Элантида
Шрифт:
Его слуги опустили головы в подобострастном поклоне, хотя, казалось, ниже склоняться уже было некуда. Он нервно махнул рукой и отвернулся к окну, дав понять, что аудиенция окончена. Повторять не пришлось - всю троицу будто вымело из комнаты.
Он передернул плечами, но так и остался стоять, заставив себя не больше не смотреть на так раздражавшую его 'картину', снова глубоко вздохнул и, предаваясь размышлениям, поднял глаза к небу.
Небо было чистое. Ни единого облачка не проплыло над Эвенкаром, ничто не нарушило ясную, солнечную погоду, так радовавшую жителей столицы. Хотя горожане уже давно не придавали этому особенного значения - в Эвенкаре всегда
И за всем этим из окна своей башни наблюдал человек в длинном черном плаще, которому, видимо, по законам жесточайшей вселенской несправедливости, ни один житель Эвенкара ни разу не выказал искренней благодарности за порядок, спокойствие и счастье своего города, а также всего государства, да и, что там - всего мира, о котором так радел сей достойный муж, не покладая рук и не смыкая глаз, простирая свою благословенную длань все дальше и дальше, на сколько хватало сил, не ожидая ни признательности, ни похвалы за свои добрые деяния. Он их и не получал, хотя все если не знали, то уж точно догадывались, кто за всем этим стоит, и имя его было у всех на устах.
Его Святейшество Архиепископ Гаронд, Великий Инквизитор.
Глава 1.
Я стояла в конюшне и... красила коня. Да-да, именно красила - тупо выводила на нем полосы белой известкой, превращая вороного красавца в отдаленное подобие африканской зебры. Насчет красавца я нисколько не преувеличиваю - конь у меня просто загляденье... был. Пока я не начала свои художества. В этом мире и без того его масть большая редкость, а уж то полосатое чудилише, в которое его превращали мои 'очумелые ручки', даже конем назвать будет затруднительно. И при этом - никакой магии! Одна лишь волшебная сила искусства! Зверь терпел, даже не брыкался. Только фыркал. Очень хорошо его понимаю - я отнюдь не мастер боди-арта. Зато, как оказалось, неплохой мастер камуфляжа. Хотя об этом судить еще рано.
Я не сумасшедшая. И не бешеная поклонница поп-арта, сюрреализма и прочего авангарда. И не маньячка, радостно портящая экстерьер редчайшего животного, минимальная цена которого могла потянуть на... Впрочем, не буду называть цифру, поскольку, думаю, и так понятно, сколько здесь стоит мой Зверь. Правильно. Дорого. Очень дорого.
Это мы с ним уже проверяли. Не раз. По дороге в Шелинар - так называется этот замечательный город, в конюшне которого я сейчас и занималась прикладной живописью, - его три раза купили и только один раз украли, однако он не растерялся и приволок конокрадов, причем прямо к порогу местного отделения охраны правопорядка. Там все так обрадовались - оказалось, что этих несчастных уже давно никто поймать не может - и нам тут же выдали вознаграждение. Как говорится, мелочь, но приятно... А насчет торговли... может, мы и поступали не совсем честно, но никаких угрызений совести я не испытывала - наши 'обманутые жертвы' до того, как стать таковыми, так настойчиво требовали продать им мое сокровище, что отказать им я просто не могла.
Так мы добрались до Шелинара - я прямым ходом, а Зверь короткими перебежками, от меня до новых хозяев и обратно.
Думаю,
Но для этого мне необходимо, как в детской задачке, добраться из пункта А в пункт Б - всего-то. И встретиться с одной дамой, если быть точнее, с богиней Этаной, которая ни с кем не хочет встречаться. Причем, настолько не хочет, что дала обет молчания, который верой и правдой хранит уже несколько десятков лет... А также убедить ее мне помочь. В общем, пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что...
А в дороге случиться может всякое... И на борьбу с этим 'всяким' необходимы финансы - какие-никакие, но все-таки...
Осознание этой простой истины и сподвигло меня на... Впрочем, на что?
Ничего противозаконного я не делала.
Я всего лишь отправила своего коня на скачки.
Это произошло в первом же городе, возникшем на нашем пути. Кто виноват, что там проводились скачки? Уж явно не мы. А кто виноват в том, что мы победили? Хм, я другого варианта и представить себе никогда - мой конь-огонь всегда побеждал, скачки были его любимым развлечением, так что - простите, господа хорошие, но я умываю руки. Не видели, что ли, против кого ставите?
Но после того как мы со Зверем несколько обогатились, началось самое интересное. Разумеется, наш подвиг не прошел незамеченным.
И, конечно же, у моего Зверя сразу же появились поклонники, которые тут же возжелали ее купить. Прекрасно их понимаю! Да и покупатели серьезные - один только господин Брок чего стоил, хозяин самых лучших лошадок... вернее тех, что считались самыми лучшими - до нашего появления. Видимо, наша победа его очень уязвила, поскольку настроен он был весьма решительно. Даже слишком.
И я... согласилась. Мой Зверь был продан. За дорого. Ну, еще бы!
А потом... как только я покинула город, мое вороное чудо ко мне вернулось. Не скажу, что меня это сильно удивило - Зверь у меня очень умный и... очень верный конь. Хозяйку он никогда не оставит. А вот дать ей заработать - это пожалуйста.
Дело оказалось выгодным. Причем, настолько, что по дороге в Шелинар, куда мы отправились на большие скачки, он был продан еще три раза.
И все бы ничего, но... масть у него была слишком уж приметная... Хотя - нормальная масть, вороная... Только вот здесь как раз именно такая масть - редкость, вороных коней днем с огнем не сыщешь.
Поэтому мне и пришлось пойти на это издевательство над животным - это я о перекрашивании. А что еще оставалось делать - а если кто-нибудь из его 'хозяев' заявится? Уж самый первый, господин Брок, точно должен здесь быть, большие скачки, как-никак...
Но я отвлеклась, а этого сейчас делать не следует - не до праздных размышлений. Коня надо красить. Конюшня-то не моя персональная, с минуты на минуту кто-нибудь заглянет, тем более что скачки скоро. За скачки я не переживала - мой конь-огонь любую Сивку-Бурку обойдет... если нас раньше времени с дистанции не снимут.