Элитари. Выбор
Шрифт:
— Как ты здесь оказался?
— Стало известно, что на дом ди Рентари вчера было совершено нападение. Верховный маг уверил меня, что никто не пострадал и виновные понесли наказание.
— Да, это так.
— И при этом ты исчезла, — продолжил он. — Написала моей матери непонятное письмо про неотложные дела и отправилась в приграничные земли. И вдруг оказалась здесь, в дне пути от грифоновых гор. С ди Вирденом. А ведь это именно он напал на вас. Как так вышло, Эллари?
— Скажи, Рианор, а чего ты решил, что я полетела в приграничные земли? В письме, помнится, не было ничего
Рианор некоторое время смотрел на меня молча.
— Знаешь, ты права. И меня устраивают отношения, которые сложились у тебя с главой дома ди Вирден. Клятва верности, да, Имрариалиер? Хороший ход, но, к сожалению для тебя, в этом случае ты ошибся.
И обернулся к вышедшему к костру Имри.
— Я редко ошибаюсь, орт Дартен. Как вы здесь оказались?
Ага, на мой такой же вопрос наследник так и не ответил. И любопытно, особого уважения к нему в тоне ди Вирдена я не услышала.
— Мимо пролетал, увидел костёр, решил спуститься.
Информативно. А главное, скорее всего, правда. Только вот не вся. Ох уж эти эльфы со своей вольной интерпретацией правды и клятв!
Мне было непонятно — как у них так получается? Возьмем того же ди Вирдена. Вроде поклялся, слова даже использовал в клятве вполне конкретные. К примеру, «не причинять вред». Вполне однозначно звучит, правда ведь? Ан нет. Выясняется, что по его системе ценностей или, если хотите, в соответствии с личной моралью, «доставить удовольствие», пусть даже и против моего желания, вредом вовсе не является.
Или Рианор. Эльмир объяснил мне некоторые моменты касательно клятвы наследника «о неприкосновенности». Как там точно слова звучали? «Я не прикоснусь к тебе иначе, чем будет необходимо в случае твоей защиты». Так вот, в данном случае, по словам мага, «количество и свобода действий» для того, что бы защитить меня, определялись наследником на своё усмотрение. То есть, если решил он, что для моей безопасности нужно схватить меня и потащить за руку… или на руках… В общем, он в этом случае клятву не нарушает. Такая вот засада. Для меня. И толку с той клятвы? Я же хотела, чтобы он не прикасался ко мне больше. Вообще.
Или «эльфы всегда говорят правду». Да, это так. В основном. Но ёлки-палки, правда ведь бывает разная! Особенно, если это лишь часть правды. Поданная под определённым соусом. Или вообще вывернутая наизнанку. Или вырванная из контекста. В общем, манипуляторы поймут.
И что делать обычной среднестатистической мне среди таких зубастых крокодилов? В своём мире, я, признаться, наивно полагала, что что-то о жизни понимаю и вообще, мнила себя личностью, хоть сколько-то разбирающейся в отношениях. Все-таки 30 лет прожила. И книжки читала, и по телевизору не только сериалы смотрела. Гы. Весь мой жизненный опыт здесь … ну, не то, чтобы был совсем не годится, но как-то его… недостаточно, что ли? Чтобы играть на равных с эльфами. Каждый из которых, похоже, съел на интригах не одну упитанную собаку.
Тем временем, ди Вирден
— Присоединяйся к ужину, ди Вирден. Надеюсь, твое состояние не помешает тебе насладиться едой, — улыбнулся Рианор.
— Не помешает, — желчно ответствовал тот. — Я с удовольствием съем ужин, который сам же и приготовил.
И начал есть.
— Разве вы готовили не вместе? Чувствуется… женская рука.
— Да, моя госпожа тоже принимала участие в приготовлении этого прекрасного ужина.
— Госпожа? — Рианор приподнял бровь.
— О, она не любит, когда я её так называю. Но разве она достойна меньшего? Но это — величайшее счастье — служить прекраснейшей, самой дочери богини…
Если бы он не говорил всё это таким издевательским тоном, звучало бы гораздо лучше.
— Интересная у тебя служба. Весьма быстро бегаешь.
Глаза Вирдена превратились в узкие щёлочки.
— Я быстро учусь на своих ошибках. И на чужих тоже.
— Да, это хорошо, когда учителя есть.
И они оба уставились на меня.
А не пора ли нам спать?
Просыпалась я под пение птиц. Их райское щебетание было полно радости и восторга — пернатые здоровались с восходящим солнцем. Надо и мне поприветствовать. Только бы выбраться из тесных объятий… А то жарко.
Что? Как? Я же одна засыпала! Ещё и проследила за тем, что оба эльфа легли в отдалении от меня. А сейчас выходит, что я очень тесно прижималась к мужской груди. Носом.
И вообще, очень интересная у нас поза получилась. Я лежала на правом боку, вдвинув колено согнутой левой ноги между мужскими бедрами. Одно из которых этот самый мужчина закинул мне практически на талию. А моя рука очень собственническим жестом сжимала его ягодицу. Хмм. Да, так я ещё не спала. В живот мне, кстати, упиралось… Утро, в общем.
С кем я тут вообще лежу? Ааа, понятно. Хорошо, хоть не с Имри. Попыталась выбраться. И задумалась: а почему хорошо-то?! Наверное, потому что ди Вирден не вызывал у меня даже намёка на женский интерес. А Рианор? И ответила сама себе: очевидно, вызывал — я же с ним спала? И сейчас… Тьфу, мы же просто спим! Ну, то есть, спим в прямом смысле. Черт! Не для утра такие рассуждения, точно!
Да что ж такое-то!
— Выпусти меня!
На меня уставились насмешливые зеленые глаза. Напротив. Очень близко.
— Эллари… Я не держу тебя.
Ага. Он просто закинул на меня ногу. И совсем даже не придавил. Ничем.
— Рианор, не подскажешь ли, мне одну вещь? Я совершенно точно помню, что засыпал ты возле костра. А проснулись мы почему-то в обнимку. Как так вышло?
Сейчас мы сидели на одеяле друг напротив друга. По-прежнему близко.
— Позволь кое-что показать тебе.
И он протянул руку к моему лицу. Не прикасаясь, провел вдоль щеки пальцами. Я чувствовала тепло его кожи, пока его рука спустилась вниз, вдоль шеи и дальше на плечо. И когда он на мгновение сжал мою кисть, я как в замедленной съёмке увидела, что по его руке пробежали золотые искры. А затем через его пальцы в плечо вонзилась небольшая молния, непонятно откуда взявшаяся. Его ощутимо тряхнуло.