль – большая труба неправильной конической формы, засыпая в которую огненный порошок и заталкивая тяжёлый шар – ядро – можно было попасть в здание или крепостную стену и разрушить её!
– Учитель, – выслушав с открытым ртом рассказ магистра спросила я, – а у Ритании есть эти пи… сто… ли?
Магистр усмехнулся:
– Наш король – Бекерт Второй, прозванный Достославным, считает, что сражаться и побеждать нужно так, как делали наши предки – при помощи мечей, ножей и арбалетов, иногда можно использовать таран, но огнестрельное оружие – это блажь, которая скоро пройдёт! При этом степняки вооружаются, у них в армии всё больше и больше отрядов, которые носят пистоли. А все воины учатся из них стрелять!
Глава четвёртая.
На следующий день я закрыла лавку пораньше и зашла за едой для гостей. Приготовив небольшой ужин и накрыв на стол, я стала ждать Эдана и его матушку. Кого ещё он возьмёт с собой, я не знала, надеялась, что придут несколько человек, иначе я не справлюсь с волнением. Мои страхи были напрасными. Эдан приехал на коляске с невысокой полной женщиной, чем-то неуловимо похожей на него. У женщины был высокомерный взгляд и плотно поджатые губы.
– Познакомься, мама, это моя невеста, Эллирея Вакур.
Мама Эдана фальшиво улыбнулась:
– Очень приятно, Эллирея Вакур, меня зовут Сонея, – а при этом её глаза осматривали моё скромное платье. – Это ваш дом, госпожа Эллирея?
– Да… Он мне достался от родителей, госпожа Сонея…
Матушка Эдана осмотрела цепким взглядом гостиную и увидела на столе фамильное серебро, эльвинский столовый сервиз – единственную вещь, которую забрала моя мама со своей родины.
–Какая красота! – она схватила одну из маленьких ажурных тарелок и начала рассматривать её на просвет.
Я пригласила своих гостей за стол, не задав так и вертящийся на моём языке вопрос: почему на сватовство он пришёл только со своей матерью? Где его друзья и родственники, которые должны задать мне традиционные вопросы и получить подарки в виде вышитых салфеток и пирогов! Конечно, у Эдана могли быть на это свои причины, и я, молодая и влюблённая дурочка тогда промолчала. Если бы я знала тогда, к каким последствиям может привести такая наивность!
Разговор за столом не клеился. Эдан молчал, изредка поглядывая на меня, а его матушка разглядывала обстановку в гостиной, посуду и еду.