Элемента.L
Шрифт:
– Что!?
– тупо спросил Дэн, ничего не понимая.
Семен махнул рукой.
– Что-что? А то, что ты работаешь с одним из них.
– А причем тут Шейн? Он бьется над этим блоком не меньше, чем я. Он пробовал свой гипноз, чтобы снять этот блок. Но блок поставлен мощно, качественно и судя по всему давно.
– А ты уверен, что он пытался его убрать, а не поставил?- не сдавался Семен.
– А смысл?
– не сдавался Дэн.- Смысл было приглашать меня работать и ставить мне блок? В том-то и дело, что он год уже пытается вывести эту бабку из ступора. Думал, я там что
– А вы уверены, что она действительно старше, чем кажется? Может там просто ошибка в паспорте и все?
– Сень, дело не в ее документах, а в тестах. Их делали в нашем институте. Там столько всяких маркеров и прочего, и все уже на три раза перепроверено. Скорее, там ошибка в ее паспорте в другую строну. Или это не настоящие ее документы, - убеждал он друга.
– То есть она даже старше чем в паспорте, а ей и по паспорту уже 108 лет?
Дэн кивнул. Он резко выворачивал руль влево на пригородную дорогу к дому Иконниковых. Он бы сказал, скорее к поместью Иконниковых, к замку или дворцу Иконниковых, который построил его отец еще до рождения Арсения.
– Жаль, что она ничего не говорит, - подвел Семен печальный итог.
– Думаю, это мало что изменило бы. Может она и не говорит, потому что не помнит ничего. Хотя физиологически ей ничто не мешает говорить - у нее все цело, ну там язык, голосовые связки - весь речевой аппарат.
– Может она обет какой дала?
– высказал предположение Дэн.
– Может. Только забыла об этом - поддержал его Дэн.
– Да, дать дала, а кому - забыла, - и оба засмеялись.
– А когда Шишкин эту "Рожь" написал?
– Все еще надеешься, что бабкина это тема, собственная? Ээээ, даже не буду тебя к Лулу отправлять, так скажу.- Не смог не повыпендироваться Семен, - 1878 год и выставлена была на шестой выставке передвижников.
– Ты меня ненужной инфой не грузи, - возмутился Дэн, то есть теоретически бабка даже подлинник могла видеть.
– Ну, если только теоретически, - многозначительно сказал Семен.
– Ты сказал, у тебя есть копия!
– наполнил ему Дэн.
– Хочешь предъявить бабке картину?
– Нет, она дорога мне как память... о шестой выставке передвижников, - съязвил Дэн.
– Хочешь провести еще одну ночь в поезде?
– съязвил в ответ Арсений.
– Понял!
– он искоса глянул на друга, тот в ответ развел руки, насколько позволяло пространство машины.
– Что настолько?
– Дэн выпучил глаза.
- Дэни, 107 на 187см, да плюс рама, - подтвердил Семен.
– Серьезная вещь!
– согласился Дэн.
– Может у тебя что-то типа плаката есть?
– Нет, но так уж и быть, только ради искусства, что-нибудь придумаю, - согласился Семен.
Они повернули на аллею, ведущую прямо к дому. Ворота были закрыты, но метров за пять они среагировали на датчик, что был у Арсения в виде брелка на ключах и открылись так быстро, что Дэну даже не пришлось нажимать на тормоз.
Все было белым и торжественным, как в сказке: деревья, кусты, подстриженные в форме простых геометрических фигур, белые статуи античных богов. И на фоне всего этого белел изящный замок, который
– Да, отец твой умеет с толком потратить деньги, - чтобы как-то отрезветь от увиденного, немного грубо заметил он.
– Этот замок - точная копия маминого родового гнезда, замка семьи Гард, - сухо выдал информацию Арсений.
– Так, а я ж о чем говорю? - и Дэн направил автомобиль прямо в закрытые ворота гаража.
И снова брелок успел среагировать вовремя, ворота мягко поползли вверх, принимая заснеженную машину в теплые ярко освещенные объятия гаража.
Пока друзья выползали из машины, разминали затекшие от долгой езды ноги и спины, ворота все так же бесшумно закрылись.
– Да, иногда стоит приезжать сюда как все простые смертные, - сказал Семен.
– Да, брат, оно точно стоит того, - подтвердил Дэн.
И они пошли в дом.
Глава 7. Замок Гард
Больше всего отец Арсения напоминал Дэну Грегори Пека из экранизации "Убить пересмешника", только стареющего без седины. Хотя в этом черном атласном халате с красной отделкой, в котором он вышел навстречу гостям, он больше смахивал на графа Дракулу, кто бы его ни играл.
– Не ожидал сегодня тебя увидеть, но это вовсе не означает, что я не рад - обратился он к сыну и не удержался, чтобы его не потискать.
– Альберт Борисович, - протянул ему руку Дэн.
– Доктор Майер младший, - ответил на рукопожатие улыбающийся Дракула.
И сняв верхнюю одежду и переобувшись в тапочки, вслед за хозяином дома они пошли в огромную гостиную.
– Сколько я боролся с Антониной Михайловной по поводу этих тапочек - обращался он скорее к Дэну, оглядываясь и укоризненно глядя на его ноги, - а она их все равно покупает и выставляет в прихожей.
– Да, у нас в России проходить в дом в уличной обуви не принято. И, честно говоря, мне это очень нравится - ответил Дэн, разглядывая тонкие, наверно, фетровые, тапки с аппликацией в виде птичек.
– Ну, ходить по паркету в валенках, во-первых, неудобно, во-вторых, жарко, а в-третьих, остаются грязные следы - поддержал друга Арсений, - и ваши регулярные баталии на этот счет с домработницей просто уже дань традиции - парировал он отцу.
– Нет, это негигиенично, прежде всего. А когда ко мне приходят уважаемые и солидные люди и ходят по дому в строгих костюмах и вот в этих вот "птичках", то и просто смешно, - показывая на тапки Дэна не сдавался хозяин, - И я тебя умоляю, не называй экономку домработницей, она обижается - обратился он к сыну.