Эхо времен
Шрифт:
Гордон обвёл комнату взглядом. Тут было уютно, но он сразу обратил внимание на компьютер незнакомой системы.
— Йилайлский терминал? Можно включить?
Женщина кивнула.
Эш дотронулся до одной из кнопок, заметив, насколько сильно клавиатура отличается от земной. Загорелся дисплей, появилась лёгкая подсветка у некоторых клавиш.
На дисплее появились йилайлские символы. С трудом археолог различил отдельные слова и покачал головой. Он ничего не мог понять в этой системе, поэтому выключил компьютер и отошёл
Профессор сказала:
— Сначала ты мне расскажи, пожалуйста. Что ты слышал? Прошлой ночью, в смысле.
— Голоса. Свист, трели, песнопения, шорохи и звуки множества ударных инструментов, мне не знакомых. Слышал, как ты с кем-то разговаривала. Уловил всего несколько слов — что-то насчёт твоей болезни. Этот голос был самым чётким. А потом было только пение, оно звучало очень долго, а потом… потом то ли все закончилось, то ли у тебя в рации батарейка села. Я пытался вызвать тебя, но ничего не получилось. Тогда я вызвал на связь Ирину и сказал ей, что попробую во всем разобраться лично.
Мариам широко раскрыла глаза.
— Йилайлы не… — Она не договорила, помедлила, слегка нахмурилась. — Это не так. Они действительно доминирующий вид на планете, и все остальные приспосабливаются к ним, но они насаждают этот конформизм не исключительно ради того, чтобы править другими народами. То, что стоит за ти(фью)ки, — это реакция на другой, гораздо более важный…
Она вдруг умолкла, и взгляд её снова затуманился.
Гордон прикусил губу и мысленно призвал себя к терпению. Он сел рядом с эфиопкой и стал ждать. Прошло совсем немного времени — и женщина снова заморгала, фокусируя взгляд на нем.
Подождав несколько секунд, Эш спросил:
— Так, стало быть, за ти(фью)ки кроется что-то ещё?
Саба вдохнула, выдохнула, устало сдвинула брови и медленно проговорила:
— Гармония привносится йилайлами, но это попытка понять неосознаваемое. Почти… как бы это лучше сказать… невыразимое, наполненное духовным содержанием… Речь идёт о существах, наделённых не только духом, но и телом. Увы, больше я насчёт них ни в чем не уверена.
— Значит, здесь обитает ещё какой-то вид? — попробовал уточнить Гордон.
— Да. Но эти создания существуют вне времени.
— Это невозможно.
Мариам пожала плечами.
— Это правда. Я не знаю, как это может быть, но одно мне известно наверняка: они знали, что я окажусь здесь. Они приставили ко мне Жота, риллу и виригу. Снаружи, у входа, меня ожидало моё изображение. От каждого из моих наставников я узнавала разные вещи. Рилла заботилась о том, чтобы мне было хорошо и удобно. Наверное, это она запрограммировала все в моей комнате и включила компьютер. Виригу — это я поняла со временем — своего рода эмпаты. Они улавливают чужие эмоции и — до какой-то степени — образ мышления.
Гордон кивнул.
— Продолжай.
— Что касается Жота, то он, судя по всему, — главный
— Я готов поверить во что угодно, если ты представишь достаточно доказательств, — осторожно проговорил археолог.
Тонкие тёмные пальцы Сабы прикоснулись к его запястью.
— О, мой якорь, моя связь с реальностью! — Женщина беззвучно рассмеялась. — Вот что я могу сказать. Эти существа не находятся в постоянном общении с Домом знаний и с теми, кто в нем обитает, иначе жители башни испытывали бы на себе давление и лишились бы свободы воли.
— Но как же тогда ты узнаешь о существовании этих существ, как их воспринимаешь?
— В виде голосов, звучащих в моем сознании и через музыку, — ответила профессор.
— Лично я никаких голосов не слышал, — заметил археолог.
Мариам посмотрела на него в упор.
— А ты понял все, что слышал? Ты ощутил вкус и прикосновение музыки? Ты 000000? — Она просвистела йилайлский термин, которого Гордон прежде ни разу не слышал.
— Один из вневременных глаголов? — поинтересовался Эш.
Музыковед кивнула.
— Для понимания самых глубоких символов требуются все чувства, а как только научишься этому, можно — хотя бы отчасти — слышать их.
— И? — поторопил её Гордон.
— И приближается какое-то событие — очень важное. Мы должны сыграть в нем критическую роль.
Эш задумался об исчезновении русской экспедиции. Ему не нравилось то, о чем говорила Саба. Все намёки складывались во что-то жутковатое — вроде человеческих жертв. А Мариам, как ему виделось, слабая и беспомощная, находится в руках врагов.
Археолог с трудом удержался от тяжкого вздоха.
И тут зазвучал сигнал вызова. Он нажал клавишу ответа на своей рации.
— Эш на связи.
— Они вернулись, — послышался из динамика голос Ирины. — Все. Сбор в комнате Росса и Эвелин.
Эфиопка кивнула.
— Иди. Со мной все будет в порядке.
Гордон кивнул, наклонился и отстегнул от ремня её рацию. Женщина указала на рычажок перезарядки. Эш перевёл его в верхнее положение, зажглась красная лампочка.
«Заряд ещё остался, — с облегчением подумал Гордон. — Немного, но есть».
Он встал и растерянно посмотрел на Сабу.
— Со мной все будет хорошо.