Элита
Шрифт:
И только когда их транспод умчался восвояси, я вызвала свой. Усевшись в него, я связалась со штабом и перешла сразу к делу:
– Штаб, вы получили эфир из туннеля. Скажите, есть какие-то записи, где упомянуты твари под названием «наги»? Или подобные им змеелюди?
– Никак нет, Охотница, – ответили мне. – Твоя Гончая не дала никаких подробностей?
– Никак нет, штаб. Полагаю, тут нужен фольклорист.
При первой возможности я вызову Ча и вытяну у него все подробности. Но штабу об этом знать необязательно. Насколько мне известно, Гончие не особо болтливы даже со своими Охотниками.
– Рапорт немедленно по прибытии, Охотница Рада. – Это был уже другой голос.
Чего и следовало ожидать. Я вздохнула. Значит, сегодня на очередь меня не поставят и еще раз в водосток не пошлют. Разве только отправят по вызову в составе Элит-отряда. А так будут меня полдня мурыжить этим рапортом.
Это, конечно, никакое не взыскание, это нужно для информации. Камера ведь фиксирует не все – например, запах в ролике не покажешь. По возвращении меня ждала встреча в небольшом кабинете с тремя прожженными дознавателями. И они вытянули из меня посекундное описание сражения с нагами. Они мне все мозги проели: вспомни то, да вспомни это. Заставили вспомнить даже то, что я сперва упустила. А у меня и так голова раскалывалась. Я непрерывно пила воду, и боль понемногу рассосалась, но далеко не сразу. Почему-то пухнущая голова куда хуже, чем царапины от вайверновых когтей.
А мозг мне проедали три очень серьезных, сосредоточенных и суперорганизованных человека – двое мужчин и одна женщина, – с виду настолько похожих, что сошли бы за братьев и сестру. На них была какая-то незнакомая форма – как полицейская, но не черная, а темно-темно-зеленая. Вся троица сидела за столом напротив меня. Дознаватели расстарались и сделали для меня удобную обстановку: стены приятного успокаивающего салатового цвета, безупречная акустика, не давящая тишина и кресло… Еще в детстве я мечтала посидеть на облаке – так вот это кресло было почти как облако, да еще и откидывалось. Они меня кормили таблетками от головной боли, поили всем, чем я хотела. Если бы меня не мутило, они бы меня и накормили вдобавок. В общем, упрекнуть дознавателей мне было не в чем. И я понимала, что мой рассказ невероятно важен. Все-таки новый пришлец… и по всем признакам, довольно тяжелый случай. Поэтому надо знать про него все до мельчайших подробностей.
В конце концов дознаватели дали понять, что их душенька довольна, и отпустили меня на все четыре стороны. Обед я безвозвратно пропустила, а вот поужинать была очень даже не прочь.
Однако тихий ужин в семейном кругу нам сегодня не светил.
В столовой толпились измотанные Охотники. Всем было не до разговоров. И рядовые Охотники, и Элита сегодня весь день провели в дозорах или выезжали по вызовам. Буря после бури – вот как это называется. Очень даже предсказуемо. Ливень загнал пришлецов в укрытия, они там просидели два дня, а нынче вырвались на свободу, голодные и злющие.
Сегодня даже у тех, кто нес дозор на «легких» угодьях, денек выдался тот еще. Народу было много, поэтому все садились где придется. Я оказалась рядом с двумя Охотниками-новичками. У них только-только пробудился дар, появились Гончие, и они проходили в штабе аттестацию. Бедолаги настолько выдохлись, что даже не заметили, как я уселась за их стол.
Ретро. Увидев,
– Радка, ты разбиваешь мне сердце! – заявил он. – Если так пойдет и дальше, я, пожалуй, решу, что ты это нарочно!
Я бы не разбивала ему сердце – да только свободных стульев за столиком не было. Двое несчастных новичков, заметив Ретро, чуть было не повскакивали с мест. Ретро рассмеялся:
– Да ну, ребята, лучше сидите, а то еще развалитесь. Пойду со своей истерзанной душой сяду к Искре. – Он подмигнул мне и двинулся дальше.
В столовую вошел Кент, и поначалу на него никто не обратил внимания. Но оружейник заговорил в почти полной тишине, и все сразу обернулись к нему.
– Слушайте, Охотники. У нас новый пришлец.
Под потолком зажглись четыре видэкрана. На них крутился эфир нашей битвы с нагами. Примерно через полминуты Кент нажал на паузу. На экранах замерло довольно четкое изображение одной из тварей.
– Сабли?! – выкрикнул Тобер, дюжий темноволосый парень, одетый в оранжевое, коричневое и черное. Раньше он был в свите Аса. – Да ладно! У них реально сабли?
Понятно, почему он так изумился. Мы привыкли, что пришлецы пользуются природными силами или магией. Из тех, с кем я сталкивалась, к оружию прибегают только красные колпаки да ноккеры. Ноккеры вооружены грубыми дубинками и кремневыми ножами, а красные колпаки – более изящными ножами из бронзы. Принесенные мною сабли нагов были какие-то непонятные – не бронза и не сталь. И очень мастерски сделанные – прямо загляденье: у каждой чуть изогнутый клинок и одно смертоносное лезвие.
– Новые пришлецы были идентифицированы как «наги». Как вы можете видеть, в основном они нападают, пользуясь физической силой. Чрезвычайно высокая скорость перемещения, хвост используется как оружие и еще четырехкратное усиление за счет сабель.
Теперь голова моя уже не так пухла, и я могла более или менее вдумчиво рассмотреть застывшее изображение нага на видэкране. Ну да, четыре руки, и они довольно причудливым образом сочленены с туловищем – ну а как еще при четырех-то руках? Бедер у твари не было и в помине. Может, вторая пара рук получилась из ног? Хребет укоротился, таз деформировался – и вот пожалуйста: человеческий торс врос в змеиное тело.
У этого нага было украшение: что-то вроде нагрудника из золотых цепочек, а его длинные темные волосы, уложенные в хвост, перехватывал золотой гравированный зажим. После гибели нагов украшения не сохранились – значит, это была иллюзия или какое-то магическое изделие. Сзади на руках у нага виднелись чешуйки. Его человеческая кожа была грязноватого коричневато-зеленого цвета, а змеиный хвост – ближе к зеленому. Наг что-то рычал: его открытый рот, как я и запомнила, был весь усеян острыми зубами. Не клыки – скорее человеческие зубы, только заточенные.
Кент пересказывал все, что я поведала дознавателям. Но я слушала его вполуха, а больше разглядывала кадр с нагом. И чем внимательнее я присматривалась, тем отчетливее видела: квадраты мышц у нага на груди – это на самом деле тонкие и гибкие пластины. Наг, по всей видимости, облачен в легкий доспех. Тогда понятно, почему наши выстрелы не причиняли его сородичам особого вреда.
Конец ознакомительного фрагмента.