Ёлка

Берг Ольга

— Вы уверены, что у вас тут все в порядке? — подозрительный взгляд скользнул по девушке, уперся в грудь начальника. Рука потянулась к телефону, спрятанному в кармане.

— Новый имидж, — перехватил озадаченные глаза подчиненного. — А это для Екатерины, — поспешно взял пакет у парня, — Дмитриевны, — протянул заказ девушке. Учтиво склонил голову. Прятал губы, непроизвольно растягивающиеся в улыбке.

— Спасибо, — Катя совсем растерялась. Приняла неизвестный пакет. Ещё один сюрприз. Приятно. Опасливо. Боевой настрой соскочил с опущенных рук.

Разбился у ног хозяйки.

— Спасибо, Миша, — Андрей Владимирович шагнул к парню. Физический намек. Пора уходить. — Поторопись домой, к семье, — потянулся к ручке, открыл дверь, нагло выталкивая подчиненного. — С новым годом, Миша.

— Ключи, — копался в карманах куртки и брюк водитель. Ничего не понимал. Алена. Вечеринка в клубе. А шеф в нелепой розовой фигне. Связка нашлась. Протянул в раскрытую ладонь Андрея. — Вы уверены? — отдавать не торопился. Подозрительные короткие взгляды на девушку. Выглядит нормально. Не похожа на сумасшедшую.

— Миша, — одернул подчинённого Андрей, выдернул ключи, сжал в кулаке, — Мои поздравления жене и мелкому, — выталкивал водителя.

— До свидания, — оглянулся на хозяйку, — С новым годом! — отсалютовал парень.

— Ты всегда исправляешь свои косяки за чужой счет, — укор от девушки, стоило двери закрыться за молодым человеком.

— Между прочим, за это заплатил я сам, — слова укололи. Несносная девчонка умела подпортить момент. Ничего не получится. Сглотнул укол. — Я испортил ужин и должен восполнить потерю, — ухватился за ручки пакета, потянул на кухню, — к слову, там настоящее французское вино, нечета дешёвому пойлу из соседнего магазина.

Выпустила из рук бумажные ручки. Не последовала за гостем. Осталась в прихожей. Нелепая обида опустила уголки рта вниз. Не любила тех, кто кичился своими финансовыми возможностями. Не примет подношение. Выпроводит в чистой рубашке и французским-чертовым-вином в охапку. У неё где-то завалялась бутылочка «Советского шаманского». Кислятина. Конечно. Её кислятина. К новогоднему столу в самый раз. Напыщенный принц пусть сам хлещет французский изыск.

— Работники «Давыдова» отлично потрудились, — Андрей выкладывал содержимое дорого пакета на стол. Наполненный оптимизмом. Получить приглашение на праздничный ужин для двоих. В дополнение. Надежда на шанс быть рядом. Не заметил. Девушка так и стояла в маленьком коридорчике. Угрюмо хмурила милое личико.

— Вот — этот сыр… — оторвался от представления снеди.

Обнаружил свое одиночество и хозяйку, подпирающую хрупким плечиком стенку коридорчика. Он снова виноват. Исправит. В один большой шаг оказался рядом, взял за руки.

— Кать, ну что случилось? — заглядывал в серые холодные радужки. Согреть карим теплом. Немедленно. — Для тебя… хотел как лучше… — подбирал слова. Надо быть осторожным. С ней. — Прими взамен испорченного ужина. Сними с меня вину. Пожалуйста, Екатерина Дмитриевна, — брови сложились домиком.

Девичье сердце не выдержало.

Прыснула. Улыбнулась.

— Хорошо, показывай свое высокое меню, — выдохнула

напряжение.

В самом деле, что нашло. А почему бы и не устроить праздник живота.

Андрей чуть не вприпрыжку потянул хозяйку на собственную кухню. Лекцию о продуктах пришлось начать сначала. Не страшно. Для неё хоть тысячу раз.

— У меня одно условие, — завершила короткое словестное путешествие в гастрономический мир Франции Катя. Озорной блеск в серых радужках. Почему бы и нет. Ничего не теряет. Рискнуть. Он составит ей компанию.

— Согласен на любые, — затаил дыхание Андрей. Не зря надеялся. Он получит приглашение на ужин. Новый год рядом с ней. Несостоявшийся поцелуй произойдет под бой курантов. Они будут вместе. — И какое же условие, — предвкушение на лице.

— Я думаю… мне наверное… нет уверена… не справлюсь… — смущённо мялась Екатерина Дмитриевна.

Ей еще не приходилось приглашать парня на ужин и тем белее новогодний. В мыслях легче, чем вслух. Давай же. Не трусь. Полные легкие воздуха.

Стиральная машинка пискнула. Оповестила о завершении работы.

Гость бросил злобный взгляд на «помощницу» по хозяйству. Угораздило же остановить барабан в это самую минуту. И какого черта человечество настолько далеко продвинулось в прогрессе. Автоматика. Твою мать.

— Твоя рубашка, — радостно всплеснула руками Катя. Как же вовремя. Метнулась, открыла дверцу, вытащила почти сухую вещь. Пригодилась встроенная сушка. — Вот, — протянула Андрею, — она чистая. Остается несколько штрихов утюгом и будет совсем как новая, — оттягивала приглашения. Надо ещё немножко времени. — Я сейчас, — отступала к выходу, — а ты пока сложи угощение в холодильник, — придумала занятие для гостя. Ненароком пойдет за ней. Не подготовлена. — Похозяйничай немножко… вино охлади… сыр там нарезать… — жестикулировала, пятясь спиной по узенькому проходу. Отступала. Сдавала позиции. На время.

— Вино не охлаждают, — огорчённые интонации. Условие ускользало. Терпения не хватало. Надо срочно. Немедленно. Сию минуту. Гори, синем пламенем утюга, хренова рубашка.

Не скрылась от девушки расстроенная гримаса. Ничего подождет.

— Не скучай, — приветливо подмигнула.

На тумбочке, в прихожей, рядом с брошенными ключами от машины стандартный «яблочный» рингтон. Пройти мимо. Не её модель.

Любопытство кошку сгубило.

Алена надрывала динамик.

Катя замерла. Ехидно скривились вершинки губ. А вот и принцесса. Не бывает сказок без принцесс. Наивная.

— Это ничего не значит, — огромной скалой над ней нависал Андрей.

— Ответь, — игнорировала объяснения. Глаза магнитом к экрану.

Мелодия стеной между ними. Нота за нотой. Выстраивала преграду.

— Катя, посмотри на меня, — рука потянулась к ней.

— Ответь, — отшатнулась назад.

— Нет, — почти громко заглушая звук.

Ненавистный взгляд на светящийся экран с именем. Таким уже ненужным. Забытым. В мыслях только Катя.