Экспроприатор
Шрифт:
«Можно я перееду? Я найду себе работу честно и буду жить отдельно. Просто можно я перееду? К тебе ближе»
Разрушились замки, да, Свет? Любимый богатый мужик ребеночка вынудил абортнуть? Поняла, что бабосы это полная хуета?
«Маме правильно подай, не пугай ее. Займись переводом из института, я пока найду тебе квартиру и работу»
Ее ответ пришел почти сразу:
«Пожалуйста прости меня»
Телефон выпал из обмякших пальцев на пол. Я зло утерла слезы и встав со стула, присела на корточки с ненавистью глядя на пошедший трещинами экран.
«Ты моя сестра.
Ненавижу. Снова ведет…
* * *
Я сказала, что его зарежу, если не даст развод. Тихо и безэмоционально, шатаясь и опираясь плечом о дверь его кабинета.
Он покачал головой и сказал, что даст развод. Написал расписку. Только когда я немного приду в себя, мол, он боится, что я с собой что-то сделаю, просто просит немного потерпеть. У меня ноги подкосились и я взвыла, врезавшись коленями в паркет. Капельница, выпад из реальности. На этот раз на несколько часов.
Было около пяти утра, когда я поняла, что лежу в гостевой спальне, на спине, глядя в потолок. А мой телефон разрывается.
С трудом дотянулась до тумбочки и трубка выпала из пальцев. Спасский. Сердце ошиблось. С ним что-то случилось. С ним что-то произошло.
— Да, — хрипло выдавила я в безумном напряжении глядя в окно.
— Привет, Полин. — Голос Вано вроде ровный, а вроде и неуверенный совсем.
— Что-то?…
— Нет. Влад был на эмоциях, но он не дурак. Войны нет. Худой мир. — Затягивающаяся пауза, на мое невысказанное отчаянное «что тогда?!». Спасский устало вздохнул и негромко сказал. — Полин… он сказал мне найти тебя.
— Для чего? — Я замерла, глядя в одну точку и не в силах первая нарушить явно затягивающуюся паузу.
— Не для того, чтобы тебе морду набить. — Вяло пошутил он. — Он остыл и… там расклад-то по сути без выбора был и… Полин, в общем, если он узнает, что ты замужем, то это сто процентов всё будет.
— И? — я зажала себе рот ладонью, сдерживаясь. Пытаясь.
— Что, блядь, "и"?! Вот что за дебильная, сука, реакция?! — Неожиданно рявкнул он. — Догадайся сама, блядь, нахуй я тебе звоню!
— Ну, сообщи ему что я замужем… И что все время была. Скажи ему правду.
— Что? — явно опешил он.
— А что еще делать, Вань? Скажи ему. Это скрыть можно, но вот только если все всплывет, а оно всплывет… Он же Володю до полусмерти избил… и того на парковке тоже…Короче, лучше сразу.
— Я… — он явно растерялся. — Полин, может все-таки… ты уверена?
— Да. — И заплакала. Тихо. Беззвучно.
— Полин… да он же охуеет… ты понимаешь, что на фоне того, что ты с Ерохиным, а тут еще и это, что ты замужем и после всего до сих пор… он просто… не простит.
— Понимаю. Поэтому и говорю, что рубить лучше сразу, а не ждать когда… сука, я же вскроюсь просто, я повторно уже не вынесу… Вань… пиздец… — не сдержалась, проскулила. — В общем, ладно. Забудь. Просто скажи ему правду и все.
— Поль…
— Спасибо, Вань. Правда, спасибо тебе. Я без сарказма. Что попытался спасибо, но… Сам понимаешь, что лучше сказать.
— Ты счастлива с… с мужем?
— Минутка сантиментов закончена. — Улыбнулась,
— Просто… просто если ты решишься, я могу стопорнуть все… сказать, что роем, но найти пока не можем, что-нибудь придумаю, у тебя будет время. Немного, правда, буквально… но будет и…
— Ты думаешь, эта ложь без последствий останется? Только представь, что случится, если он узнает, что ты меня прикрывал, пока я разводилась… Ладно, давай заканчивать, а то у меня тут время для бабской истерики подошло. — Голос не звучал и вполовину так уверенно, как мне хотелось бы.
— Полин, ты… точно? — его мягкий, просительный, заставил меня скривиться, изо всех сил сдерживая просто животный вой отчаяния. — Полин?
— Да. — На мгновение отведя трубку от уха, прижала руку ко рту, заглушая крик, сотрясший все тело. И более правдоподобно ровно произнесла, — удачи, Спасский. Напиши, как жениться соберешься, пришлю вам букет и открытку. Я сама выберу.
— Я… да. Удачи, Полин.
Я стиснула телефон. Закрыла глаза руками, давя на глаза основаниями ладоней. «Один шанс». И я снова все просрала. Все просто. Сука, предел.
— Развод. — Ровный голос Андрея из двери.
Подняла на него взгляд. Он слышал. И судя по перекошенному лицу у него там прямая ассоциация с теми, кто его теснил. Не знаю, как он там, что связал, но вот испуг на его лице сказал о многом.
— А не хочу. — Зло улыбнулась глядя на трусливую сволочушку. — Это чего это внезапно? Я не хочу развод.
— Подам в одностороннем порядке… — кажется, пересрался он по серьезному.
У Казакова удивительное качество даже незнакомых ему людей запугивать. Андрюша всего-то подслушал один мой телефонный разговор. Слабонервный какой.
— И месяц я еще буду иметь право жить с тобой под одной крышей и ебать тебе мозг. — Мой смешок вышел истеричным. Но все же смешок.
— Полин, я сказал, давай разведемся. — Побледнев и с трудом сглотнув, напряженно сказал Андрей.
— Тогда раздел имущества. — Вот в душе пиздец, вот полный пиздец, а мне, сука, весело. Правда, весело. Особенно видеть, как его перекашивает. — Ой, да ла-а-адно, Андрей, я пошутила. Все время забываю, что нужно быть осторожнее, у тебя же все-таки возраст. Деньги мои отдай и я свалю в закат.
— Завтра снимут блокировку счетов, заберешь деньги и сразу в Загс.
— А отступные? — Приподняла бровь я. — Слыхал, сколько у Абромовича жена отсудила, я тоже так хочу. Подробно изучила ее стратегию, созвонилась с ее адвокатами… Ой, Андрей, ну я же шучу, что ты так бледнеешь в самом то деле. Андрей? — настороженно приподнялась с постели тревожно вглядываясь в его перекошенное лицо.
— Что? — смотрел на меня почти с ужасом.
— Фух, ты так не пугай, — упала обратно на край кровати, обмахиваясь телефоном. — А то и вправду сердце у тебя не выдержит, а мне потом перед вратами рая оправдывайся, что это не мое чувство юмора в твоей смерти виновато, а твое дряхлое сердечко, и в котле вариться мне не за что, ты сам помер и я не при чем. Прощальный секс? Залечу от тебя, подам на ДНК и мы с тебя стрясем все до нитки. Господи, я опять шучу!