Элементально

Кароль Елена

— Потому что тело у вас… — я раздраженно усмехнулась, — красивое. А вот душа — поганая. И если не хотите повторения инцидента у фонтана, то закончите уже этот фарс.

— Фарс?!

То ли слово графу не нравилось, то ли мое нынешнее спокойствие, но его лицо вдруг начало менять черты, и в какой-то момент человеческого в нем совершенно ничего не осталось — на меня глянуло чешуйчатое чудовище.

— Страшно, — проинформировала я, озвучивая медленно зарождающееся чувство. Наверняка только благодаря кулону медленно. — Только зачем?

И тут мне рыкнули прямо в лицо. Неприятно — слабо сказано. Инстинктивно

зажмурилась, на какую-то долю секунды граф сжал меня еще крепче. А в следующее мгновение отпустил и даже оттолкнул. Вокруг все неуловимо изменилось, в уши ворвался людской гомон, и я, изумленно распахнув глаза, обнаружила себя возле того самого фонтана.

В одиночестве.

Потопталась на месте, осмотрелась, но на меня никто не обращал внимания, а графа поблизости не наблюдалось. Артефакт и тут помог — унял нервное возбуждение, и я, припомнив, чем собиралась заняться с самого начала, отправилась за покупками.

Фарс?! Она смеет называть происходящее фарсом?!

Он оставил ее на площади Лоунвилля, подозревая, что не справится с собой и натворит что-нибудь жуткое.

В принципе так он и сделал. Но высоко в горах.

Его внимание — фарс? Его поцелуй — фарс?

Неблагодар-р-рная!

И весь вечер его преследовал ее запах и невероятно выразительные глаза, в которых без утайки отражались все ее мысли.

К сожалению, она говорила именно то, что думала.

Что ж, он объяснит.

Янтарные глаза, в которых уже давно не отражалось ничего, кроме скуки и презрения, блеснули предвкушением, и дракон взял курс на замок.

Немного поплутала, немного потупила, но в целом справилась хорошо. Единственное, поначалу я все же привлекала излишнее внимание своим роскошным нарядом, но буквально через час, переодевшись в новое простенькое платье немаркого мышиного цвета и сменив атласные туфельки на удобные кожаные полуботиночки, я уже ничем не отличалась от большинства горожанок. Правда, при этом мой бюджет почти ополовинился, но я не жалела о тратах, они были необходимы.

Оставшиеся деньги я тоже потратила с умом, приобретя почти все, что планировала: несколько пар местных хлопковых трусишек и гольф, брюки, блузку, сорочку, расческу, еще одно платье, на этот раз светло-лиловое, и парочку лент для волос. На последний медяк купила молока, отдохнула на лавочке в уютном сквере и отправилась обратно в академию. Пешком путь занял действительно около получаса, тем более я не торопилась, наслаждаясь одиночеством и хорошей погодой.

Иногда меня обгоняли студенты, иногда попадались навстречу, но все шли группками по трое-пятеро и не обращали на меня ни малейшего внимания. Еще бы! У них ведь тоже выходной, и наверняка есть куча дел поинтереснее, чем рассматривать скромно одетую девицу со свертками в руках. И все бы ничего, но выделенное из графских запасов платье оказалось таким объемным, что нести его было банально неудобно, несмотря даже на то, что было оно упаковано профессионалами своего дела. Но не бросать же! Как бы ни была я зла на дракона, но вещь ни в чем не виновата, а я всегда была бережливой. В моем нынешнем состоянии это особенно актуально. Выдастся случай — верну владельцу. Не примет — сдам в фонд взаимопомощи мистри Еванши.

В конце концов

я все-таки дошла до академии, с сожалением констатировала, что опоздала на обед, а до ужина еще час, и тут передо мной встал новый немаловажный вопрос: оставаться собой или нет? Если оставаться, то это неизбежно вызовет вопросы. И тут начнется самое интересное: что мне на них отвечать? Если бы не опасение, что меня уволят (и это в лучшем случае!), то я бы даже не задумывалась, но меньше всего мне хотелось увидеть разочарование в глазах двух женщин, которые в меня поверили и доверились.

А ведь в любой момент может приехать настоящий секретарь из министерства! И что тогда? Увольнение, служебное расследование, позор? Обвинение в шпионаже, тюрьма, лабораторный стол?

Нет, надо сдаться самой!

Сама по себе мысль была просто ужасной, но благодаря амулету, который действовал на меня успокаивающе и одновременно бодряще, получалось очень хорошо думать и просчитывать сразу все возможные варианты на несколько шагов вперед, в итоге я признала, что явка с повинной — лучший выход.

И явка именно к той, кто все это заварил.

Не затягивая, я занесла вещи в комнату и отправилась на эшафот. Постучала, обрадовалась приглашению войти… И попала под перекрестный осмотр сразу трех пар глаз. Девочки отдыхали. Да как! Кофейный столик буквально ломился от яств, основное назначение которых было видно даже невооруженным взглядом. Закуска!

— Милочка, ты как раз вовремя! Проходи, проходи! Новое платье? Ну… так себе, — не оценила мое приобретение Еванши. — Тебе куда больше подошли бы яркие цвета. С твоей-то статью и волосами! Смотрю, заглянула к косметологу? Умничка! Этот цвет кожи тебе к лицу. — И пьяненько захихикала. Судя по тому, что среди мяса, сыра и фруктов на столике красовалась ополовиненная литровая бутылка с подозрительной мутно-зеленой жидкостью, дамы изволили употреблять.

Орра одобрительно поддакнула, а Валенсия махнула рукой и похлопала рядом с собой, предлагая присесть на диванчик. И вроде не хотела пить, но и уйти не вышло. А там первая стопка, вторая… И даже амулет не помог — сначала выложила все о так называемом свидании с Германом, не сумев промолчать, когда секретари начали наперебой расспрашивать, каково это — свидание с графом, а под конец, хлюпая носом и благодарно сморкаясь в поданный Оррой платок, призналась и в самом страшном.

— Тю, было бы о чем печалиться! — пренебрежительно фыркнула Еванши и многозначительно блеснула глазами. — И вообще я сразу об этом знала, с первой минуты нашей встречи.

Я уставилась на нее, как на привидение, а девочки начали хихикать одна другой ехиднее.

— Провидица я, милочка, — улыбнулась старший секретарь академии и ловко разлила по стопкам. — И многое вижу, но еще о большем умалчиваю. И тебе советую: не каждая правда полезна для собственного здоровья. Ты думаешь, почему мы только втроем дружим, а остальные нас стороной обходят?

Если честно, я вообще об этом не думала, занимаясь собственными проблемами и мало обращая внимания на окружающих, успев познакомиться всего с несколькими сотрудниками академии, но сейчас взглянула на свою благодетельницу совсем иным взглядом. Хоть и слегка окосевшим. А ведь и верно, общалась она со многими, но тепло лишь со мной и своими девочками.