Экспедиция
Шрифт:
И даже после слов её горьких лишь стало теплее.
— Обязательно расскажу, — отвечаю и прижимаюсь подбородком к её макушке.
Показалось вдруг, что роднее её сейчас нет никого в душе моей.
Какое–то время мы просто стоим в объятиях друг друга. Но вот раздаётся от официанта:
— Простите, господин, но здесь так не принято.
Опомнились. Отпряли друг от друга, одарив сдержанными улыбками и неловкими взглядами.
Присели обратно. Минуты в молчаливой задумчивости потянулись. А затем принцесса поднялась
— Я в дамскую комнату, дождись.
Киваю. А как иначе? Совсем недавно банду разогнал, посягнувшую на её честь, теперь точно не оставлю в этом вражеском городе.
Прождал четверть часа, добив бутылку вина самостоятельно. И под конец даже разволновался. Но вот она предстала. Снова накрашенная и расчёсанная, сияющая, как ни в чём не бывало.
И очень взволнованная.
Присела резко, я даже не успел поухаживать. И объявила приказным тоном:
— Ещё вина, сударь!
Официант подскочил к нам быстро с новой бутылкой. И начался новый этап нашего вечера. Будто бы с облегчением начал набирать обороты уже непринуждённый разговор.
— Где ты научился так драться? — Спросила принцесса практически сразу. — Явно в училище нашем такому не учат.
— Суровая жизнь научила, — не стал вдаваться в подробности. — Как оказалось, это отличный способ не только за честь дамы постоять, но и рублей заработать.
— Серьёзно?
— Недолго длилось такое счастье, но я успел в кулачных боях денег подзаработать.
— И много?
— О, целое состояние. Рублей пятьсот. Драки с оппонентами, которые за три рубля горло перегрызть готовы, оставляют неизгладимые впечатления.
— Ты серьёзно? — Ахнула принцесса и рассмеялась. Улыбнулся в ответ.
— А я, между прочим, тоже драться умею, — заявляет вдруг.
— В рамках гвардейской подготовки, я и не сомневаюсь.
— Да не, — протягивает она с хищным оскалом. — То другое. В том удовольствия нет. А вот оттаскать за волосы семилетнюю Софию и разбить нос старшему брату — впечатления, как ты выразился, неизгладимые.
— А заслужили? — Интересуюсь сдержанно.
— Ещё как! Особенно эта мелкая пакостница…
И начала принцесса без утайки рассказывать о своей личной жизни и отношениях с роднёй. Не думал, что будет так интересно. В ответ я поведал о нелёгкой жизни в детском доме, затем об училище немного и о том, как стал гусаром.
Небесная слушала, раскрыв рот с глазами горящими, которые то в мои глаза смотрели, то в рот.
Так мы до начала четвёртого утра просидели, прикончив три бутылки на двоих. А затем уже из пустующего заведения вышли на свежий воздух и двинулись гулять. Стремясь продлить этот день ещё хотя бы на чуть–чуть.
К этому времени город уже весь спал и казался абсолютно безопасным. А ещё он казался только нашим. Мы полезли бродить
Когда мы поднялись на небольшую, облупленную смотровую, с запада побагровели облака. И только тогда я с грустью осознал, как быстро пронеслось время.
Принцесса облокотилась на перила, а я задержался позади, не в силах оторвать взгляда от её изящной фигуры. Привлекательных женских изгибов, что подчёркиваются волнами ткани, которая послушно лёгкому ветру то отходит, то прижимается к такому желанному телу.
И мне захотелось стать этой тканью, чтобы коснуться её так бесстыже.
Какая же везучая ткань, подумал я. А Настя обернулась вдруг. Взгляд её острый с укором, а щёки розовые. Уличила–таки.
Рядом пристроился на перила, как ни в чём не бывало.
Солнце показалось, а с ним и блики на воде, словно лава разлилась.
Вот и рассвет. А с ним и свидание наше подошло к концу. Но так не хочется вырываться из этой сказки, как из вязкого утреннего сладкого сна.
Сказки, где сказочным мир вокруг делает лишь одна. Эта сказочная принцесса, с которой я провёл лишь ничтожный миг.
Солнце поднимается, озаряя ослепительными лучами порт и наши не выспавшиеся лица.
— Спине холодно, — раздалось от Насти. — Обними меня, пожалуйста.
Секунду думаю, как осёл, ей Богу. Но следом уже действую решительно, прижимаясь к спине грудью. Заключаю в объятия, обхватывая за упругий животик, едва дотягиваясь.
Как же неистово приятно чувствовать горячую кожу через тончайшую ткань.
Из ротика женского, словно бабочка порхая, вылетает звучный выдох. Настя накрывает мои ладони своими. И ведёт одну по телу вверх, а другую вниз.
Сердце задолбило бешено, а руки совсем ослабли от мысли, что противостоять этому никак не могу.
Принцесса поворачивает голову, глаза её дикие зовут, а губы сладкие просят. И здесь я не в силах сопротивляться. Мой первый робкий поцелуй на фоне жадных объятий в одеждах, как издевательство.
— Мы должны попасть в те апартаменты во что бы то ни стало, — раздаётся от неё с придыханием. — И поскорей.
— Вы пьяны сударыня, — шепчу её, прижимая к себе сильнее и держа за самое сладкое.
— Я пьяна тобой, дурачок, — отвечает, начиная бесстыже извиваться в моих объятиях.
Глава 8
Через порт Дурбан в Атлантику
После отплытия из Саида мне удавалось целых два дня избегать принцессу. Да и она издали делала вид, что не замечает меня. Что занята очень.
А может, давала мне время подумать, переосмыслить то, что между нами произошло. И что же произошло?
Ах да, мы переспали. Без признаний, помолвок, договорённостей. Спонтанно, как два хищника, вцепившиеся друг в друга.