Элита Империи
Шрифт:
— Самое главное, то, что они в состоянии выйти в гиперпространство. Противник этого не ожидает.
— Все равно дерьмо. Вот скажите мне, почему тут поставили это уродство? — инженер пнул штурмовик по блестящим, отполированным дюзам реактивных плазмопоточных двигателей: — Ведь есть же гравитационный привод. Он и места меньше занимает, и эффективность на два порядка выше. Они же будут попросту ползти по пространству, как потерявшиеся улитки.
— Откуда я знаю? — пожал плечами лейтенант: — может здесь нельзя было ставить двигатель Маклина, может антиграв как-то влияет на действие гипердвижка? Может еще что. Какая разница?
— Да почти никакой. Поставить сюда гравитационный двигатель мы все равно не сможем. Погодите-ка,
— Тогда сюда даже этих двигателей более чем достаточно. Они же не смогут разогнаться сразу, равно как и затормозить. Пилот от перегрузки сразу без сознания окажется. Вот ведь черт. Новое, блин, оружие. Так мы скоро до каменных топоров скатимся. — проворчал Атью, чувствуя, как его злость улетучивается. Нестыковок и ошибок было слишком много для случайности. Может быть эти штурмовики и впрямь являлись новым оружием.
— Я не специалист по части флотского вооружения и тактики. — сказал Мур: — но думаю, что эти корабли задуманы как скрытое оружие первого удара. Они на реактивной тяге, так что гравитонными установками их не засечешь, слишком малы, для масс-детекторов и способны к гиперпрыжку. Оружия маловато, но думаю, это вследствие необходимости нести запас горючего для реактивных двигателей.
— Появится и врезать. Для наших целей самое то. — сказал Атью: — но они мне все равно не нравятся. Уродливые какие-то.
— Главное — чтобы они бы эффективными. — ответил Мур. Тем временем техники окончательно закончили расконсервацию малых судов и доложили об этом.
— У нас есть еще два часа до выхода в район. — сказал Мур, взглянув на часы. Потом штурмовики отправятся своим путем, а "Гермес" — своим. Учитывая скорость передвижения штурмовиков нам понадобиться около двух недель, чтобы выйти к границе сферы Мейнхарда. "Гермес" тем временем будет пробираться вдоль пояса астероидов. Он, если повезет, может выбраться и пораньше. Нам придется провести в этих коробках две недели. — добавил он, словно извиняясь.
— Сэр. — обратился к нему подошедший Перси: — У меня все готово.
— А как твоя ученица?
— Мефала? Времени в обрез, сэр, но мы проиграли сценарий три раза, плюс дополнительные данные и советы на планшете. Все равно большую часть времени на автомате идти, только переход в гипер вручную включать, да в системе СОС подать. Сэр. — Перси чувствовал какую-то неловкость каждый раз, когда разговаривал с этим лейтенантом из СБ. Вроде и одет опрятно и чисто, строен, ладно сшит, и говорит гладко, а какое-то чувство вызывает… нехорошее, подумал Перси, глядя на то, как тот кивает головой подошедшему механику Клаусу Штайнке. Имперская СБ это, конечно контора серьезная, но не приговор, в конце концов, и там, наверное люди нормальные работают, вот только слишком он правильный какой-то. Все у него всегда по уставу и согласно правилам и нормам. Такие люди раздражают всех остальных своим скрупулезным следованием всем инструкциям и правилам, заставляя всех остальных задумываться о собственном несовершенстве. Еще лейтенант был слишком официален и вежлив. "Скользкий тип" — так охарактеризовала его Амбромахия, а уже ее мнению Перси доверял как самому себе, а то и больше.
— Ну, ладно, лейтенант, приготовьтесь к выходу в пространство. — сказал Мур, подчеркнув слово "лейтенант".
— Я надеюсь, вы влезете в кабину… — добавил он вслед Перси с легкой улыбкой. Перси стиснул зубы и сделав вид, что не расслышал, проследовал к своему штурмовику.
— Послушай, хватит тебе тиранить паренька, Генри. — сказал Атью: — Ему и так нелегко.
— Кому из нас легко? — пожал плечами Мур: — Пусть
— Ну, смотри сам. — Атью не мог противостоять Муру, даже словесно.
— Ты можешь идти отдохнуть, Атью, у меня тут все схвачено. — добавил Мур.
— Капитан приказала мне проследить за вашим выходом. — ответил тот. Приказ капитана обсуждению не подлежит, это старое флотское правило.
— Конечно. Оставайся. — Мур отошел в сторону и сделал вид, что страшно занят осмотром двигательной части штурмовиков. Атью кивнул головой, больше самому себе, чем кому-либо и подозвал к себе Штейнке. Еще много надо было сделать. До выхода в район выброса оставалось полтора часа. Полтора часа, за которые много что надо сделать. Проверить еще раз, наверное уже в сотый, все системы и механизмы. Перезагрузить тактические компьютеры и ввести новые флэш-карты. Провести тестирование нейроники. И пилоты… где этот Боргкхарт? Атью нажал кнопку вызова на своем коммуникаторе.
— Медицинский? Где Борг?
— Сейчас, сэр… он должен быть здесь… минуточку, сэр. — Атью сжал губы и непроизвольно принялся отбивать такт левой ногой, как всегда, когда он нервничал.
— Сэр, его здесь нет.
— Что значит нет? Куда он мог подеваться? Найти Боргкхарта и…
— Я здесь, сэр. — Атью обернулся. Перед ним действительно стоял Боргкхарт. Стекло шлема было затемнено и лица не было видно, но индивидуальный номер на груди и звание…
— Минуточку. Измените прозрачность. — Боргкхарт послушно убрал затемнение и Атью увидел его бледное осунувшееся лицо с тенями под глазами.
— Просто свет глаза режет… — пожаловался он.
— Я понял, можете вернуть затенение. Вы в состоянии управлять малым судном?
— В Ударном Истребительном нет больных и здоровых, сэр. Есть живые и мертвые. — ответит Боргкхарт.
— Понятно. Приступайте. — Атью проводил пилота взглядом. Старая закалка, подумал он, старая школа.
— Внимание! До выхода на рубеж сбрасывания осталось тридцать минут! — раздался голос тактического компьютера. Перси уже сидел внутри кабины штурмовика. Внутри действительно было тесновато, хотя снаружи штурмовик был раза в два больше "Центуриона". Панель управления и оборудование кокпита было стандартным, добавилось несколько новых экранов и тумблеров, но в целом Перси чувствовал себя достаточно уверено. Он погасил внешнее освещение в кабине и остался один на один с зеленоватым свечением приборов и тактических мониторов. Руки привычно выполняли свою работу, проверяя системы, прогоняя тесты по электронному оборудованию. Экран нейропроцессора оставался потухшим за ненадобностью. Перси чувствовал себя спокойно и уверенно в этой "скорлупе" из мощнейшего оборудования и вооружения, здесь никто не видел его и никто не мог ничего сказать про его размеры или габариты, здесь он был просто "Марафонец-два", безымянная боевая машина. Он знал, что делать и делал это, испытывая внутреннее удовлетворение, когда это у него получалось хорошо.
— Внимание до выхода на рубеж осталось двадцать минут. Последняя проверка всех систем! Зеленая готовность! — прозвучало в наушниках. Перси начал последнюю проверку. Тем временем снаружи техники уже убирали ненужное оборудование, увозили переносные станции заправки и обслуживания, закрепляли на местах подъемники. Вспыхнула лампа зеленой готовности. Перси вставил в прорезь флэш-карту инструкции. Тактический компьютер прогнал задачи, координаты и варианты флэш-карты через свой процессор и довольно мигнул красным огоньком. Инструкции загружены. Системы проверены. Теперь осталось только ждать. Перси огляделся вокруг. Через слегка затемненное стекло кокпита он видел немного внизу суету техников, соседние штурмовики, поднимаемые на ложементы и огромную шлюзовую дверь ангара с большими красными цифрами.