Эльфогеддон
Шрифт:
— Прости меня, Петер, родной, — услышал он тихий голос матери сквозь слёзы, — я подвела тебя. Я не уберегла Джеки, нашего маленького Джеки. Если ты слышишь меня из чертогов Творца, даруй мне прощение. Не Творца прошу, но тебя. Дай мне путеводный луч света, подскажи, как мне быть дальше… Что мне делать…
Дамиан осторожно сел на колени рядом с матерью. Повинуясь некоему шестому чувству, он начал негромко повторять слова Марч, глядя в глаза Петера на фотографии.
— Прости меня, отец. Я тоже подвёл тебя. Где бы ты сейчас ни был, поделись своей силой и мудростью. Мне не хватает тебя.
—
— То же, что и ты, мам.
— Но ты же ни в чём не виноват, почему ты просишь прощения?
— Ты тоже ни в чём не виновата. Это невозможно было предугадать или проконтролировать. Если Джеки был заражён, то это произошло ещё по пути в бункер, когда буря только разразилась. По крайней мере, он до сих пор жив. И мы с тобой живы. И можем только верить, — Дамиан сделал ударение на этом слове, — что Джеки помогут. И вскоре мы снова встретимся.
— Мой мальчик… Тебе не нужно просить у отца мудрости, у тебя и так её предостаточно!
Марчианна шмыгнула носом. Дамиан протянул ей свой носовой платок и женщина, отвернувшись от свечей и фотографий, высморкалась.
— Пойдём домой, мам.
— Да… Прости, что я не оставила даже записки. Должно быть, ты волновался, раз начал меня искать. Я… Я просто не знала, что делать. Сначала я думала взять винтовку Петера и пойти за твоим братом. Но только прикоснувшись к ней, почувствовала, будто Петер за моей спиной неодобрительно качает головой. Я обернулась, но его там не было. И тогда я пошла сюда. Я очень рада, что ты тоже пришёл. Дай мне ещё минутку, и мы пойдём.
Когда сын с матерью уже подходили к своим комнатам, там уже ждала небольшая группа женщин разных возрастов. Дамиан знал почти каждую из них — многочисленные подруги Марчианны. Работая в поликлинике, немудрено обрасти знакомствами в таком количестве. В руках у некоторых были бутылки с вином, у других с чем-то покрепче. Марч с проступившими вновь слезами позволила взять себя под руки и увести в апартаменты, а Дамиан, приметив среди встречающих девушку из патрульных службы безопасности, подошёл к ней.
— Елена, я правильно помню?
— Да. Елена Фаутер. Мои соболезнования.
— Думаю, я буду лишним в этой компании. Присмотрите за ними, будьте добры.
— Конечно. Можешь не переживать. Только не задерживайся, Марч не стоит сейчас оставаться одной. Думаю, к восьми вечера мы разойдёмся.
— Хорошо, офицер. Спасибо.
Дамиан выдохнул. Теперь нужно возвращаться к мастерской и ждать Хель. «Зря только её побеспокоил», — подумалось ему. И появилось стойкое, непреодолимое желание выпить.
Парень прождал свою подругу около получаса. За это время он успел дважды пересчитать светильники под высоким потолком, нарисовать на пыльном стекле мастерской символ своего мотораннерского клуба, в который успел попасть ровно до начала катаклизма, получить нагоняй за это от старшего мастера, стереть символ и нарисовать на другом стекле нечто куда менее приличное.
— Ну что, ты нашёл её? — спросила Хель, как только увидела Дамиана, — я обошла весь уровень, а потом дежурила у входа в карантин. Никого не было. Зато там теперь стоят две огромные турели. Не знаю, в чём дело, но они серьёзно позаботились
— Да, нашёл. Всё хорошо, она сейчас дома со своими подругами. За ней присматривает патрульная Фаутер.
— Слава духам. И как ты её нашёл?
— По дороге расскажу. Если я сейчас не выпью чего-нибудь, у меня поедет крыша. Тут, вроде бы, как раз неподалёку есть забегаловка.
Немудрёная история Дамиана закончилась уже на пятой минуте ходьбы. Оставшееся время они просто болтали ни о чём, чтобы немного отвлечься. Вскоре перед их глазами нарисовалась вывеска «Хмельной погреб».
Из неплотно закрытых окон бара доносились пьяные выкрики посетителей.
— Может, всё-таки пойдём куда-нибудь ещё? Я, кажется, знаю это место. Тут не самый приятный контингент, — поморщившись, сказала ороконеру.
— Хель, я так устал за эти два дня. Давай просто выпьем по бокалу пива и потом пойдём, куда захочешь, и там уже подумаем, что дальше, — умоляюще произнёс Дамиан.
— Ну ладно, так уж и быть, — согласилась девушка.
Дамиан и Хель одновременно открыли две створки распашных дверей и зашли внутрь. Их обонятельные рецепторы тут же получили нокаутирующие удары от запахов в баре, в чём не было ничего удивительного. Судя по внешнему виду выпивающих людей, это были простые рабочие, вернувшиеся с утренней смены и заглянувшие сюда перед тем, как пойти по домам. Грузчики, техники, сварщики, электрики и прочие, трудящиеся во благо того, чтобы в бункере всё работало так, как надо. На большом экране шла запись какого-то древнего матча по квартерболу. Несмотря на то что результат был давно известен, зрители искренне и активно переживали за все четыре сражающиеся команды. В центре большого стола лежала кучка банкнот разного номинала. Оставалось загадкой, на что можно было ставить в том случае, когда знаешь финальный счёт. «Может, соревнуются в памяти, кто больше каких моментов вспомнит с точностью до секунды», — предположил Дамиан.
Парочка села за плохо протёртую барную стойку и внезапно голоса стихли. Даже комментатор матча будто стал говорить тише.
— А ну, пошёл вон отсюда. Ты брат заразного, я знаю тебя, и видел утром объявление, — с неприкрытой агрессией сказал высокий тощий мужчина в грязной рубашке. На столике, за которым он сидел в гордом одиночестве, уже стояло несколько опустошённых бутылок.
Дамиан попытался вспомнить имя говорившего и заодно понять, откуда тот его знает. «Точно! Марк Ирвуд, механик. Его жена Клара работает в цехе очистки воды и иногда заходит к нам в гидропонику. Вроде бы у них есть сын, чуть старше Джеки» — подсказала память. Но Хель была быстрее.
— Марк, если ты не в курсе, то заражение активными октонами не передаётся. Вот вообще никак. Иначе мы бы уже давно все до одного были заражены. Головой своей подумай.
— Заткнись, дурёха, ты сама не знаешь, о чём говоришь! — встрял ещё один работяга. — Дугал, мой двоюродный брат, говорит, что шанс есть, но он очень маленький. А брат работал в Техноакадемии, он врать не станет!
— Он там уборщиком работал! — раздался ещё один голос.
— Всё равно поумнее тебя будет, Робин. Я не хочу допустить даже небольшой вероятности, что меня коснётся эта дрянь. Так что валите прочь отсюда, пока кости целы.