Экватор
Шрифт:
Впереди солнечный пейзаж был украшен огромным звездолетом с Альфы Центавра II. Они были уже совсем близко от базы.
Тони удовлетворенно хмыкнул. По крайней мере, ему все-таки не придется на ней побывать. Более того, на одиннадцатом часу он спас положение. Бенда Иттаи сидела рядом с ним, беспомощная, обмякшая. Он же теперь держал себя в руках.
Он скорее почувствовал, нежели заметил приближение перехватчика. Тони заложил вираж, спасаясь от столкновения, но не от опасности. Кабину тряхнуло. Моторы заглохли.
Геликоптер перевернулся в воздухе, Тони больно ударился головой. Он выругался.
– Держись!
– заорал он.
Он снова держал себя в руках, и это единственное, что сейчас требовалось - держаться! Они врезались.
Страшный удар разметал зелень, как пух, и разломил геликоптер пополам с такой легкостью, словно он был спичкой. И все-таки им повезло. Они упали в самую гущу гигантских кактусов, некоторые из них достигали двадцати пяти футов в высоту. Эти кактусы сыграли роль матраса, смягчившего удар.
Застонав, Тони перевернулся на спину. Сверху на него навалилась Бенда. Шок от падения постепенно уступал место облегчению: слегка постанывая, Тони начал выбираться из дебрей кактусов, таща за собой Бенду. Выбравшись на открытое пространство, он поднялся на ватные ноги и огляделся вокруг.
Геликоптер упал на каменное плато: когда-то здесь проходил путь, по которому следовала лава. Кроме обычных кактусов здесь почти ничего не росло, зато кактусов было немало. Нельзя сказать, чтоб пейзаж был особенно приятным. Примерно в четверти мили виднелась длинная линия укреплений: защитный Периметр роскианской базы,
Как только Тони ее увидел, он моментально опустился на колени. Вряд ли стоило попадаться им на глаза.
Пока он пытался оттащить Бенду, которая еще не пришла в себя, поближе к кактусам, его накрыла тень.
Перехватчик медленно шел на посадку. Его поразило, что роскианская база до сих пор молчит - было известно, что они сбивали любой самолет, появлявшийся вблизи Периметра. Устроив Бенду поудобнее, Тони побежал навстречу своему преследователю.
Перехватчик мягко приземлился на каменное плато.
Пилот уже шел по неровной земле к Тони, и хотя его голова была низко опущена и он все время смотрел вниз, чтобы не споткнуться, Тони узнал его. Спрятавшись за ближайшим кактусом, он вытащил револьвер Бенды и стал ждать.
– Руки вверх!
– сказал он, когда тот приблизился.
Вздрогнув от неожиданности, Аллан Конлиф сделал то, что ему приказали.
– Это совершенно не обязательно, Тони, - заметил он спокойно.
– Я так не считаю, - ответил Тони.
– Еще десять минут назад я думал, что ты погиб, но сейчас тебе придется кое-что мне объяснить.
– Разве Мюррей не сказал тебе, что я жив?
– Нет. У Мюррея просто не хватило на это времени. Хочешь верь, хочешь нет, но я пришел к этому выводу сам. Стоило мне узнать, что Мюррей обманул меня и заставил себя разыскивать, я сразу же понял, что все, что он говорил мне раньше о твоей гибели на Луне - просто ложь, морковка, за которой я тянулся, как осел. Естественно, это означало, что ты имеешь к этому делу такое же отношение, как и он. Снимай свой пояс!
– Тогда у меня
– Ничего, прислонишься к кактусу.
– Ты не рад меня видеть, Тони? Ты и сам не знаешь, чего хочешь!
– Именно поэтому я никому не доверяю. Я считаю тебя своим врагом, Аллан.
Тони принялся связывать руки Аллана за спиной его же собственным ремнем. Пока он занимался этим делом, Аллан все время пытался протестовать.
– Послушай, Тони, ты можешь доверять мне так же, как и раньше, говорил он.
– Уж не думаешь ли ты, что я работаю на росков? Говорю тебе, я был агентом Службы Безопасности еще до того, как мы познакомились-даже прежде, чем я вообще поступил на работу в Космический Патруль. И я могу доказать тебе, что я агент. Послушай, те двое, которые захватили тебя на заводе планктона и позже были в машине, когда появился роскианский воздушный разведчик...
– Диккенс и тот немой парень?
– опросил Тони.
– Что насчет их?
– Этот немой парень был я, Тони. Мне пришлось сидеть в маске и молчать из боязни, что ты узнаешь меня.
Аллан стоял сейчас совершенно беспомощный, его брюки упали до колен. С неожиданной яростью Тони сгреб его рубашку в кулак и подтащил его к себе.
– Ты негодяй, Аллан! Почему ты не заговорил? Почему мне все пришлось делать одному, блуждая в потемках, и никто не захотел даже немного мне помочь?
Аллан попытался высвободиться из его рук.
– В то время ты еще должен был считать, что я мертв, на тот случай, если ты решишь прекратить поиски Мюррея, - сказал он.
– Времени оставалось совсем мало, и мы хотели, чтобы ты поторопился. Неужели ты не понимаешь, что, когда Диккенс давал тебе информацию, он хотел, чтобы тебе удалось убежать?
– Ты можешь лгать сейчас!
– Зачем? Микрофильм от Мюррея ты, должно быть, уже получил... Теперь нам надо как можно скорее добраться до ООН. Отдай мне пленку и полетим обратно.
Сердце Тони бешено заколотилось. Значит, Аллан - когда-то его друг, а сейчас (вовлеченный в ту же игру) его соперник - понятия не имел о планах Мюррея. Вновь схватив Аллана за отвороты рубашки, Тони поволок его за кактусы, чтобы их не заметили е роскианской базы, все еще на удивление безмолвной.
– Расскажи мне, что произошло в Секторе 101, пока я был без сознания, - потребовал он.
– Когда я считал, что тебя убили...
– Это не секрет, - ответил Аллан.
– Когда пуля попала тебе в плечо, ты упал, как подкошенный. Мы с Мюрреем попытались донести тебя до корабля, и роски, конечно, поймали нас и обезоружили. Их было всего трое - ты знал об этом?
– но скафандры у них настолько лучше наших, что им не составило большого труда захватить нас. Они рассказали нам, что их троица да еще один, управляющий прожектором - единственные члеяы фракции МРФ на Луне. Но тем не мепее им удалось выполнить свой план без труда. Единственная трудность для них заключалась в том, что они никак не могли попасть на Землю - все они были под подозрением. Когда мы это услыхали, Мюррей вызвался доставить на Землю микрофильм их доверенному в Паданге. На это они ответили, что хотят застраховаться и поэтому оставят меня заложником. Я видел, как Мюррей отволок тебя на звездолет и улетел.