Элирм III
Шрифт:
— Месть.
— Месть?
— Да. Самая что ни на есть холодная и жестокая месть, что была спланирована задолго до нашего появления и только и делала, что ждала подходящего часа. Момента, когда большая часть людей высадится на Элирм.
Ученый молча указал на зависшую на орбите вереницу «баранок». В то же мгновение один из космических кораблей отделился от общей массы и направился вниз, а еще через минуту ярко засветился, войдя в плотные слои атмосферы.
— Не понимаю. А за что им мстить?
— За то, что наша цивилизация уничтожила больше богов, чем любая другая. И полагаю, это наша
— То есть?
— Многие думают, что мы лишь отобрали избранных, а затем улетели, бросив остальных на произвол судьбы. Но это не так. Параллельно с операцией по спасению, мы с Генри разработали проект судного дня «Валькирия». Разбросанные по всей планете подземные бункеры с запасами продовольствия, оружия и медикаментов, а также сеть из полутора тысяч орбитальных спутников, доверху набитых самым современным оружием. Электромагнитным, лазерным и кое-чем посерьёзнее. Вряд ли кто-то из богов ожидал, что после оглашения приговора системы и получения лицензии жнеца, им на голову начнут сыпаться ядерные боеголовки, что по разрушительному эффекту работают ничуть не хуже, чем божественная сталь.
— А разве люди виноваты, что не захотели так просто сдаваться и умирать?
— Скажите это им.
— Ясно — поморщился я — Но я так и не понял, причём тут именно мы? Вы сказали, что помимо поисков Августа, есть еще один вопрос, не терпящий отлагательств.
— Терпение, господин Эо. Мы практически подошли к его сути.
— Что ж, хорошо.
Я снова откинулся на спинку скамьи.
— Я обо всём вам расскажу. Однако сперва позвольте задать вам вопрос: в чем, по-вашему, заключается смысл жизни?
— Вы серьёзно? — удивился я. Вот уж чего я точно не ожидал, так это философских вопросов.
— Серьёзнее некуда.
— Сомневаюсь, что это имеет хоть какое-нибудь отношение к делу.
— И тем не менее.
Я глубоко задумался.
— Знаете, я не люблю этот вопрос, потому как уверен, что он относится к разряду тех, на которые не существует ответа. Но коли вы настаиваете, то, по моему личному мнению, смысла нет. Точнее он есть, но, как и в случае с понятием счастья, постоянно видоизменяется в зависимости от запроса. Так для ребенка смысл жизни в том, чтобы его любили родители. Для подростка — популярность среди сверстников и возможность поглазеть на голые фотки Наташки. Для абитуриента — поступление в институт и так далее. Но как такового глобального смысла я все равно не вижу.
— И даже, несмотря на не так давно полученные сведения?
— Развиться до тысячного уровня и стать богом? Вы к этому клоните?
— Как вариант.
— Я вас умоляю, мистер Доусон. Мне бы с обычными проблемами сперва разобраться. Да и какой в этом смысл? Допустим, станете вы богом и что тогда? Разделяй и властвуй? Как думаете, сколько тысячелетий минует прежде, чем вам это окончательно надоест?
— Вы одновременно правы и нет. Обретение божественного статуса — лишь одна из ступенек, ведущих к главной цели.
Я усмехнулся.
— Говорите так, будто бы знаете ответ.
— Знаю. Как и то, откуда на самом деле появилась Вселенная.
— Интересно.
— Когда-то давно она была одним большим атомом под названием Universum, что имел атомный номер 10 в 78-й степени. Затем
— И кому же необходимо умереть сейчас?
— Системе.
Я рассмеялся.
— Вы реально хотите уничтожить систему?
— Скорее освободить.
— Зачем?
— Затем, что система — это диктат и абсолютная тирания одного в замкнутом мире. А мир, как и обычный мяч, не может стоять на месте. Он должен катиться дальше.
— Ладно, пускай — я понял, что наш философский разговор стремительно начинает мне надоедать — В любом случае меня это не касается.
— Вы ошибаетесь.
Я промолчал.
— Скажите, господин Эо — продолжил Доусон — Вы спрашивали себя о том, зачем Августу понадобилось проникать в начальную зону и разыгрывать перед вами театральную сцену?
— Да.
— И каков ответ?
— Пока не знаю.
— Вы расстроитесь, если я скажу, что он вас использовал?
— Каким образом?
— Предмет, что вы носите с собой. Небольшой металлический шарик, спрятанный в самом надежном «хранилище» из всех существующих — «кармане абсолютной пустоты».
— Ага… ясно…
— Вы ведь не знаете, что это такое?
— Нет, не знаю.
— Это Мелестил. Артефакт Очарованного, одного из тринадцати старых богов, создавших систему. И ключ дающий доступ к её «главному компьютеру». Стоит собрать все эти ключи воедино, и вы обретете власть над самым могущественным существом во вселенной. И сможете самостоятельно вершить свою судьбу, не оглядываясь на богов, сенат и прочих мелких чиновников, наделённых локальной властью. Август тоже это понимал. Как и то, что подобная вещица способна привлечь к себе массу ненужного внимания. Поэтому он воспользовался вашей наивностью и крайне редкой способностью, дабы незаметно пронести Мелестил через границу начальной зоны. Грубо говоря, он сделал из вас контрабандиста, притом, что сами вы об этом не знали.
— И что же вы предлагаете?
— Я могу избавить вас от этой ноши. Вы можете передать Мелестил мне, а затем покинуть пределы Валийской Империи и отправиться в Сумеречные земли, на которые влияние здешних законов не распространяется. Небесные, подземные и плавучие города, а также целые государства, живущие по собственным законам и правилам. Многие отправляются туда и посещают столицу империи исключительно в случаях острой необходимости. И даже топовые кланы предпочитают размещать свои главные штаб-квартиры именно там. Огромные неисследованные территории, «подземелья», живописные горы, реки и, главное, максимальная степень свободы, буквально пропитанная духом приключений.
— Звучит заманчиво — улыбнулся я.
— И более того, если вы согласитесь, то я переведу на ваш счет ровно сто миллионов золотых.
— Щедро.
— Стало быть, мы договорились? — обрадовался Доусон.
Я выдержал длинную паузу, а затем подбросил истлевшую сигарету в воздух, переместив окурок прямиком в «хранилище».
— Нет.
Ученый опешил. Он до последнего был уверен, что я соглашусь.
— Но почему? Дело в деньгах? Хорошо, если сотни миллионов мало, то тогда я переведу вам миллиард.