Элемент власти. Том III
Шрифт:
Министр услышал короткие гудки и отложил телефон, находясь в глубокой задумчивости. Даже не сразу нашёлся что сказать. Он трижды открывал рот, думая над вопросом, что вертится у него на языке, но каждый раз закрывал, вспоминая слова главы разведслужбы империи.
— Поль… А ты слышал что-нибудь про новые субъекты Славии? Королевства там какие-нибудь новые?..
— Эм… Нет, господин. Разве возможно, чтобы такое событие не было освещено и прошло мимо нас?
— А вот представь… Такое случилось. И в курсе только император и глава разведки. Ну и теперь
— Может, в Гизеле решили не поднимать шум? Знаете, как бывает, когда они решают эксперименты ставить… Если сработает, объявляют на всеобщем собрании альянса. Не сработает, забудут и сотрут данные из архивов.
— Как с Мариканским конгломератом работорговцев? — скривился дипломат, вспоминая попытку других империй продавить свои интересы на соседнем крайне отсталом континенте Марикан, дабы пошатнуть доминирующие позиции Франтии в этом бизнесе.
— Да. Облажались они знатно, хоть и получили быстрые деньги.
— Ну так, это было логично. И бунты им были гарантированы. Мы сотни лет выстраивали поток рабов, социальные лифты для этих необразованных и немытых дикарей, чтобы всю свою энергию они направляли на что угодно, но не бунты. Было весьма самонадеянно с их стороны пытаться за пять лет сделать то, на что у нас ушли века. И всё же… Кто этот загадочный гость, что летит к нам?
— Я… поищу информацию в открытых источниках. Если хоть что-то найду, сразу дам знать, — ответил помощник и вышел из кабинета министра.
И он действительно кое-что накопал, несмотря на зачистку информационного поля. Некоторые сайты специализировались на том, что сохраняли удалённые материалы, размещённые на официальных платформах. И там он узнал много интересных событий о «бунтаре Бурове». Так, потянув за одну ниточку, помощник министра нашёл много кусочков мозаики. И пусть в целом картина была неполная, но одно он понял хорошо: масштабы происходящего куда больше, чем кажется на первый взгляд. И смещение князя Хладоморского княжества было частью этих изменений.
Агенты и дипломаты направились в международный аэропорт, чтобы встретить гостей. А когда самолёт приземлился, всё, что они увидели, — это ошарашенные, полные ужаса глаза стюардессы.
— А где гости? — полюбопытствовали франтийцы.
— Вы… Вы…
— Что «вы»?
— Выпрыгнули…
— А что у вас в руках?
— Парашюты, которые они должны были надеть…
На этом моральные силы красавицы закончились, и она потеряла сознание. Рухнула на бархатный ковёр роскошного самолёта одного ушлого барона из Славии.
Практически сразу Поль связался с министром, а тот в, свою очередь, с коллегой из разведки.
— Любэр… У нас ЧП… Гости выпрыгнули из самолёта на подлёте к столице.
Франтуа ничего не ответил коллеге. Министр иностранных дел услышал лишь могучий и звонкий крик своего коллеги «ПО МАШИНАМ!», но адресовался он явно не ему…
* * *
— Ты сумасшедший! Больной! Ух! Хочу ещё! — ругалась Анна, дрожа всем
— Держи себя в руках, пожалуйста.
— Прямо как ты, когда решил, что путешествовать по франтийской столице лучше без сопровождающих?
— Конечно, лучше. Дипломатия — это как война. Тот, кто действует неожиданно, ведёт партию и имеет явное преимущество. Позволим им возить нас по музеям и ресторанам, и сразу превратимся в очередных «забугорных мудаков», которые «приехали, ходють тут, жруть и девак портють».
— Эй, я девок не порчу!
— Ты молодец. Что ещё сказать… Так, вот и город. Сейчас нам надо найти деньги, найти магазин одежды… Нужно сменить имидж, чтобы нас по ориентировкам не нашли и…
— Ограбить императора?
— Да подожди ты! Не всё сразу. Это на десерт, если с ним не заладится. Пока я просто хочу понять обстановку в стране и познакомиться с потенциальными бунтовщиками из числа рабов или бывших рабов, если таковые там есть.
— Ты революцию решил устроить?! ОХ! Я вся горю!
— Да не спеши ты! Говорю же, не всё сразу… Это если других вариантов не останется. Нам нужны рабочие руки. Благодарные, трудолюбивые руки. А рабы умеют работать. Но не захотят, если просто их выкупить и дать им свободу. Ну, большая часть точно не захочет. Да и рабовладельцы, получив прибыль, начнут собирать ещё больше рабов, раз есть спрос. Так что… Надо понять, какой именно тип рабства здесь. Я слышал всякое, но лучше самому всё выяснить.
Я выбрался из кустов, отправил в разведку воздушного элементаля-невидимку и двинулся в сторону ближайшего крупного шоссе, окольцовывающего городские районы. И замер, услышав следующий вопрос.
— А ты их язык знаешь? Или как ты собрался с ними разговаривать? — хлопала глазами Анна с лёгкой улыбкой.
— А он отличается от имперского?
— Славианского? Ну конечно!
— Пу-пу-пу… Надо переводчика искать…
— Зачем, если у тебя есть я? — коварно улыбнулась девушка, отряхивая пыль с моего костюма. — Но учти, мой дорогой потенциальный супруг… Мои услуги будут стоить тебе очень… дорого. И деньгами ты не откупишься. Suis moi, beau, — произнесла Анна что-то на местном и поманила меня пальчиком, направляясь к городу.
Уверенности в Анне было хоть отбавляй, и с каждой секундой я всё больше радовался тому, что взял её с собой.
Наши Памижские каникулы начинаются!
* * *
В пяти километрах от дальнего лагеря трудового воспитания, где содержались переквалифицированные из солдат-пленников в работяг архариты, охраняемые их бывшими коллегами и элементалями, на невысоком холме собралось десять человек.
Прикрытые высокой, по пояс, травой, они использовали необычные заклинания и внимательно следили за тем, что происходит в Буром и его окрестностях. Они даже отправили небольшого дрона, замаскированного под птицу, чтобы понять масштабы предстоящей операции.