Элидор

Гарнер Алан

— У них копья, — напомнил Роланд.

— Я не о том, — сказал Николас. — Им ведь Сокрови­ща нужны, верно? Мы их на самом деле не интересуем.

— Сокровища им отдавать нельзя! — воскликнул Ро­ланд. — Нельзя губить Элидор! Нет! Это важнее всего!

— Если бы я думал, что это поможет делу, — сказал Николас, — я бы отдал им Сокровища. Но эти двое все равно останутся здесь, даже если мы отдадим им Сокро­вища. Когда они здесь возникли, они и понятия не име­ли, где находятся. Совсем как мы, когда очутились в Элидоре. Если они

не сообразят, как вернуться с Сокрови­щами в Элидор, за ними еще кого-нибудь пришлют. Но если Сокровища будут в Элидоре, нас оставят в покое.

— Прекрасно, — согласился Дэвид. — Но как пере­править Сокровища в Элидор?

— Понятия не имею, — ответил Николас.

— Мэлиброну тогда конец, — сказал Роланд.

— Это его проблема, — парировал Николас. — На такое уговора не было.

— Ник прав, — заметил Дэвид. — Мы не можем их прятать, и драться за них мы тоже не можем.

— А про единорога вы забыли? — спросила Хелен.

— Вот-вот, — подхватил Николас, — я и говорю. Сто­ит только с ним связаться, как неизвестно, чем все это кончится. Если мы не поторопимся, завтра к нам в сад пол-Элидора заявится.

— Но это был Финдгорн, — сказал Роланд. — За ним кто-то гнался. Вы же видели у него на боку раны! Ему пришлось прорываться в наш мир, чтобы уйти от пре­следователей. Они хотят его убить, пока Мэлиброн его не нашел. Мэлиброн пытался нас предупредить. Он хо­чет, чтобы мы что-то сделали.

— Ну и пусть себе хочет, — отрезал Николас.

На следующее утро стало ясно, что времени остается мало. Ночью кто-то снял шифер с крыши чулана, где хра­нился уголь; обломки шифера валялись по всей клумбе с розами. Им пытались рыть замерзшую землю, но ши­фер раскрошился.

Миссис Уотсон весь день была занята и ничего не за­метила. Днем она должна была пойти в парикмахерскую, а потом отправиться в Манчестер, чтобы встретиться там с мистером Уотсоном. Они собирались пообедать с друзьями, а затем отправиться в огромный отель в центре го­рода на новогодний бал.

— Что теперь? — спросил Дэвид.

— Ночью они вернутся с лопатой и выкопают Сокровища, — ответил Николас. — Это сделать легко. Кругом полно сараев с садовым инвентарем. Но днем, по-моему, мывне опасности. Они будут ждать, пока не стемнеет.

— Значит, мы опередим их и сами выроем Сокровища? — спросил Дэвид.

— Да. Когда мама уйдет, у нас будет с полчаса, пока не начнет подмораживать.

— А отец ничего не увидит, — ответил Николас. — Кусты мы посадим на то же место, а землю будем выбрасывать на мешковину.

Хелен нарисовала план клумбы с розами и пронумеровала кусты, чтобы посадить их потом точно туда, где они росли. Приготовили инструменты и два мешка.

— Ну как, вы уверены, что справитесь? — спросила миссис Уотсон. — На ужин возьмите холодное мясо и маринованные овощи, а спать ложитесь пораньше, хо­рошо? Не сидите всю ночь перед телевизором. Уголь из чулана принесите, пока не стемнело,

а перед огнем по­ставьте экран. Телефон отеля я оставляю.

— Да не волнуйся, мам, — сказал Дэвид. — Все будет в порядке.

—Ты на электричку опоздаешь, — прибавил Николас.

— О Господи! Неужели так поздно? Я иногда думаю, зачем вообще было все это затевать? Я бы не поехала, если б ваш отец не настаивал.

— До свиданья, мам, — сказала Хелен. — Повесели­тесь там как следует.

Наконец миссис Уотсон ушла. Дети смотрели ей вслед, пока она не скрылась за углом.

— Уф! — сказал Николас.

Они копали по очереди, без остановки.

Узлы гибкого шнура, которым была привязана крыш­ка бака, разбухли; пришлось ждать, пока Дэвид искал у себя кусачки. Полиэтиленовые пакеты покрылись влагой, когда дети вытащили их из бака, но сами Сокровища ни­чуть не изменились, хоть и пролежали целый год в земле. Дети опустили бак назад, засыпали и утоптали землю. Кусты роз посадили более или менее ровно.

— По-моему, сегодня Сокровища надо спрятать на ночь у нас под кроватями, — предложил Дэвид после ужина. — А завтра попробуем от них отделаться.

— Да, но как? — спросил Николас

— Это вопрос, — сказал Дэвид. — Не представляю, куда их девать. У тебя есть блестящие идеи, Роланд?

Роланд покачал головой. Дэвид включил телевизор.

— Да, это надо сделать завтра же, — согласился он. — А вот это помните?

Как только телевизор разогрелся, начался вой и свист, а когда появилось изображение, оно было все в белых и черных полосах.

— Сейчас и отцова бритва включится. Сегодня у нас будет веселье!

— А вид у них совсем безобидный, правда? — сказала Хелен. — Вот эта чашка — она такая некрасивая, ничуть не похожа на ту светящуюся чашу с жемчугом по краям.

— Но разве ты на ощупь не чувствуешь, что Сокро­вища совершенно не изменились? — спросил Роланд.

— Да, они все те же!

— Гм, ты, кажется, прав, — удивился Дэвид. — На ощупь и меч, и эти две палки, когда их берешь в руки, совсем такие же, как были. Они не изменились!

—Давай сравним, — предложила Хелен. — Я принесу из кухни обычную чашку, и мы посмотрим, есть ли разница.

— Только этого недоставало! — воскликнул Нико­лас. — Вы что, рехнулись, что ли? Слышите? Наверня­ка, это из парадного сервиза!

Они услышали, как в кухне грохнулась об пол чашка, разбившись вдребезги. А потом в комнату влетела Хелен и захлопнула за собой дверь.

— Я... я брала чашку, — проговорила она, заикаясь — С по... с полки. И кто-то... поднял щеколду на задней две­ри. Она поднялась... и опустилась. Я ни звука не слышала... все было тихо.

— А дверь заперта на засов? — спросил Николас.

— Да.

— Но ты бы услышала, если бы кто-то подошел к той двери.

— Я ничего не слышала. Ни звука. Кто-то попробовал щеколду. Но совершенно беззвучно.