Эксперт № 39 (2014)
Шрифт:
Говоря конкретно, нельзя прерывать строительство ЦКАД, моста через Керченский пролив, автодороги Москва—Санкт-Петербург. Эти проекты являют собой мощный ресурс экономического развития, поскольку снимают инфраструктурные ограничения для частного бизнеса и зримым образом улучшают жизнь миллионов россиян. Что же касается железнодорожных проектов, то тут в условиях ограниченности средств целесообразен более осторожный подход. И если проект ВСМ Москва—Казань представляется хотя и спорным, но могущим вписаться в рамки экономических реалий, то планы строительства железных дорог на Колыму, Камчатку, к Берингову проливу и т. д. следует безусловно отложить. Оставим заповедные края в покое, а живущим там людям будем дотировать авиаперелеты.
Ситуация внешнего давления подталкивает к необходимости экономить бюджетные средства, расходуя их на то, что в состоянии
Напротив, инфраструктура для авиасообщения гибче: хотя два десятка реконструированных аэропортов много лучше, чем десять или пять, вариант с меньшим количеством тоже имеет смысл. Предлагается поэтому сконцентрироваться на внутренней авиации. «Эксперт» уже писал, что жители даже относительно густонаселенной европейской части России, согласно опросам, хотели бы иметь возможность не переезжать, а перелетать из города в город даже на небольшие расстояния. Естественно, это еще более значимо для Сибири и Дальнего Востока. Авиация к тому же в силу технологических особенностей более открытый для конкуренции вид транспорта, а значит, менее подверженный риску нарастания неэффективности.
Для развития внутренней авиации нужна программа поэтапной реконструкции взлетно-посадочных полос по всей стране (напомню, они закреплены в федеральной собственности, в отличие от терминалов, которые обычно являются частными). Нужна также долгосрочная — на семь-десять лет — программа дотирования местных перелетов. При наличии такой программы сравнительно легко найдутся частные средства для реконструкции терминалов, комплексов заправки и проч. — их дадут банки, привлеченные понятной величиной спроса на услуги аэропортов, как они уже дали деньги на реконструкцию Пулково, Шереметьево, калининградского Храброво, ставропольских Минвод и т. д. Это значительные, но подъемные для частных инвесторов и кредиторов суммы (здесь речь идет о единицах миллиардов, а не о десятках миллиардов рублей).
Столыпинская реформа в ЖКХ
Наиболее многообещающим направлением высвобождения частной инициативы в российской экономике, ведущим к росту общеэкономической эффективности, представляется модернизация ЖКХ. Как известно, этот сектор считается одним из самых проблемных, что связано со значительным износом его основных фондов (труб, котельных и т. д.) и использованием устаревших технологий, консервирующих неэффективность. Так, уровень потерь в наших теплосетях — 20–30%, что многократно превосходит показатели в сопоставимых с нами по климату странах Северной Европы. Ясно, что надо инвестировать в обновление, но непонятно как. Бюджетных средств, учитывая масштаб проблемы, очевидно не хватит. Необходимы частные кредиты и инвестиции. Допустим, с ликвидностью вопрос решить можно, обеспечив залог выдаваемых на соответствующие цели кредитов Центробанка. Но как оценить окупаемость этих вложений для инвестора и возвратность инвестиционных кредитов?
Основная проблема здесь — долгосрочная стабильность (предсказуемость) тарифов, позволяющая планировать входящие денежные потоки на длительном временном горизонте, необходимом для окупаемости вложений в ЖКХ. У нас тарифы определяет один орган — региональные энергетические комиссии, а в реконструкции объектов энергетики и коммунальной сферы заинтересованы другие — управляющие компании и муниципалитеты. В результате последние ничего не могут предложить потенциальным инвесторам: тариф зависит не от них, а без этого доказать окупаемость своих проектов они не могут. Инвесторам остается рассчитывать на прямые гарантии муниципалитетов или регионов, что при сегодняшнем состоянии большинства муниципальных
Выходом может служить так называемая французская модель, в рамках которой ассоциации муниципалитетов разрабатывают модельный договор государственно-частного партнерства, а тарифы определяются по условиям конкурсов среди инвесторов как конкурентные цены — кто предложит ниже. Нужно вводить эту возможность в наше законодательство. В частности, в конкурсной документации можно прописывать реальный тариф, необходимый для окупаемости требующихся для модернизации объекта ЖКХ вложений, а в договоре концессии указывать, кто и что делает в случае, если фактический тариф отличается от расчетного (могут, в частности, предусматриваться субсидии, удлинение сроков выполнения концессионером своих обязательств). Но это, конечно, промежуточное решение, паллиатив. Прорывное решение — передача права устанавливать тарифы на муниципальный уровень. Тогда тот, кто привлекает инвестиции, получит возможность дать четкие контрактные обязательства на длительный срок. Понятно, что такой возможностью воспользуются не все и не сразу, — муниципалитеты и управляющие компании отличаются по бюджетным возможностям, по платежеспособности потребителей, наконец, по уровню профессионализма руководителей. В результате всеобщее «равенство в неустроенности» уступит место дифференциации. Возникнут условия для конкуренции между муниципалитетами и управляющими компаниями за средства инвесторов и кредиторов, а между инвесторами и кредиторами — за финансирование платежеспособных структур в сфере ЖКХ. Заметим, что речь идет об огромном рынке и, соответственно, огромном потенциальном резерве повышения эффективности. Одно лишь теплоснабжение представляет собой рынок объемом 2 трлн рублей в год, что равняется 2,5% ВВП страны.
Речь фактически идет об аналоге столыпинской реформы в ЖКХ — об отказе от «общинной» уравниловки, о ставке на сильного. Это будет непросто, как не была простой в реализации «первая» столыпинская реформа. Живущие через дорогу друг от друга люди будут очень по-разному платить за услуги ЖКХ. Кто-то будет готов сегодня платить по более высокому тарифу ради надежности и будущей масштабной экономии, а кто-то будет ждать, пока трубы сгниют совсем, надеясь, что проблему все равно как-нибудь решит государство. Где-то неизбежно будут ошибки в расчетах, которые придется покрывать за счет страховочного фонда или бюджетных дотаций, — мы говорим о системе жизнеобеспечения, «выключать» которую и замораживать людей нельзя. Возможны и другие трудности. Естественно, можно и нужно предусмотреть механизмы софинансирования либо частичных компенсаций из федерального и (или) регионального бюджетов — но лишь тем, кто готов предпринимать серьезные усилия на этом пути.
Учитывая политическую чувствительность вопроса о ЖКХ, разумно было бы начать с эксперимента в одном-двух регионах страны. Одним из них могла бы, например, стать Московская область, обладающая сравнительно высоким уровнем бюджетной обеспеченности и платежеспособности жителей — тем более что ее руководство заявляло о приоритетности задачи модернизации ЖКХ. Эксперимент позволил бы обкатать механизмы взаимных гарантий инвесторов и муниципалитетов, а также распределения компенсационных субсидий более слабым муниципалитетам.
Потенциал ЖКХ как сферы частной экономической активности связан с тем, что для инвестиционного бума, как показывает опыт, нужны простые идеи, не привязанные к специфическим условиям какого-то конкретного места. Модернизация ЖКХ как раз одна из них. Утрируя, можно сказать, что ее обоснование умещается на двух слайдах — как в 2004–2007 годах на двух слайдах обосновывались инвестиции в строительство автосалонов, розничных сетей и в жилую стройку. Один слайд — цифры квадратных метров либо машин на душу в России, в Восточной Европе и Германии в динамике. Второй — ожидаемые расходы, предложения банков по финансированию и срок окупаемости проекта. Все понятно, делаем. Какие-то проекты и инвесторы оказались жертвами излишнего оптимизма и склонности финансировать длинные инвестиции короткими деньгами (напомним: это был первый бум в постсоветской России, поэтому ажиотаж отчасти простителен), но гораздо большее число добилось очевидного успеха. В целом машина инвестиционного роста сработала неплохо и позволила очень заметно улучшить жизнь большого количества людей. Для проекта в современном ЖКХ подобная «презентация из пары слайдов» будет включать слайд с данными по накопленному износу (с выводом «менять все равно придется!») и цифрами достигаемого снижения потерь.