Эльфийский корабль

Блэйлок Джеймс

– Не покажешь ли ты нам свое кольцо? – попросил Твикенгем.

– Мое, сэр?

– Кольцо, мой мальчик. Свое морское кольцо. Кольцо Глубин Океании. Кольцо, если не ошибаюсь, с изображением наутилуса.

Дули с неохотой извлек свою руку из-под стола и показал Твикенгему кольцо. Эльфы и коротышки вскочили со своих мест и, перегибаясь через стол, стали разглядывать кольцо, а вместе с ними и Джонатан, и Профессор.

И кольцо Дули, и кольцо Сквайра, без сомнения, были отлиты одним и тем же кузнецом. Кольцо Сквайра было немного больше и имело выпуклое изображение перистой рыбы, похожей на растение, со складками кожи, развевающимися

вокруг, словно она забыла как следует запахнуть свою одежду, – обычно эту рыбу называют морским чертом. В рыбий глаз был вставлен голубой алмаз.

– Сквайр, откуда ты взял это кольцо? – спросил Твикенгем.

– Это подарок, господин Твикенгем. – Сквайр на минутку замолчал, а затем, понизив голос, продолжил: – Твики, Твики, Твикенгем. – И он от всего сердца рассмеялся. Все, кроме Твикенгема, рассмеялись вслед за ним.

– А чей это подарок?

– Мне подарил его Теофил Эскаргот, которому я однажды дал свою тележку. Перевезти вещи, которые он нашел, – по крайней мере, так он мне сказал. И я обменял свою тележку на это кольцо.

– Точно, – сказал господин Твикенгем, очевидно совершенно удовлетворенный полученным ответом. – А ты, Дули, ты знаешь человека, которого называют Эскаргот?

– Да, сэр. Нет, сэр. Да, сэр, – лепетал в ответ Дули.

– Значит, да, не так ли? – настаивал эльф.

– Да, сэр, сэр. Прошу прощения, но это его ненастоящее имя, хотя оно ему весьма нравится.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что, сэр, он… в общем, вы можете назвать его моим дедушкой, сэр, или же отцом моей мамы. А ее фамилия, с вашего позволения, была Стоувер, сэр, и, следовательно, его звали так же, а вовсе не Эскаргот… Он очень любил пошутить, мой дедушка.

Твикенгем прохаживался туда-сюда за Лунным Человеком, который, кажется, засыпал.

– Дули, мой мальчик, а не находил ли твой дедушка как-нибудь случайно часы, которые выглядели не совсем обычно?

– Нет, что вы, – ответил Дули, округлив глаза.

Джонатан многозначительно откашлялся.

– Ну, однажды, – добавил Дули.

– А, – произнес Твикенгем, – ты видел лицо, которое изображено на них?

– Да, но я не имел никогда таких штук, – ответил Дули, от волнения забывая о правильной речи.

– Конечно, конечно, – заверил его Твикенгем.

У Дули был такой вид, словно он вот-вот заплачет. Видимо, он был уверен в том, что виноват в каких-то ужасных проступках, хотя и не имел ни малейшего представления о том, что это за проступки. Очевидно, они не могут заставить его отвечать за то, что дедушка любил заимствовать у других разные вещи, в том числе и имена. И все же он с облегчением вздохнул, когда разговор перешел на другую тему.

Твикенгем кивнул на удивительное оружие, которое Профессор Вурцл принес с собой.

– А вы, Профессор, знаете, что это за вещь, которую вы держите в руках?

– Разумеется, сэр, – ответил Профессор, демонстрируя странный механизм всем присутствующим. – Это устройство я нашел несколько лет тому назад у реки около Стутона. Оно застряло там в камышах рядом со сломанной мачтой некоего судна.

– Речь идет о галеоне с Лунных Озер, который пропал в Стутонской Топи?

– О да, да, – произнес Профессор после минутного колебания. – Это, как я выяснил, ружье, которое действует на основе трех вещей: скорости, качания и вращения.

– Ружье? – переспросил Твикенгем, впервые улыбнувшись. Профессор же, казалось, был немного смущен. Свое предположение насчет того, что это ружье,

он вывел после долгого и кропотливого изучения находки. – Могу я взглянуть на него? – попросил Твикенгем.

– Конечно.

Вместе с двумя другими эльфами Твикенгем тщательно осмотрел ружье сверху донизу. Затем они взволнованно заговорили.

– Да, да, совершенно точно, – произнес Твикенгем.

Профессор победоносно улыбнулся.

– Но это не оружие.

Профессор смутился, почувствовав себя ужасно глупо. Свои знания он почерпнул из рун эльфов, поэтому не исключено, что эти эльфы ошибаются.

– Эта вещь представляет собой гораздо большую ценность, сэр, – сказал Твикенгем, – и мне кажется, она может быть полезной всем нам. Как вы думаете?

– Не знаю, как скажете, – ответил Профессор Вурцл. – Единственное, что я бы хотел, – это чем-нибудь вам помочь.

Твикенгем в ответ поклонился, передал Профессору его устройство и взглянул на Лунного Человека, который в этот момент протирал очки.

Тщательно протерев их, он сунул очки в футляр, а на нос водрузил другую пару очков – с такими огромными стеклами, что его глаза за ними выглядели так, словно находились за стенкой аквариума. Он подождал немного, а потом усталым жестом зажег свою трубку, и следом за ним несколько эльфов сделали то же самое. Джонатан, зная, что в гостях принято следовать примеру хозяев, зажег и свою трубку. Пока что общий тон беседы ему совершенно не нравился, и еще меньше ему понравилось, когда Лунный Человек отложил в сторону пестик для уплотнения табака и авторитетно заявил:

– Близится Рождество, и с каждым днем мы приближаемся к тем временам, которые могут оказаться намного ужаснее, чем мы предполагаем. Мы должны быть готовы к этому!

Джонатан задумчиво попыхивал трубкой. Дули, ссутулившись, сидел на своем стуле так, что был едва виден, думая, что во всем виноват только он. Джонатан вовсе не был уверен в том, что приближающиеся времена почему-то должны быть плохими. Конечно, он понимал, что на реке Ориэль что-то происходит, и что-то явно неладное. Но как гоблины и все эти странные дела, которые произошли с Ивовым Лесом, Высокой Башней и Стутоном, могли волновать Лунного Человека или даже гномов, сидящих в своем городе-крепости? Это было недоступно его пониманию. Правда, лицо Лунного Человека появлялось несколько раз и раньше то тут, то там, подумал Джонатан, слегка вздрогнув, но ситуация от этого яснее не становилась. Все это казалось ему чем-то похожим на паутину. Издалека она выглядит вполне ясной и четкой, но жуку, попавшему в нее, она представляется как переплетение нитей, во все стороны убегающих к горизонту. Он надеялся, что Лунный Человек расставит все на свои места и что он с Профессором и Дули немного поудят рыбу с причала, потом спокойно, неторопливо пару раз поужинают с коротышками, а затем в приподнятом настроении отправятся домой, увозя с собой загадочные пресс-папье и коробки книг.

Но, очевидно, эта перспектива им не грозила. И Джонатану это показалось еще менее вероятной вещью, когда он заметил некий предмет, лежавший на столе перед Лунным Человеком, – странной формы кувшин, заткнутый пробкой, в котором плавал крошечный заспиртованный спрут. В этот же момент кувшин заметил и Дули.

– Здесь побывал дедушка! – воскликнул он, указывая на спрута.

Лунный Человек улыбнулся ему.

– Действительно, он был здесь, – сказал он громовым голосом, – и это действительно был твой дедушка.