Эликсир для гения

Кисель Елена Владимировна

– Что?! – не дал договорить ему Найджел. – Вы сказали, средство скрыть… но это же несколько миллионов жизней!

– Каким же психом нужно быть, чтобы так маскироваться?! – выпалил Флипперз.

– Цель оправдывает средства, – с усмешкой произнес Лестер. На него глянули удивленно. – Его девиз, разве нет? А, Стил? Ну, валяй, скажи, что я не прав, ведь это же и твой девиз тоже?

Реакция на это высказывание последовала бурная. Стил вскочил, и Хелли впервые удостоилась чести наблюдать у гения хоть какое-то проявление эмоций – если, конечно, не считать маски вечной благожелательности.

–

Смотря какая цель! Моя идея предполагала изменение человеческой природы к лучшему. Устранение войн, международных конфликтов, прекращение гонки вооружений… хотя вам не понять, Лестер! – в глазах Стила явственно запрыгал огонек ненормальности. – Что вы вообще можете понять? Что знаете вы все… вообще, большинство из нашей цивилизации? Она идет по пути деградации все дальше и дальше – нет, Ассен, не только людские расы! Все расы. Механизмы? Не смешите меня, технический прогресс не имеет к этому отношения! Расы становятся ничтожными придатками механизмов, тупеют, вырождаются, губят друг друга… и ничего не могут изменить, потому что разучились мыслить! А я – я могу изменить… просто потому, что я умнее, потому что я могу увидеть ошибки и исправить их… могу – и имею право. Нет, это не просто идея. Я не бросаюсь подобными словами – я знаю. Будущее – за мной, Лестер, за такими, как я…

– Знаете, – прервала его Хелли. – От души надеюсь, что я не доживу до такого будущего.

Он посмотрел на нее с такой снисходительной улыбкой, что ее передернуло. Но Сайлес Стил уже вернулся в свой доброжелательный образ.

– Мне кажется, мы немного отклонились от темы, – произнес он, снова садясь, – итак, нападения были лишь маскировкой, за которой скрывались истинные планы Неффера. Проследить тенденцию довольно сложно, но несколько атак, а главное – последний удар, навели меня на мысль…

Едва ли его кто-то слушал. Вид у всех, даже у Ассена, был такой, словно их укачало во время последнего полета на челноке, а вспомнили они об этом только сейчас. Хелли и сама ощущала нечто подобное. Это трудно было выразить словами.

Омерзение.

«Этот тип и за людей-то нас, кажется, не считает», – общая мысль, для выражения которой и переглядываться не нужно.

– …и потом Обитель, то есть я имею в виду дом мастера Иллоса, вы улавливаете тенденцию?

Команда «Септа» дружно очнулась от раздумий.

– Что?! – осведомилась она у Стила полным составом.

Ученый посмотрел на них с искренней жалостью. «А я что, не говорил насчет деградации?» – читалось в этом взгляде.

– Постойте, я что-то не поняла… – с запозданием дошло до Хелли. – Вы имеете в виду, что налет на Обитель был совершен именно из-за моего учителя?

– Насколько я знаю, больше никто из мастеров не увлекался сбором раритетных списков. Во всяком случае, никто больше не интересовался автографами великих ученых.

– Это еще здесь при чем?

Стил посмотрел на сей раз со священным ужасом.

– Признайтесь честно – вы не слушали или не поняли?

– Первое и через это – второе.

– Если так… – ученый вздохнул. – Среди всего прочего я говорил, что несколько нападений наводит на определенные мысли: например, налет на Музей Академии, на Галлиос – всем известно,

что там хранятся крупнейшие архивы, на… хотя, может быть, не стоит все опять перечислять? К тому же, в списках жертв других нападений числятся коллекционеры, подобные мастеру Иллосу, и я уверен, что его дом был как следует обыскан, прежде чем его взорвали.

– Не томите – что они искали? – выразил общие настроения Алекзес.

– Хотите знать? – Сайлес Стил снисходительно улыбнулся. – Во всяком случае, я думаю, что это.

Ученый вновь вскочил, вскинул руки и нараспев прочитал:

Как путь в бесконечность, к себе призовиДве капли пьянящей и горькой любви.Три – веры, из звезд воздвигающей храмы,Пять – боли души, незапятнанной самой,Шесть – юности жизни и жажды чудес.Одну – вдохновенья, науки небес,Осколок зеркальный бессмертной природы —И юным пройдешь ты сквозь долгие годы.

Секундную тишину в отсеке разорвал дружный смех всех присутствующих. Сайлес Стил растерянно посмотрел на свою небольшую аудиторию.

– Что-то не так?

– Э… как бы поточнее, – Лестер все еще задыхался. – В жизни бы не подумал, что ты такой лирик.

Ученый издал какой-то непонятный звук. «С кем приходится работать!» – можно было прочитать на его лице.

– Вы знаете, что это? – мягко спросил он.

– Стишок пьяного графомана? – предположил Флипперз.

– Творение вашей золотой молодости? – не пожелала отстать Хелли.

– По-моему, бессмыслица, – внес свою лепту Сенькофф.

– Гм? – заинтересовался Ассен.

Найджел заглянул в свой справочник, откашлялся и, наконец, подал реплику:

– «Эликсир вечности», стихотворение известного ученого Скруэнна, написанное им около пятидесяти веков назад, незадолго до его кончины.

– Совершенно верно. Все, кроме одного. Не стихотворение. Это отнюдь не просто стихотворение – со времен смерти самого Терра Скруэнна оно считается зашифрованным рецептом…

– Вечной юности? – Лестер фыркнул. – Фи, Стил, как это банально, еще один ученый сделал научное открытие о вечной жизни и зашифровал его в дурацком стишке.

– Комиссар, вы называете просто ученым величайшего гения всех времен и народов? – с оттенком удивления произнес Стил. – Того, кто открыл человечеству путь через Галактику, изобрел метод ухода в субпространство?

Судя по лицу Лестера, ему стало неловко. Сайлес Стил сложил руки за спиной и принялся расхаживать по отсеку.

– Необыкновенный разум, – произнес он с подъемом. – Около трех тысяч только крупных изобретений: технология бластеров, прорыв в роботехнике, работы с плазмой и светом… даже трудно перечислить. Ни один из последующих ученых не мог сравниться с ним – конечно, исключая меня. Терр никогда не работал с мелочами, и многие предполагают, что его последним открытием действительно стал эликсир вечной юности… к сожалению, этот стишок – единственное, что осталось от всех его изысканий.