Элина
Шрифт:
Жители с этим согласились на одном условии. Королевство не будет лезть в дела поселения. Они исправно платили налоги, иногда приезжали в другие города, но с тех пор, к городку Обирон, зелерийцы старались не приближаться. На самом деле, всё было очень просто. Вместо обычных магов метаморфов там обитали настоящие оборотни, которые ко всему, спокойно пользовались магией.
Ведь опыты, которые ставил Харн на похищенных людях, проводились для того, чтобы создать себе подобных. Однако оказалось, что если скрестить человека и демона, получаются только полукровки и никакая магия не помогает.
Ровно три ночи каждый месяц, когда ночное светило становилось полным, они превращались в зверей. Три ночи безудержной ярости, азарта охоты, жажды крови и плоти. Скорее всего, королеве сообщили об этом, потому она и согласилась на условия харнийцев, как их впоследствии назвали. Уничтожать своих подданных, которые столько перенесли, она не желала.
Много тысячелетий прошло с того времени. Уже не один, а три города харнийцев находилось в Чащобе Харна. Со всеми монстрами они справлялись сами с помощью своего проклятия. Каждый месяц, в течение трёх ночей, они уничтожали всех тварей, подбирающихся близко к городам. Всех такое положение дел устраивало, но как ни странно, об этих оборотнях молчали все зелерийцы. Так что о существовании харнийцев, может и догадывался кто-то в других странах, но точно не знал никто.
Вот поэтому Каин и нервничал, так как он знал всё. Но это были не все дурные новости. Он не мог управлять марионеткой. Столько света было в мальчишке, что даже смотреть или слушать через него, становилось больно.
«Чтоб этому Дариону во тьме просидеть несколько столетий! Так, без паники».
Каин остановился и принялся медленно дышать, стараясь, успокоиться. Но через минуту бросил это пустое занятие и, растерев в пыль ещё один стакан, воскликнул:
— Ну почему Зелерия?! Там же эти полукровки, которые так и не научились своим даром пользоваться! Необходимо что-то делать. Срочно. Иначе я рискую остаться без Элины и разлома.
Он резко замолчал. В голову пришла безумная идея. Схватив кристалл связи, Каин приказал своему слуге:
— Узнай, кто из метаморфов будет в отряде, который выделят элитной группе!
И немного успокоившись, он пошёл в кабинет. Освобождение безликих, никто не отменял.
Эштиар спустился вниз первым. Пока остальные раскладывали вещи, он решил поинтересоваться, кого именно отправят с ними в Чащобу Харна. Увидев Лиору Фелис в гостиной, хранитель направился прямиком к ней.
— Кирия Фелис, могу я задать вам пару вопросов? — произнёс он, усаживаясь в кресло.
Лиора, увидев Эша, заметно побледнела. Руны на её лице засверкали, а глаза лихорадочно заблестели. Она, очень осторожно ступая, подошла к дивану стоящему напротив и села. Затем слегка откашлявшись, женщина вдруг спросила:
— Профессор де Круа, а вы знаете, почему метаморфы, очень редко отправляют своих магов в академию?
— Потому что, кроме трансформации вы не можете использовать другую магию? И вроде, вы передаёте знания и умения подрастающему поколению по наследству, — Эш растерялся от её вопроса.
— Вы правы, — она внимательно вглядывалась в его
Женщина резко встала с дивана и отошла к небольшому столику, на котором стояли напитки. Налив себе в стакан, нечто довольно крепкое, она залпом его осушила. Затем, собравшись с духом, развернулась к Эшу.
— Легенда о Жнеце. Обычно его ожидают на закате дней с улыбкой на лице. Ведь благодаря ему наши души могут уйти за Грань, после чего, перерождаются вновь. Но это не всё. Порой, Жнец карает тех, кто привлёк его внимание своими ужасными деяниями. Только ему под силу отправить душу в забвение, лишив тем самым права на дальнейшее существование.
Эш сидел и с интересом наблюдал за женщиной, стараясь сделать вид, что слышит это впервые. Но взгляд Лиоры будто пронизывал насквозь. Было ощущение, что она отлично знает, кто сидит перед ней.
— У многих народов есть подобные легенды, — осторожно начал Эш, но его перебили.
— Но ни один народ, не передаёт все свои воспоминания перед смертью, своим потомкам. Мы передаём. Я говорю всё это, поскольку, некоторые наши предки лично видели Жнеца. В свой последний визит, много тысячелетий назад, он пришёл карать. К сожалению, мой предок был злобной тварью, и та кара являлась справедливой. Жнец забрал у него искру Силы, обрекая на несколько лет существования без магии, с осознанием, что больше его душа не вернётся.
Она перевела дух, всё так же глядя на Эштиара. Взгляд женщины вдруг стал умоляющим. Из её глаз полились слёзы, и она всхлипнула, произнеся чуть слышно:
— Я знаю, кто Вы. Молю, скажите мне одно, вы пришли за кем-то из моей семьи? Неужели я не уследила?
Эш обомлел. Он ожидал чего угодно, но не такого: «Как?! Как эти люди сумели оставить память предков?!»
— Лиора, не плачьте, — мягко произнёс Эштиар, — могу вас заверить, что вы ошиблись. Может я похож на того мифического Жнеца, но я не он. И никого из вашей семьи, если они того не заслуживают, я забирать не собираюсь.
После этих слов, Лиора шумно выдохнула и будто обмякла. Только тогда Эш понял, в каком напряжении находилась всё это время женщина. Он улыбнулся ей и предложил:
— Воды?
— Да, пожалуйста, — хрипло, стараясь успокоиться, проговорила она.
— Вообще, я хотел узнать, кого из магов отправят с нами в Чащобу Харна? — протягивая стакан с водой, задал вопрос Эш. — А также, услышать всю правду, без прикрас, что там происходит и чего нам ожидать. Понимаете, я очень дорожу своими адептами.
— Насколько я знаю, — сказала Лиора, глотнув воды, — с вами отправят отряд из десяти человек. Кто именно будет ещё неизвестно. Вроде хотят отправить двоюродного племянника королевы.
— Ого! В честь чего такое внимание? — Эш напрягся, почуяв неладное.
— Не всё так просто в Чащобе, — отведя взгляд, пробормотала женщина. — Там, всё меняется. Некоторые монстры стали другими. Да и поселения харнийцев вам придётся обходить стороной, они не любят гостей.
— Значит, харнийцы, это не миф, — задумчиво протянул Эш.