Эксперимент номер 225
Шрифт:
Отвратительный запах алкоголя и выкуренных сигарет ударил в нос. Айзек боялся подходить к своему отцу близко на инстинктивном уровне…
Мужчина пригубил почти опустошённую бутылку, а затем посмотрел на мальчика, которого заметил в дверях.
— Чего тебе? — с неким раздражением спросил он.
— Ты… не знаешь, где мама? — неуверенно спросил Айзек. Он никогда не называл «его» отцом.
— Значит, сучка сбежала, оставив своего щенка? Ясно. — он осушил бутылку до дна, а затем произнёс: — Сбежала она, к очередному
— Что..? — для Айзека эти слова прозвучали, как гром среди ясного неба.
— Ты глухой или притворяешся?! Сказал же, она к любовнику свалила! А тебя оставила на мою голову! — крикнул мужчина, запустив в сторону мальчика бутылку.
Айзек вовремя успел спрятаться за косяком и бутылка разбилась о стену, размазав оставшееся содержимое по стене.
Не успел мальчик прийти в себя от такого, как силуэт этого мужчины показался в дверном проёме и встал напротив него.
Он толкнул мальчика в плечо, заставив сесть на пол, а затем сказал, смотря на него холодным взглядом:
— Не расчитывай на то, что я буду о тебе заботиться. Мне плевать, что с тобой будет. Была бы моя воля, вообще утопил бы тебя в мешке, как щенка, сразу, как ты родился.
Айзек сжал зубы. Из его глаз произвольно полились слёзы. Что он ему такого сделал, что «он» так с ним говорит?
Мужчина брезгливо цыкнул, посмотрев а лицо мальчика, а затем грубо схватил его за локоть и потащил по коридору.
Он открыл дверь, ведущую в подвал, и швырнул его туда со словами:
— Лучше не попадайся мне на глаза, если не хочешь получить. Теперь будешь жить здесь, как и положено собаке.
Маленький Айзек полетел вниз с трёх ступенек и упал на бетонный пол, больно ударившись.
Даже не обратив на это внимание, его псевдо отец закрыл дверь подвала и запер её на замок.
Мальчик тут же кинулся к двери и принялся бить по железному каркасу своими покалеченными руками:
— Выпусти меня! Выпусти! — на грани истерики кричал маленький Айзек, заливаясь слезами. — Пожалуйста… не оставляй меня здесь… — говорил он, скатившись вниз, постепенно осознавая, что его действия бесполезны, а содранные в кровь пальцы уже достаточно сильно болели…
Он поджал колени к груди и заплакал, сидя на ступеньках подвала, возле порога.
«Отец» так и не выпустил его. Лишь иногда он приходил, чтобы оставить Айзеку еды и то едой это было назвать сложно.
А потом…
Айзек скривился от того, что он увидел дальше. Как бы он хотел навсегда вычеркнуть это из своей памяти, забыть об этом, как о страшном сне, навсегда забыть об этой боли и унижении, страданиях…
Даниэль внимательно изучал мониторы, что были подключены к оборудованию, вместе со своими коллегами. Все воспоминания, которые сейчас проплывали в голове парня,
— Вот, значит, как. Твой отец позволял пускать тебя по кругу, не удивительно. — криво усмехнулся он.
— Заткнись… — прошипел Айзек, крепче сжимая зубы и пальцы на подлокотниках.
Пусть это и были всего лишь воспоминания, сейчас его тело чувствовало, будто он проживает эти моменты вновь…
Не успел он опомниться, как снова увидел очередное воспоминание:
Мальчик четырнадцати лет брёл по улице, плотнее укутываясь в серую толстовку, которую он снял с верёвки в переулке, как и простенькие штаны, а вместе с тем и старые кроссовки.
Одежда явно не подходила Айзеку по размеру, но это мало волновало его, главное не ходить полуголым. Пока паренёк добрался до города он сильно замёрз…
Его живот в очередной раз сковал неприятный спазм. Приложив руку, дабы меньше болело, он стал озираться по сторонам в поисках еды.
Внезапно Айзек почуял вкусный запах выпечки где-то неподалёку. Рот предательски наполнила слюна, желудок взвыл.
Направившись по этому запаху, паренёк обнаружил небольшую пекарню, рядом стоял булочник и чистил снег лопатой.
Заметив приблизившегося мальчика, он остановился и спросил:
— Хотите, что-то купить, молодой человек?
— Могу… я взять одну булочку?
— Да, конечно. С вас 1$. — сказал мужчина, вставая за стойку, готовясь обслужить очередного клиента.
— У меня нет денег… — едва слышно выдавил из себя Айзек.
Взгляд булочника тут же наполнился презрением и долей брезгливости, услышав его слова. Он вышел из-за стойки, взял лопату, продолжив расчищать снег, и пробурчал себе под нос:
— Сколько беспризорников развелось, как собак не резаных.
Айзек продолжил стоять на месте, бессильно сжимая кулаки. Его живот вновь обвил болезненный спазм. Паренёк кинул голодный взгляд на поднос со свежими булочками. В следующий момент он резко схватил одну из них и кинулся бежать.
— Стой! Ворюга! — раздался громкий ор булочника.
Он довольно быстро нагнал мальчика, а затем огрел его лопатой по спине.
Айзек упал в снег, что смешался с грязью, неприятная боль расползлась по спине.
Когда булочник схватил его, паренёк зачерпнул горсть грязного снега и швырнул его прямо в лицо этому мужчине, а затем быстро вскочил на ноги и вновь поспешил скрыться.
Убежав, как можно дальше, Айзек свернул в переулок и, убедившись, что погони нет, вцепился зубами в украденную булочку. Он открывал мягкое тесто большими кусками и проглатывал почти не жуя.
Перекусив, паренёк спрятался в тёмном переулке, возле баков, где не особо сильно дул ветер, и решив немного отдохнуть, задумался о том, как и где он теперь будет добывать еду.