Элемента.М
Шрифт:
– Конечно! Ты же сама помнишь, как на этих табуретках тяжко сидеть.
– Класс! Вот бабки то порадуются! - восхитилась Ева и посмотрела на него с нескрываемым восторгом, - Но перед мамой всё равно неудобно.
– Не волнуйся на счёт мамы! Она у меня мировая тетка!
– обнадеживающе сказал Дэн, - У тебя еще будет возможность самой в этом убедиться.
– Э, поведёшь меня знакомить с мамой?
– удивилась Ева.
– Конечно! И с мамой, и с отцом, и даже с сестрой, которая, кстати, прямо ждет не дождётся встречи с тобой.
– сказал Дэн всё ещё радостно.
–
– посмотрела Ева на его довольное лицо, - И в чем подвох?
– Ну, ты её интересуешь исключительно как биологический материал, - невозмутимо ответил Дэн.
Ева уставилась на него с ужасом.
– Да не волнуйся ты так! Она не собирается из тебя делать донора органов! Просто возьмет пару миллилитров твоей драгоценной крови и все.
– Что-то мне теперь в голову всякая хрень про вампиров лезет, - продолжала хмуриться Ева.
– Не-не, она, конечно, дикая, но кусать тебя вряд ли станет! Как все цивилизованные люди шприцом возьмет. Ты же помнишь я говорил, что у алисангов в отличие от людей кислород переносит не железо, а медь ну и так далее?
– О да, это я помню! А еще что у меня даже после обращения, или как там правильно, пробуждения, инициации, кровь осталась прежней, человеческой.
– Да, и отец с Алькой уже сделали все тесты какие только смогли и так и не обнаружили ничего необычного.
Ева промолчала. Ей было неприятно это слышать. Конечно, ей и самой хотелось бы знать больше о себе, своей биохимии и прочем, но знакомиться с семьей Дэна ей хотелось не по причине своего биологического уродства, а просто как его девушка. Она посмотрела на идеальный профиль парня. На тонкий ободок щетины по безупречному овалу его лица. Она понимала его исследовательский интерес к ней сейчас, но ведь он заинтересовался ей раньше, чем узнал, что она не такая как все? Или нет?
– Когда ты рассказал обо мне своим родителям?
– спросила она, хмурясь, хотя и не осознавая пока, что каким-то шестым чувством, которым всегда могла отличать правду и ложь, она почувствовала сейчас в его интонации какую-то недосказанность.
Он ответил не сразу.
– Я рассказал им о тебе давно. Намного раньше, чем тебя ранили, - ответил Дэн, не сводя глаз с дороги.
Картинки их первого знакомства бешено замелькали у Евы в голове.
– Ты не случайно принёс мне тот шарф?
– сказала она чужим голосом.
– Нет, - тихо ответил Дэн.
– Что-то не так было со мной уже тогда? – Ева продолжала задавать наводящие вопросы.
– Да, - снова ответил он односложно, и так к ней и не повернулся.
Ева боялась услышать то, что он ей ответит, и боялась, что не услышит его слов – так громко билось её сердце сейчас. Она слушала удары своего сердца и ей казалось, что это не сердце стучит - это выпадают камни из храма любви, который она так поспешно и так неосновательно построила в своей душе – из пустых надежд, выдавая желаемое за действительное. И он рушился, не скреплённый взаимностью чувств как раствором, и камни падали и разбивались. Бум! Бум! Бум! Глаза щипало. Грудь сдавило. И каждый
Машина резко остановилась.
– Ева, посмотри на меня, - спокойно сказал Дэн.
Она не могла. Она не хотела знать, что он сейчас скажет. Он не настаивал.
– Я мог бы тебе соврать, если бы хотел. Я мог бы просто ничего не рассказывать, потому что не люблю врать. Но я не хочу ни врать, ни отмалчиваться. Да, когда ты читала книжку вслух своей тётке, я увидел то, что сильно меня удивило.
Ева вытерла рукой слезы. Она понимала, что Дэн это увидел, но желание убрать добравшиеся до подбородка солёные капли было сильнее желания делать вид, что она не плачет.
– Я доехал с тобой до города, - тяжело вздохнул он в ответ на её торопливый жест, - Я узнал, где ты живешь. И мои родители настаивали, чтобы я познакомился с тобой поближе. Но я ни за что не стал бы этого делать, если бы не хотел. Я уже сильно пожалел, что им сказал. Но, поверь мне, я был бы сейчас здесь с тобой, даже если бы ты была самой обычной девушкой.
Она повернула к нему заплаканное лицо.
– Я и есть самая обычная девушка, - сказала она с вызовом.
– Помнишь, ты сказала мне в больнице, что если бы мы сегодня не встретились, то не встретились бы уже никогда?
Она смотрела на него как затравленный зверёк, пытаясь вытереть мокрую от слез руку об штаны.
– Это не так, - продолжил Дэн, перехватывая её ладошку и вытирая её руку своими пальцами, - если бы мы тогда не встретились, я бы нашел способ встретиться с тобой всё равно. Потому что ты нужна мне. Мне никто и никогда не был так нужен как ты. Хочешь, мы не поедем к моим родителям?
– Не хочу, - ответила Ева, всё ещё всхлипывая, но он смотрел на неё так пронзительно, что сначала этот искренний взгляд, а только потом смысл его слов убедили Еву в том, что она зря развела эту сырость.
– Просто так уж случилось, что и я, и моя семья, мы - не обычные люди. И мои друзья необычные. И это просто подарок судьбы, что ты тоже одна из нас.
Он протянул свою руку к её лицу, стирая свежие слезинки, катящиеся по уже проложенным по её щекам мокрым дорожкам, хоть это были уже другие слёзы.
– Я зря сказал тебе про Альку. Но, ты не поверишь, я совершенно не умею общаться с девушками, - и он скромно улыбнулся, - и с сестрой у нас очень сложные отношения.
– Прости, что я так отреагировала, - вздохнула Ева, успокаиваясь, - Я, правда, почувствовала себя подопытным кроликом и ничем больше.
Он потянулся к ней насколько позволяло пространство машины и прижал к себе.
– Нет, ты не кролик, ты моя подопытная свинка.
Она шутливо хрюкнула и улыбнулась. Он поцеловал ее и посмотрел прямо в глаза:
– Моя! Свинка!
И глядя в эти глаза, она готова была стать кем угодно, хоть свинкой, хоть лабораторной крысой, лишь бы быть с ним. Всегда! Она верила сейчас в его искренность, но, если бы он соврал, она бы поверила всё равно. Это было совершенно иррационально и так понятно. Она любила его. И ничего не могла с этим поделать. И не хотела.