Элита

Dmitriy Small

Максим накинул наушники от плеера, от куда раздавалась знакомая мелодия известной рок группы:

— Будь как дома путник…

По мере отдаления, Илья больше не слышал продолжение, но оно и не требовалось, он сам прекрасно помнит слова.

Собирая валежник, старался высматривать звериные тропки, как советовал всё тот же дед Романа, он много чего говорил, когда они приезжали за второй лодкой и некоторыми походными приспособлениями.

Спустя пятнадцать минут, рыбаки уже ставили котелок с водой над потрескивающим костерком. Роман

только закончил с рыбной заготовкой, просоленное филе поместили в большой десятилитровый кан. Специально приобретённый для длительного хранения трофеев.

— Кушать подано, садитесь жрать пожалуйста, — с акцентом произнёс Максим.

Не торопясь, заварили чай, вскрыли банки с тушёнкой, поставили в угли. Разлили кипяток по пластиковым банкам с дошиком.

Красота и гармония. Рядом течёт река, приятно греет солнышко, с запада дует лёгкий ветерок, гнуться стволы деревьев издавая лёгкие скрипы.

Даже комарьё осталось в лесном массиве, всё–таки им тяжело преодолевать обдуваемые ветром открытые пространства.

— Где ночевать будем, — спросил Рома, обращаясь к Илье, как к рыбаку, бывавшему в этих краях.

— После «Фонтанки» перекат, за ним яма, миллион раз говорил. Её ночью надо обловить, туда что покрупнее зайти может…

— Фонтанка, Фонтанка мы уже четыре часа слышим, что она непременно будет за следующим поворотом реки, — снова закурив, сказал Роман.

— Да не гунди, — отмахнулся Илья — за следующим точно будет. Я помню эти места…

Привычно сложились, надёжно упаковали стулья и посуду, потушили по–пионерски огонь, чтобы к Комарью в кусты не соваться. Поплыли дальше.

* * *

— Эй, холерные, смотрите какой густой дым, — указывая рукой на очередную протоку обратил внимание товарищей Максим.

Реку, на данном участке, часто разделяло на два или даже три русла, мелководье, образуя как бы Острова с песком и даже с небольшим кустарником.

— Пройдём левее, — сообщил друзьям Илья — Странный он какой–то, пахнет кислым, а не горелым, как будто не дым, а туман над свалкой с просроченным йогуртом.

Пройдя левее, за островом увидели, что туман проходит по всей поверхности русла.

— Да, как на зло, берега в этой местности крутые, не забраться, лодки не затащить по глиняным обрывам, — продолжил Илья.

— Предлагаю немного по нему пройти, привязав лодки бортами что бы не потеряться, — озвучил очевидную идею Роман.

Связавшись, пошли вдоль крутого берега в тумане.

— Как ёжики, блин, — немного нервно попытался пошутить Максим.

— Как–то долго плывём, — сообщил Илья — не помню я что бы крутые берега так долго тянулись, сто ну двести метров, — продолжил рассуждать он, постоянно выискивая взглядом хоть какие–то ориентиры. — А тут уже метров пятьсот проплыли, а берег такой же, и река ни разу не свернула, как по шоссе прём.

В этот момент туман начал редеть практически на глазах. Спустя всего пять минут от него не осталось и следа. То же солнце, та же речка. Также тепло и спокойно.

* * *

— Илюха, блин, где «Фонтанка» — спросил с раздражением Роман —

Мы сколько поворотов уже прошли, темнеет.

— Сам ничего не понимаю, — ответил Илья — я ничего не узнаю. Мы, судя по времени уже двенадцать километров прошли, уже «Екатеринка» должна быть, а мы на «Фонтанку» даже не наткнулись. более того, я реально не узнаю ничего, как будто в первый раз тут плыву.

— Да уж Сусанин, ты нас завёл так завёл, — по–прежнему с шутовским гонором сказал Максим — вроде Русские всё, что ж ты нас погубить то решил…

— Макс я не шучу и не прикалываюсь, — взволнованно сказал Илья, поворачивая к берегу, — сойдём тут, надо осмотреться. Не понимаю, где мы.

Причалив, Илья помогая затащить на берег лодку друзей. Продолжил уже на берегу — неужели вы не видите, как сильно изменилась река? Она шире, даже вода с каким–то зеленоватым отливом, Лозовка темнее гораздо, по берегам торф, да глина, а тут чаще песок, да и глубокая больно, не одного переката не встретили, хотя должны были как минимум три пройти.

— И как такое могло случиться? — спросил Рома, докуривая последнюю сигарету в текущей пачке.

— Вот и я думаю, как, — ответил Илья.

— Выбора нет ночуем тут, утром выдвигаемся дальше, хоть один посёлок–то нам должен попасться на пути. Ну или связь появится, тишина полная, ни разу сигнал не появлялся, такого быть не может, — поставил точку в бессмысленном споре никем не назначенный руководитель сплава.

* * *

Ночь выдалась неспокойной, Роман, похоже, заведённый окончательно, постоянно провоцировал Илью на конфликт, причём не обязательно из–за сплава и того, что заблудились. Со стороны казалось ему вообще не важно о чём спорить, лишь бы спорить и ругаться. Макс тоже впал у Ромы в немилость. В общем поспать не удалось. Никому.

Около четырёх утра решили продолжить сплав. На этот раз Рома плыл отдельно. Никакого воодушевления и радости больше не было. Рома то дулся, то матерился, даже курить перестал, а это вовсе что–то из ряда вон выходящее. Илья был погружен в себя, самокопание, плюс груз ответственности за отряд, что он на себя сам взвалил, приводил парня в уныние. Даже Максим, всегда весёлый, ехал тихо, лишь иногда подвывал под очередной трек в его безразмерном плейлисте:

* * *

Смерть, одному лишь нужна И мы, мы вернёмся домой. Его плоть и кровь, вновь насытят нас А за смерть ему, может бог воздаст.

* * *

Громкий всплеск впереди за поворотом, там, куда уплыл Рома, опередив более гружёную лодку, не предвещал ничего хорошего.

Макс скинул наушники и начал звать Рому, Илья с удвоенной силой налёг на вёсла. Интуиция не подвела, лодка без пассажира плывёт сама по себе.