Элемент власти. Том IV
Шрифт:
Ариана взмахнула рукой, и из её пальцев вытянулись древесные когти. Они вонзились в грудь последнего мага. Он захрипел, пытаясь вырваться, но яд уже распространялся по его жилам.
— Ты… сука… — булькнул маг напоследок.
— Как вульгарно. Тем более для святоши.
Ариана отпустила бездыханное тело и огляделась. Битва уже была выиграна. Но дриаду ждал маленький и очень приятный сюрприз…
— Агма, нет. Этот будет оставлен на десерт Сергею, — пошевелила она своими пальцами, стряхивая капли крови.
Старший из магов, что
— Вы… ничтожества… — прокряхтел маг, не имея возможности выбраться из «объятий» могучего древа.
— Да, да, «чужеродная мерзость», «осквернительница» — это мы уже слышали. Ты оказался не только плохим мальчиком, но ещё и адептом той магии, с которой ваша Священная Империя борется изо всех сил. Это… любопытно. Думаю: повисеть в этих объятьях до возвращения моего господина будет достойным наказанием. Хотя… Все вы повисите. В назидание другим. Пусть те, кто придут в мой дом со злыми намерениями, знают, что ничего, кроме смерти, их не ждёт.
— Будь ты проклята, грязная, вшивая, ничтожная… АГЪРЫХ… — Ветвь дерева извернулась и прошла через белоснежные зубы живого мертвеца, не давая ему больше произнести ни слова.
Наконец-то наступила тишина, которую так любила Ариана. Да и все дриады…
Агма обнюхала тела и вуфкнула, когда убедилась, что никто не выжил.
— Ну что, сестрёнка… — Ариана подняла знамя, отряхивая его, — идём обратно? Только давай заберём опасные артефакты… Хотя многовато их тут… Давай позовём людей. Люди беспорядок навели, пусть они же и убирают, верно?
Волчица осклабилась в подобии ухмылки.
Две защитницы города растворились в ночи, оставляя за собой лишь вой ветра и стучащие по стволу древа тела убийц, что так и не смогли осознать, где они пытались устроить жалкую диверсию.
Священной Империи придётся держать ответ перед Славией, когда у них спросят, что некромант делал среди священников и почему столь уважаемые люди оказались вооружены и одеты в хламиды убийц «несуществующего» ордена. Конечно же, святоши будут всё отрицать и ничего не признают. Заявят, что это провокация, но… у Алана Пирста настроение точно испортится. И вместо казни осквернившего их святой образ богохульника ему придётся искать новых исполнителей и отвечать на неудобные вопросы Гизельским посланникам…
Франтия. Столица Памиж. Булочная «Гуасан».
— Ох! Как вкусно пахнет! Давай перекусим? — не смогла устоять перед чарующими ароматами выпечки Анна, и я, если честно, тоже.
Голод — дело такое… Полезен лишь в меру. А я ел последний раз целых три часа назад: обчистил запасы личного самолёта Иглова. Так что имею полное право побаловать себя голодного вкусняшками! Но есть одна проблемка…
Я кошелёк дома забыл…
—
По городу мы перемещались своим ходом и выглядели как обычная влюблённая парочка. Добрались до торговой улицы, на которой хватало туристов, и я сразу заприметил нужные мне магазинчики.
Это были лавка антикварщика и стоящая рядом с ней лавка магических артефактов. Судя по стилю зданий и вывесок, принадлежали они одному человеку. Вряд ли я что-то у него куплю… Хотя в старине и артефактах покопаться я люблю в свободное время. Только вот этого времени у меня нет. Надо спихнуть что-нибудь из артефактов и обжиться наличкой. По-быстрому…
«Дзинь»
Моё прибытие не осталось незамеченным, а надпись: «Мы говорим на Славианском», — меня очень обрадовала.
— Добрый день.
— О, догогой гость! Здгавствуйте! — с акцентом, пытающим мой слух, произнёс продавец.
Обычный такой торгаш. Глазки мелкие, хитренькие. Сам миниатюрный, высушенный, как сухофрукт. Козья бородка на лице и тонкие уродливые усики.
— Я осмотрюсь?
— Кгонечно! Чувствуйте себя как в дом!
Я не стал поправлять его ошибку. Понимаем друг друга — и ладно.
Беглый осмотр магической лавки показал, что я не ошибся: тут был переход в антикварную лавку. А значит, всё это принадлежит одному человеку.
Краем глаза глянул в антикварную зону и понял, что плюгавый картавый продавец — хозяин заведения. Одна из стен была украшена подписанными фотографиями козлобородого с какими-то людьми. Судя по всему, знаменитости. Уж больно улыбка на лице продавца искренняя на всех этих фотографиях.
Выводы сделаны, подходящий артефакт найден на витрине за бронированным стеклом. А может, и не бронированным… Тут уж не знаю и проверять не собираюсь.
— Что-то выбгали?
— Хочу предложить артефакт на продажу. Мой брат с войны с дикарями привёз вот это. Думаю, вы знаете, что это такое, — протянул я продавцу амулет архаритов, скрывающий его владельца от слимов.
— Это? Да. Гонечно, знаю! Пгекгасный сувенигчик.
— Не беря в руки определяете? — удивился я.
— Ну а как же. Знаете, сколько мне таких подделок пгиносят?
— Это не подделка. Он помогал мне не раз.
— Ох, могодой чеговек… — протянул он мне руку, и я вложил в него артефакт.
— Так… Хм… Ага, ну вот же, смотгите. В огигинальных агтефактах на обоготной стогоне наносится клеймо племени, создавшего агтефакт, и имена владельцев. У вас ни того, ни дгугого.
— Ты за идиота меня не держи, — тыкнул я пальцем в витиеватую мелкую надпись — образец каллиграфического мастерства артефактора, создавшего амулет.
— Пгостая кагявка.
— Тут и символ их племени есть.
— Лишь догазгывает мою пгавоту. Вот, могодой чеговек, попгобуйте найти в сбогнике пгеменных симвгогов это пгемя. Я знаю их все наизусть…