Экспедиция
Шрифт:
Зотова уже повалили и ковыряют кабину. Илья врывается в месиво бесстрашно, сшибая всех с крышки мехара майора! Рассчитать не получается, врезается в гряду и ломает крылья.
Встать не успевает, на него тут же набрасываются резвые гадины.
Я же спешу к Зотову, чтобы поднять. Да вот только никак не выходит! У его мехара ногу сожрали до колена. Чёрт побери, как??!
Глаза разбегаются! С трёх сторон лезут. И на меня, и на обоих товарищей! Там ещё в стороне слышны выстрелы, какой–то уцелевший десантник отстреливается из последних сил. Но это автомат, судя по всему, бесполезен.
Двумя ударами клинков, разрубаю нескольких чёрных, вцепившихся в Илью. Он пробует встать и рубит наотмашь сам, поражая в воздухе ещё одного!
Немного отвлёкся, стрельба со стороны бойца прекратилась. Похоже, настигли бедолагу. Не оставаясь на месте, двигаюсь по периметру, сшибая гадин, которые прут и прут! И кажется, что теперь только на нас вся свора обращена. Рвётся к месту, где мы увязли из-за переломанных мехов.
Вскоре к нам начинает долетать уже шрапнель. Причём очень прицельно и плотно! Несколько рывков до целей, и распознаю стрелков: они отличаются более широким телом и меньшими когтями. Стреляют из кассет под подмышками, расставляя лапы.
Как только готовятся давать залпа, рвусь к такому. Рублю во все стороны попутно, и вскоре уже скольжу по розовой крови и кускам их тел.
Илья помогает, но ему тяжело, двигается неуклюже. Но кое–как справляется. Поэтому я держу в поле зрения больше Зотова, и перемещаюсь к нему, чтобы не добрались до беспомощного пилота.
Чёрные всё лезут! Дым заполоняет собой пространство, перерастая в зловещую сизую мглу. Сил всё меньше. Уже пульсирует обзор, скорость моя падает.
Но боевая панель начинает, наконец, выдавать мне подсказки, как только я в панике стал озираться во время небольшой передышки. Силуэты тварей теперь видно и в дыму, и за препятствиями. У меня открывается второе дыхание!
Слышу, что со стороны британцев месиво похлеще будет. Но они ещё дерутся! Агнесса бьётся, я слышу её. Это добавляет сил мне.
Крупный чёрный оргалид возникает крайне неожиданно!! И сразу же набрасывается на Илью! Боевая панель тут же подмечает его и подобных, которых у британцев оказывается целых три!!
Большая тварь валит Илью с ног и вгрызается в броню, которая отзывается отчаянным скрежетом. Когтистые тонкие лапы легко сминают крышки кабины, и оргалид вырывает одну!! В ответ Илья успевает пронзить тварь в тело насквозь. Но насаженный монстр продолжает рвать меха–гвардейца, будто не чувствует боли.
Хочу ринуться к нему, но теряю драгоценные секунды! Приходится отвлекаться на мелких тварей, подкравшихся к беспомощному Зотову. Последняя, как назло, ещё умудряется проскочить мимо клинка и уцепиться в мехар майора. Тело воет от усталости, удары становятся размашистыми. Рву врага остервенело и спешу на помощь.
Из мглы больше не появляются. Мелочь иссякла.
Подскакиваю к Илье и сношу последнюю тварь мощным ударом. Клинок мой отламывается, как миленький, но и тварь слетает с гвардейца. Набрасываюсь на неё сверху, не давая очухаться, и протыкаю башку несколькими ударами, пока она не перестаёт рыпаться.
— Ты как!? — Кричу и возвращаюсь к Илье, поддав тяги.
— Нормально, — раздаётся с булькающим
Последний мелкий чёрный ползёт без нескольких ног, пытаясь добить пилота. Но я настигаю быстрее, наступая на башку.
— Андрей! Да что б тебя!! — Визжит в эфире Небесная, которой, похоже, плевать на потери. И свои многострадальные голосовые связки.
Сжимаю зубы, нависая над Ильёй. Мой друг в кабине полностью оголён, броня не защищает его. Он весь в крови. Тяжело дышит. Мой боевой прицел направлен на него, а панель сбоку выдаёт его пульс и прочие жизненные показатели. Фигурку человека с красными пятнами показывает мне Медведь. Не думал, что так можно. Не думал, что так горько.
Илья умирает.
А ещё он мучается. Пробито лёгкое, вспорот живот, переломаны кости. Крови вытекло столько, что он побелел и задрожал.
— Андрей, мне конец, — заговорил, задыхаясь. — Допрыгался.
— Прости, — отвечаю с давящим камнем в груди.
Осознаю, что не могу ему ничем помочь. И от этого дерьмовее вдвойне.
Мне срочно надо уходить к Небесной, ведь главная задача… все эти жертвы… не должны быть напрасными.
Но я не могу оставить его вот так.
— Андрей, об одном прошу, — давит слова Илья с трудом, протягивая дрожащей рукой мне сложенную окровавленную бумажку.
Беру её механической кистью, зажимая меж пальцев.
— Это письмо для Татьяны. Я написал его… на случай… — закашлял кровью, но вскоре продолжил. — Передай, прошу.
Глаза закрыл. Вижу, что пульс всё медленней.
— Обещай, — прошептал он уже в полубреду.
— Обещаю, — отвечаю с комом у горла. Приоткрываю кабину и забираю записку вовнутрь. Потому что знаю, теперь её нельзя потерять.
Илья замолчал. Он будто уснул спокойно, удовлетворённый ответом.
Но Медведь показывает мне, что сердце моего друга остановилось. Всё.
— Андрей!! — Продолжают звать в эфире.
— Сейчас иду, — отвечаю жёстко и добавляю: — Илья мёртв.
— Поняла… — раздаётся на выдохе и новый вопрос: — Зотов?
— Теперь пеший, — докладываю принцессе.
Вижу майора. Да и держал его в поле зрения. Он уже вылез из потрёпанного мехара, который явно не смог бы восстановить так быстро. И уже нашёл себе пулемёт МГ, снял с тела погибшего товарища подсумок с магазинами, перезарядил.
Посмотрел на меня вопросительно. Подошёл устало к разбитой машине Ильи.
Взобрался кое–как и хотел было пульс потрогать.
— Мёртв, — остановил я и подал ему механическую руку.
Майор взглядом простился с другом и взобрался без вопросов. И мы двинулись, обходя центр побоища по левой стороне, чтобы не столкнуться с новыми тварями. Зотову, деловито сидящему на плече моего меха, не видно, а я распознаю нескольких затаившихся оргалидов на пути.
Иду плавно, чтобы Костя не сорвался, но иногда приходится перепрыгивать гряду.
Минуя трупы подстреленных мною крупных тварей, дохожу до скопления наших. Здесь спокойно. Небесная и Олег встречают. Мехары у них не так уж и сильно потрёпаны. У Олега руки исцарапаны, один клинок обломан, машина принцессы без нескольких клинков, тульский револьвер где–то выронила.