Элементально
Шрифт:
От особняка до дворца было не очень далеко, иначе не знаю, до чего бы мы домолчались. А так подъехали к парадному входу всего через пару минут после моих так глупо произнесенных слов, и одно напряжение сменилось другим.
Герман вышел из экипажа первым, подал мне руку, и я слегка замешкалась, не ожидая от него подобной галантности, но быстро опомнилась и вложила в его ладонь свои пальцы. Перчаток к дневному платью не полагалось, а дракон, как назло, не отпускал, даже когда мы поднялись по лестнице и прошли во дворец.
Встречающий нас дворецкий чинно раскланялся и, убедившись, что
Твердые и горячие пальцы графа обжигали, но легонько вытянуть руку не получалось, а дергать я не решилась. Мы вроде как пара, и я вроде как очень хорошая девочка. Главное, почаще себе об этом напоминать!
До Солнечной столовой было порядочно, да и приехали мы загодя, так что шли неторопливо, и я с удовольствием осматривалась. Дворец поражал. Высотой потолков, светом, воздухом и кажущейся простотой, которая на самом деле была строгой и безукоризненно элегантной.
— Нравится? — с сомнением спросил спутник.
Мы шли по галерее. С одной стороны — портреты, видимо, правителей прошлых эпох, слишком уж они были празднично одеты. Ну и в коронах, правда, очень разнообразных: от узких ажурных венцов до пузатых шапок с зубцами. С другой — огромные стрельчатые окна с изумрудно-золотыми витражами, в которых были искусно переплетены растительные орнаменты и невиданные звери и птицы.
— Очень! Сложно описать одним словом, но все такое… Живое? Уютное? — Меня тяготило молчание и захотелось услышать хотя бы свой голос. — Нет ощущения, что находишься в музее, где даже прикоснуться к стене — кощунство. И в то же время понимаешь, насколько это все величественно. Очень красиво. Особенно витражи. — Я подошла к окну ближе и вгляделась в разноцветные стеклышки. Вблизи они заиграли новыми радужными переливами, и я улыбнулась, коснувшись пальцами. — Все-таки как поражает истинное мастерство. Всего лишь стекло, немного фантазии и трудолюбия — а в итоге настоящий шедевр. Правда?
Я обернулась к дракону, но увидела не только его. Чуть позади задумчивого графа стоял еще один мужчина и не только внимательно меня рассматривал, но и, кажется, подслушивал. Растерянно дернулась, но быстро сориентировалась и присела в реверансе, который Райвер тренировала со мной еще до бала.
— Ваше величество… — Голос дрогнул от волнения, но реверанс получился безупречным. Спасибо обучающему зелью!
— Леди Марьяна, полагаю? — У императора оказался приятный баритон, а сам он выглядел вполне дружелюбным мужчиной.
— Мири Марьяна, — поправила я его мягко, прекрасно зная, что не смею называться леди, не имея титула.
Герман быстро шагнул ко мне и склонил перед императором голову.
— Граф. — Его величество внимательно оглядел уже нас двоих и чему-то мимолетно усмехнулся. — Рад видеть вас со спутницей. А то злые языки уже умудрились раздуть из мухи дракона, в чем только вас не обвиняя. Но, вижу, это все пустые домыслы. — Мужчина перевел одобрительный взгляд на меня, и я абсолютно уверена, успел не только оценить вид сзади, но и в целом. — Мири Марьяна, вы очаровательны. И, кажется, я начинаю понимать беспокойное поведение графа. — Насмешливый
Не знаю, как и зачем, но я инстинктивно нашла пальцы Германа и вцепилась в них как в последнее спасение. Он — уже родное зло. Почти понятное. А император? Ох, и не нравится мне все это!
Напряженную ситуацию спасли незнакомые лорд и леди. Как только они появились в галерее, император моментально переключился на них, а мы получили возможность выдохнуть (я так точно) и, раскланявшись, отправиться дальше.
— Почему ты не предупредил? — нервно шикнула я на графа, когда мы бодрым шагом перешли в следующую комнату и на некоторое время остались одни. — Он со всеми такой озабоченный?!
— Кто? — Герман повернул голову ко мне, но в его глазах застыло непонимание, а в глубине тлела ярость.
— Величество! — снова шикнула, но уже тише, потому что с противоположной стороны появились другие незнакомые и очень помпезно одетые люди.
— Что?
Кажется, в душе дракона разразилась настоящая буря из собственных чувств и переживаний, потому что граф… Ну как бы помягче выразиться… Откровенно тупил.
И мне стало его так жалко… Просто ужас!
И в итоге я решилась на собственное безумство. Порыв, веление души, желание спасти? Или банальная бабская глупость?
Все может быть…
Я шагнула к нему, обняла лицо ладонями, встала на цыпочки и, строго посмотрев ему в глаза, уверенно произнесла:
— Я с тобой. Верь мне, пожалуйста. Мы переживем этот обед, и все будет хорошо.
Всего на миг, но я коснулась своими губами его, словно тем самым закрепляя обещание. Отстранилась, снова поймала его взгляд, обнаружила в нем проблески разума и робко улыбнулась.
— Ты в порядке?
— Теперь… да. — Он медленно кивнул, и я ощутила на своей талии его руки. Выражение лица было просто непередаваемым, и уверена, он непременно сказал бы мне что-нибудь милое (ну хоть помечтать-то можно!), но нас прервали.
Когда он понял, как именно император смотрит на его женщину, то единственное, что смог, — застыть и прикрыть глаза, разом принудительно отключая все чувства. Просто за убийство монарха не только казнят исполнителя, а еще и лишат привилегий весь клан.
Нет, это будет слишком даже для его безумия. Он готов понести наказание сам, но никогда не позволит причинить вред тем, за кого несет ответственность.
А затем, как лучик света в беспроглядной тьме безумия, его коснулись нежные пальцы Марьяны.
Что? Как? Зачем?
Он был еще немного дезориентирован, когда она умудрилась увести его в другое помещение и… Поцеловать?! Она сама его поцеловала, и под ними не разверзлась Бездна?!
— Ты в порядке?
Он смотрел на нее так, словно видел впервые. И не мог поверить.
Чувствовал! Он впервые так остро чувствовал искреннее желание помочь ему, что на мгновение потерял почву под ногами!
Но лишь на мгновение. Он ведь глава клана. Ему нельзя показывать свою слабость!
— Теперь… да.