ЭлектроРод
Шрифт:
— Даже не думай, мы не исследовали эту твою способность достаточно хорошо, — произнёс Кукша, глядя на меня.
— Две минуты, — проговорила в рации Мила.
Глава 17
Их команда называлась «Стервятники Пустоши». Быстрый мобильный отряд реагирования, который с лёгкостью уничтожал даже самого защищённого врага. Они брали укрепления многих родов. И те прекращали своё существование. Отряд вырезал всех. Это конечно оплачивалось отдельно, так как даже по Кодексу Войны это считалось преступлением, но тех кто следил за исполнением Кодекса
— Командир, зенитки молчат, никто даже не вышел нас встречать, — насмешливо произнёс по рации член его отряда.
— Тогда план «А», — ответил командир. — Попытаемся зайти и вырезать весь оставшийся экипаж. Системы защиты не трогаем. Нам пообещали, что они на нас не сработают. Если вдруг нам окажут сопротивление, уничтожаем гаубицы и отступаем. Пусть работает артиллерия.
Они приземлились на верхнюю палубу. И осмотрелись.
— Может собьём одну, командир, вон там северная, крови выпила, — предложил один из бойцов.
— Ладно северную сбей, — ответил руководитель отряда.
Ракета вылетела из наплечной ракетницы боевого мека и разнесла гаубицу в клочья. В следующий момент огромные шестиствольные автоматические противовоздушные пушки, до этого застывшие и смотревшие в серое предрассветное небо, ожили и развернулись к Стервятникам.
«Глупый, глупый… приказ ничего не трогать», — пронеслось в голове командира и в следующий момент все двадцать меков за пару минут превратились в решето с кровавым месивом внутри.
* * *
Обращаясь назад, могу сказать, что это было реально страшно. Когда я вошёл в помещение, Актиния дёрнулась в мою сторону, как будто почувствовала меня, и я уже попрощался с жизнью. Но она просто уставилась прямо на меня и долго протяжно смотрела, не направляя свои щупальца. Потом посмотрела поверх головы, потом левее, затем правее.
Потихоньку страх отпускал скованные конечности, и я начал двигаться. Медленно-медленно, я пошёл вдоль дальней стены. Механические жгуты, на конце каждого из которых находились пулемёты, колыхались, как будто реальные щупальца какого-нибудь подводного монстра в тёплых водах течения. Каждое их резкое движение вызывало приступ паники, и я останавливался, ожидая что сейчас все восемь пулемётов обратятся на меня.
«Мы не знаем, как близко позволяет подойти эта твоя способность. Если метр, то ты успеешь схватиться. А если три? Она нашпигует тебя прямо в прыжке», — прозвучал в голове голос Кукши. Это была его последняя фраза перед тем, как я вошёл в помещение, и теперь она не давала мне покоя.
Упершись в угол, я стал подходить к турели по той стене, на которой она была закреплена. Каждый следующий шаг давался тяжелее предыдущего. Единственное, что держало моё сознание от того, чтобы не запаниковать, это то, что «глаз» турели шарил совершенно по другому углу. Причём, чем ближе я подходил, тем беспокойнее себя вела Актиния. Создавалось впечатление, что оно чувствует меня. Чувствует, но не может уловить где я. Это могло объясняться заражением. Оно наделяло своих носителей каким-то шестым чувством, которое определённо существовало,
До одной из щупалец уже можно было почти допрыгнуть, когда окуляр турели дернулся, и повернулся ко мне. Я прямо почувствовал, что мой покров больше не действует. Слишком резкой и направленной была реакция. Ноги сами толкнули меня вперёд. Я прыгнул, пытаясь коснуться одного из жгутов, но промахнулся, споткнулся и повис на пулемёте. Огненный шквал ударил в то место, где я только что был. А моё сознание по металлическим частям полетело внутрь механизма турели.
Я был в воде. Эта штука, эта турель, колыхалась внизу, окруженная огромным количеством рыб, двигающимся в такт течения. Я совершил толчок… ещё… ещё… пока не «подплыл» к ней. Она была просто огромна. Её центральная часть раскрылась и проглотила меня полностью.
Во тьме моргнул огонёк, я разжёг свою силу и подводный монстр оказался разрублен надвое. Потом на четыре, на восемь… Всё быстрее и быстрее, я кромсал её в капусту и носился как молния. Потому что вода очень хорошо проводит электричество.
* * *
Когда я открыл глаза, то понял, что лежу под турелью, а её щупальца-пулемёты колышутся надо мной. Я встал, и она не отреагировала. Механизм был подчинён мне. Я коснулся её и сразу определил, где коммутатор.
Когда Кукша и Кузьма вошли в комнату, я уже нашёл место хранения коммутатора и поднял его из пола. Все сервера располагались на мобильном шасси, которое было утоплено в пол и выдвигалось при ремонте. Это позволяло не только комфортно обслуживать вычислительный компонент систем ведения огня и защиты крепости, но и безопасно вести огонь турели, чтобы не задеть ничего критически важного в комнате.
Как я и полагал, нечто, что заразило крепость, уничтожило связь между компонентами. С помощью своей силы, я попытался разобраться в хитросплетениях линий, но тут всё было не так просто, да и коммутатор был почти сожжён в пепел. Легче заменить, чем перепаять его хоть на какую-то работу.
И тут ко мне пришло чувство, что кто-то причинил вред одному из обращённых мною механизмов. Они уничтожили гаубицу. Я вырвал провода, что шли к автоматическим зенитным орудиям и послал импульс сразу во все из них.
Чувство получилось странное, как будто моя личность расщепилась и я смотрю на мир через восемь глаз, как какой-нибудь паук. Все глаза были направлены в небо. Наши враги имели наглость сесть на посадочную, площадку, как будто их кто-то звал. Все мои восемь глаз устремились на эти прибывшие двадцать меков. Их наглость вывела меня из себя, и я отдал приказ…
* * *
— Все цели уничтожены, — сообщила Мила Кузьме, как только я отключился от этих турелей. — Вы вовремя.
— Молодец, сынок, — заулыбался дед. — Сможешь отработать с помощью гаубиц по этим злодеям?
В следующие пол часа я подключался у гаубицам и отправлял «подарки» по адресам, которые сообщала Мила. Вскоре мы значительно расширили кольцо блокады вокруг крепости и «наказали» все слишком наглые отряды врага, рискнувшие подойти ближе, чем била наша артиллерия.