Элита Империи

Абанов Виталий

— Четвертый, здесь Марафонец — два. У тебя все в порядке?

— Да… думаю да, сэр… один раз меня преследовал истребитель.

— Что?!

— Но она пропустила меня, сэр.

— Пропустила? Просто так? — не поверил своим ушам Перси.

— Думаю да, сэр.

— Невероятно. В любом случае — держись, четвертый, уже скоро все закончится. Скоро мы будем дома. — не было времени решать, привиделся Мефале истребитель или еще что там произошло. Дома разберемся.

— Спасибо, сэр… — в эфире всхлипнули и Перси прекратил связь.

— Командор! Обнаружены

два прямопоточных плазменных факела на полной мощности! И… они позади нас! — оторвался от своего экрана унифер Джуд.

— Вот дьявол! — выругался Март. Противник все-таки прошел мимо них! Его "Драгуны" были далеко, придется разворачивать "Золотокрылых", придется бросать в бой вояк Таганата. И, да, он наверное и сам спустится в ангар, на случай, если эти картонные солдатики не справятся. Если он вылетит прямо сейчас, то во всяком случае успеет раньше "Драгун", которые уже отошли на приличное расстояние от "Великого Тагана" в неверном направлении.

— "Золотокрылые"! Слушать приказ! На полной скорости за этими объектами! Опознать, попытаться вступить в переговоры. Попытаться склонить к сдаче в плен. Понятно?

— Понятно… — с откровенным недоумением. Когда это в космическом бою в плен брали? Март мог бы рассказать "Золотокрылым", что его ребята и не такое проделывали, причем не один раз. Впрочем, что толку в россказнях, когда его подразделение в двух часах лету от "Золотокрылых", а ведь тем и самим надо наддать, чтобы догнать противника.

— А если не получится, командор? — снова "Золотокрылые".

— Если не получится — черт с ним. — с чувством сказал Эдисон: — открывайте огонь.

— Так точно, командор.

— Конец связи. — Эдисон повернулся к дежурным и сказал: — когда ваш чертов ленивый капитан все-таки припрется на мостик, скажите ему, что я вылетел к крылышкам. Командование ему не передаю, пусть слушает приемник, все ясно?

— Ясно, командор… — ответил унифер и Март бросился в ангар — к своему истребителю.

— Внимание, обнаружен противник! — тактический компьютер ожил, защелкал, распределяя цели: — Цель групповая на семь часов, предположительно истребители. Движется в нашу сторону с максимальной скоростью.

— Вот дерьмо… — сказал Перси, вспомнив любимое выражение Хлои. Может быть они все-таки успеют выйти к границе Мейнхарда до того как истребители порвут их на лоскутки?

— Предварительный анализ… — сказал Перси компьютеру.

— При нынешней скорости они войдут в зону поражения ракетами типа "Тигр" через шесть часов.

— Хорошо… мы выходим к границе через пять часов… у нас есть шанс избежать встречи… — сказал Перси, прикидывая, можно ли увеличить скорость. Поточные двигатели работали на полную мощность, режима "овердрайв" или аварийное ускорение у бота не было. Скорее всего в серийной модели этот режим появится, без него не обходится ни один истребитель, но сейчас его не было.

— Командор! — Март Эдисон уже переоделся в летный комбинезон и скользнул в кабину своей "Манты", когда его вызвал командир "Золотокрылых".

— Да, крылышки?

— Командор, эскадрилья легла на боевой курс. Согласно расчетам мы догоним их через шесть часов.

— Увеличить скорость. — немедленно отреагировал

Март.

— Есть… но зачем, командор? Им все равно деться некуда. А режим овердрайв съест наши ресурсы и…

— Выполнять приказ.

— Есть! — "Золотокрылые" отключились, а Эдисон застегнул ремни подвески и начал прогрев двигателей своего истребителя.

— Внимание! Групповая цель увеличила скорость на двадцать процентов!

— Расчет! — Перси склонился над компьютером.

— При этой скорости возможность ракетной атаки у них появляется через четыре с половиной часа.

— Вот дерьмо.

— Команда не ясна. Повторите пожалуйста.

— Я говорю — дерьмо… и это — не команда. Это просто констатация факта… — пробормотал Перси себе под нос, выключая голосовой ввод команд.

"Золотокрылые". Отдельная эскадра ударно-истребительных сил малых палубных судов ВКС, базирующаяся на "Великом тагане", корабле поддержки. Эскадра, была создана из так называемых резервистов, и в мирное время была кадрированной, или как невесело шутили сами пилоты — кастрированной. Это означало, что из всего состава эскадры только ключевые фигуры, командиры служб и подразделений были профессионалами, а остальные — до поры призыва считались в резерве. Как результат — многие из пилотов "Золотокрылой" эскадры в первый раз сели за штурвал истребителя два месяца назад. Общий налет всей эскадры мог запросто перекрыть любой из пилотов Марта Эдисона — в одиночку. Поэтому Март сейчас сидел в кабине своего истребителя и выжимал из него все, на что тот был способен — потому, что он не доверил бы этим ребятам даже придерживать дверь в туалете.

— Внимание! Через двадцать минут "крылышки" войдут в контакт с противником! — сообщили с корабля-матки по коммуникационному лазеру.

— Ясно. Здесь Март Эдисон, позывной "Змей".
– в пространстве Март называл себя только так, хотя и был уже командором: — "Крылышки"! Все по плану, понятно?

— Понятно, Змей.

— Что мне делать, сэр? — спросила Мефала Тонг. Она, как ни странно успокоилась и даже впала в какое-то вялое безразличие, наблюдая за приближающимися зелеными точками на экране радара.

— Вектор двадцать три — ноль. Измени курс и следуй ему на полной мощности! — напрашивалось решение развести корабли еще дальше, в разные стороны (не клади все яйца в одну корзину!), но Перси знал, что это ничего не решит, группировка противника просто разделится надвое и уничтожит их поодиночке. Нет. Он наоборот свел траектории Мефалы и собственную в одну. Чтобы у них появился шанс. Вернее — у нее.

— Неизвестным кораблям! Это командир "Золотокрылых" Рашид Махмен. Приказываю лечь в дрейф и заглушить двигатели! Повторяю — лечь в дрейф! Иначе мы будем вынуждены применить силу! — раздался в динамике голос преследующих их истребителей. Мефала уже не волновалась. Она уже устала боятся. Что могут сделать ей и ее ребенку какие-то меленькие зеленые точки на экране радара? И этот противный голос из динамика всего лишь голос, дорогой, сказала она, обращаясь к новой жизни внутри себя, не бойся, мама не даст тебя в обиду, все будет хорошо.