Эксмур
Шрифт:
Мэлл выпустил дым в сторону.
— Не думал, что когда-то произнесу это, но я разделяю твое желание.
Эстель скривилась на мгновение, подтащила к краю стул.
Странно видеть ее такой. Обычно всегда надменная и бодрая, бойкая, в броской одежде и с ярким макияжем.
— Что у тебя? — поинтересовался, наблюдая за медленно плывущим дымом на фоне хмурого неба.
Эстель закинула ногу на ногу.
— Разочарование, — она вновь скривилась.
— М-м, в природе бытия?
— Почти.
Мэлл хмыкнул, затягиваясь в ожидании продолжения.
— Под лютой похотью все было круто, но после… это омерзения к вонючему мужику рядом… Фу, — подвижная мимика снова продемонстрировала весь спектр неприятных эмоций.
Усмешка Мэлла вышла совершенно беззлобной.
— Так, и что? Никакого больше секса?
Эстель покачала ногой. Взгляд блуждал по округе.
— Я решила подойти к вопросу трезво и попробовала без лютой похоти. Это еще хуже, Мэлл! Настолько отвратительно мне никогда не было. Что со мной не так?
Мэлл вздохнул, отчасти понимая ее. На какую-то долю.
— Из личного опыта скажу: без чувств трахаться не тянет.
— Почему ты не сказал мне этого раньше?
Дым причудливой формой поплыл по воздуху.
— На тот момент я находился в процессе познания этой истины.
Озадаченность Эстель отражалась во всем виде.
Разговор немного отвлек Мэлла, возвращая полный контроль над собой. Злость на Пола не пропала, но она стала управляемой.
— А что у тебя? Я тебе мудрыми фразами вряд ли помогу, но просто выговориться тоже неплохо.
Глянул на Эстель.
Про криспи ей известно, можно не подбирать слова. Но эти проблемы его самого волновали слабо.
Личное Мэлл никогда не обсуждал. Только с парнями, достаточно поверхностно.
Взгляд Эстель может помочь понять Джул. Девушкам легче разобраться в мотивах друг друга.
Они совершенно разные. Ничего общего. Но попытаться стоило.
— Отдал запись секса с девушкой, которая была под лютой похотью, ее подруге. Та бескорыстно поделилась видео с желающими, и оно всплыло здесь.
— Это о нем весь Эксмур гудит?
Мэлл кивнул.
Как точно сказано. Больше тем для обсуждения не осталось.
— Ну, так… проблема-то в чем? — Эстель уперлась локтями в колени. — То, что ты козел, всем давно известно, уж прости.
Усмехнулся, обнажая зубы.
— Проблема в том, Эстель, чтотогдадевушка не имела для меня значения.
— Не имела? — темные брови приподнялись. — А теперь имеет?
Кивнул без промедления, наблюдая за медленно плывущей по небу тучей.
Эстель тоже рассматривала небо, не торопясь что-либо говорить.
Слабый ветер подхватил прядь ее смольных волос, забавно
— Что сказать… — протянула Эстель задумчиво. — Ты в заднице. Прости, другого цензурного определения не найти.
Это ему известно. Не открытие.
— Мы часто ищем какие-то сложные пути, что-то придумываем. Ничерта не получается, расстраиваемся, а потом узнаем, что вот же! Под носом был самый простой вариант. Элементарный. Но просто ведь не интересно.
Мэлл слабо понимая, о чем речь, выжидающе смотрел на Эстель. Встретил ее твердый взгляд.
— Попроси прощения, если еще этого не сделал, — она встала со стула. — Я бы не простила, но, возможно, ненавидела чуть меньше. Это был ее первый раз?
Подтвердил, затягиваясь.
— Да, я бы выслушала извинения, а потом убила, — она неопределенно помотала головой. — Но попытаться можешь. Выбор у тебя, прямо скажем, слишком ограничен.
Эстель неторопливо вернулась в общежитие.
Ветер завыл, усиливаясь.
Либо начнется буря, либо дождь передумает и пройдет мимо.
***
Джул сидела напротив окна, бесконечно смотря в пространство. Черное, как вся ее действительность.
Обнимая колени, не шевелилась неизвестно сколько времени. Часы находились за спиной, оборачиваться не хотелось.
Пустота, похожая на ту, что чувствовала через проекцию, оглушала. Вводила в апатию. Лишала всякой положительной мысли.
Тягучая, она словно выбралась за пределы тела и постепенно заполняла собой все вокруг.
Мучительно тоскливо. Безнадежно.
Она уедет. Оставит за спиной эти ужасные ощущения. Болезненные воспоминания. Те, что прежде были приятными, а стали перерезающими нервы.
Заставила себя подняться выпить воды и съесть банан.
Не почувствовала вкуса ни того, ни другого.
Села на подоконник, ловя вспышки молний.
С каждым пронзающим небо разрядом в груди, глубоко, тоже гремел гром и били молнии. Больно.
Сознание улавливало редкие шаги в коридоре. Не дергалась, отчего-то уверенная, что никто сюда не зайдет. Не станет ее тревожить. И все же в дверь осторожно поскреблись.
Легкие сжались вместе с сердцем. Чей-то невидимый кулак сдавил и не отпускал.
"Мэлл?"
Она не хотела его видеть и…
Нет, просто не хотела.
Без всяких "и".
"Он бы не стал спрашивать разрешения".
Промелькнуло с грустью. Если Брэдфорд решит зайти — он это сделает.
— Я могу войти? — голос Мэри ослабил внутреннее натяжение.
— Да, — засомневалась, что за дверью слышен ее глухой голос, но подруга расслышала.