Эксперимент
Шрифт:
Одиночество день ото дня настойчиво давало о себе знать, ситуация усугубилась тем, что однажды, гуляя в нижних ярусах она набрела на люки, которые почему-то не раскрылись перед ней, как это происходило везде на корабле. Ее любопытство только усилилось, когда она заметила на запертых дверях символ, изображающий человеческие силуэты, лежащие горизонтально в ряд. «Странно, что они прячут от меня здесь?, кладбище? или большую общую спальню?…». В тот раз ей так и не удалось проникнуть, хотя сначала она думала, что сломался элемент, обнаруживающий ее приближение, но нет, эти двери ей не подчинялись. Она пришла сюда на следующий день, тот же результат, и на следующий, и во все последующие дни. Имея в распоряжении неограниченное время, и захваченная идеей во что бы то ни стало
***************************************
«Субъект ZH58966624 длительное время предпринимает попытки проникнуть в зал гибернации» – доложил младший научный сотрудник Жас Хе руководителю экспедиции Кхан ГвЭ. В это время Кхан ГвЭ пребывал в состоянии высшего блаженства, погруженный в капсулу с жидким аммиаком, щедро приправленным оксобензизосульфоназолом. Все его двенадцать щупалец были необычайно расслаблены, центральный большой окуляр был полузакрыт, остальные три просто спали. Сигнал от Жас Хе он принял телепатически и так же телепатически ответил. «Открой проход, пусть зайдет».
«Неконтролируемое поведение субъекта ZH58966624 может поставить под удар весь ход эксперимента» – робко попытался возразить Жас Хе.
«Ты вынуждаешь меня напомнить тебе о том, что согласно условиям контракта, подписанного с межгалактической телекорпорацией ZYTR, между прочим финансирующей весь этот проект, мы беспрепятственно предоставляем им все наши исследовательские материалы, связанные в этим экспериментом.
Да будет тебе известно, что пилотная серия шоу с участием ZH58966624, транслируемая на сотни миров, побила все рекорды, триллионы жителей Империи с нетерпением ждут продолжения, а некто младший сотрудник Жас Хе вознамерился помешать этому??? Немедленно открой эту чертову дверь и не беспокой меня больше по пустякам!!!»
************************************
Глава 2
Марь Ванна открыла глаза, взгляд ее привычно уперся в переборку над головой. В условиях невесомости, она пристегивалась к кровати и неизменно просыпалась в позе морской звезды, других поз тут и быть не могло. Уже много дней она следовала установившемуся режиму дня. Туалет, душ, завтрак и еще пару тюбиков с собой, чтобы не носиться туда-сюда, и к загадочной двери, которая никак не хочет открываться. «Сегодня мне повезет» -подбадривала она себя, «Должна же эта чертова дверь когда-нибудь открыться!». Её мыслеобраз был немедленно зафиксирован невидимым сонаром и передан в наблюдательную рубку. Жас Хе вздрогнул и дал приказ снять блокировку. Не успела Марь Ванна подплыть к заветному люку, как дверцы, много дней подряд выдерживающие удары ее массивного тела послушно разъехались в стороны.
– Вот, я же говорила, мне сегодня повезет!!! – закричала она в пустоту.
Медленно дрейфуя и оглядываясь по сторонам, Марь Ванна вплывала в помещение. Это был полутемный большой отсек с высоким куполом. Откуда-то сверху лился сине-голубой свет. При ее появлении свет стал гораздо ярче, помещение осветилось и в центра зала она увидела четыре большие камеры гибернации и рядом с ними одну маленькую. «Все-таки кладбище..» – мрачно подумала она, осторожно подплывая ближе.
Первая камера представляла собой большую капсулу с полусферическим прозрачным окошком, в котором Марь Ванна разглядела мужское лицо, её вдруг на ум пришло слово «богоподобный». «Покойник» был невообразимо красив. Волевой подбородок, четкий контур губ, чувственный рот, прямой нос, скульптурные скулы, большие закрытые миндалевидные глаза, густые черные локоны ниспадающие на лоб и рассыпавшиеся по подушке. Заглядевшись, Марь Ванна проглотила слюну, представив себе все его тело, скрытое в камере.» Как же жаль» заохала она и поплыла к следующей
Вторым «покойником» тоже был мужчина, пожилой, лет 65-ти. Жидкая седая бороденка, высокие восточные скулы, кустистые, насупленные брови, большой нос, обиженные, поджатые тонкие губы. В момент «смерти» он явно был чем-то очень недоволен. Особого интереса Марь Ванны этот субъект не привлек, и поэтому она поплыла дальше.
Третьей по счету была камера с окошком, в котором Марь Ванна разглядела женское лицо.
Молодая, привлекательная, короткие, вьющиеся светлые волосы, упрямый разлет бровей, пухлые губы, вздернутый, аккуратный носик. Чем —то она отдаленно напомнила Марь Ванне одну американскую актрису, она даже вспомнила передачу, где этой актрисе Оскар дали, а за что давали уже не помнила. Освещенная бледно голубым сиянием, красавица безмятежно спала… Будь в Марь Ванне хоть капля креатива, она бы живо представила себе сцену из какого-нибудь гипотетического голливудского фильма, снятого по мотивам стихотворений А. С. Пушкина с юной Шарлиз Терон в роли царевны, спящей в хрустальном гробу в ожидании чудо-поцелуя. Но креатив и Марь Ванна жили по разные стороны вселенной и никогда не встречали друг друга, поэтому спящая девушка, напомнившей ей именно Шарлиз Терон, так и воспринималась ею, как просто красивая девушка.
«За что же их всех, господи??» -искренне сокрушалась Марь Ванна, переходя от одной камеры к другой. «А меня зачем пожалели?» -задала она сама себе вполне резонный вопрос.
В четвертой камере лежал мужчина средних лет. Это лицо могло принадлежать кому угодно: от муниципального сантехника до мирового светила нейрохирургии. Сухое, обветренное, без растительности, ежик выгоревших волос, некий намек на брови и ресницы, все бы ничего, но было нечто зловещее в его облике. То ли ниточка рта, застывшего в недоброй усмешке, то ли трещинки морщин, идущие от носа к уголкам рта… Марь Ванна задержалась немного над ним и поняла, что же ей не понравилось: вокруг рта и кое-где на скулах имелось множество маленьких черточек- шрамов. Не понятно, были ли это осколочные ранения, или резаные раны. В общем, обладатель этого лица хранил какую-то тайну, которую, по мнению, Марь Ванны, он так и унес с собой в могилу.
Заметив последнюю маленькую камеру, Марь Ванна охнула: «Неужели ребенок?». Но, подплыв поближе, заметила в окошке черную собачью мордочку. Она не разбиралась в породах, для нее все собаки делились на большие и маленькие, так вот, эта была из маленьких. Но собак она любила, тем более, что в их доме собаки были всегда. Она вспомнила своего Пирата,«немца», подаренного ей с Николаем восемь лет назад кем-то их знакомых, и в душе ее черной волной поднялась тревога. «Как он там без нее? Кто его кормит?.
Она еще раз обошла этот загадочный зал с саркофагами, в голове томился рой вопросов, но ни на один из них у нее не было ответа. У изголовья каждой камеры находилась приборная панель с датчиками состояния основных показателей организма спящих. Большая красная клавиша запускала процесс пробуждения. Особую жалось у Марь Ванны вызвала мертвая собачка, причем ее мало беспокоил вопрос, почему собака была похоронена вместе с людьми, она вообще, после того дня, когда проснулась на корабле перестала чему-либо удивляться. Ей почему-то очень захотелось погладить эту бедную собачку, не останавливало даже то, что собака была мертва. Истосковавшаяся по общению, и доведенная до отчаяния своим одиночеством она, не долго думая, она нажала на красную клавишу.
******************************************
На приборной панели наблюдательного пункта замигал светодиод. «Активирован субъект SW 66655884» -через секунду доложил младшему научному сотруднику Жас Хе дежурный оператор. Далее по телепатическим каналам связи информация распространилась на все уровни иерархии вплоть до Кхан ГвЭ. «Ну хоть какая-то интрига…» – вяло мелькнула его мысль, услышанная по меньшей мере сорока его подчиненными. «Продолжать наблюдение» -приказал он.