Эх, закрутилось!
Шрифт:
– Я...
– ворчливо призналась Даша.
Девчонки устало улыбнулись. Меня же раздражало их умиротворение:
– Я не могу вот так сидеть и ждать...
– простонала я.
– Ладно, тогда вперед с автоматом наизготовку "туда-обратно" вдоль двери. Только сильно не топай, кошку разбудишь. Этого я тебе никогда не прощу!
– У меня сил нет, - ворчала я.
– В нем почти четыре килограмма, если я его уроню, меня погребет под его весом.
– Охотно понимаю, так что сядь, расслабься и радуйся жизни.
Ответить
– Девчонки, вы слышите?
– Я покачала головой, так как ничего кроме гула и треска не слышала.
– Не-а, а что?
– Там кто-то ходит!
– Где?
Мы замерли, прислушиваясь к малейшему шороху.
– Все-таки нас решили добить!
– сообщила я, поднимая оружие.
– Юлька, стой...
– нервно прошептала Люда.
– Около щитка возятся.
– Как ты все разбираешь?
– Я вообще ничего не слышала.
Через миг ставни отъехали, а на нас хлынула вода.
Даша, стоически принимая ледяной душ, развалилась в кресле, и едва слышно выдохнула:
– Наши...
Людочка устало ей улыбнулась.
– Бррр, где они были раньше?
Отъехала плита и буквально через миг в комнату ворвались два перепуганных здоровяка.
Похватав промокших жен, молча в них вцепились. Не преувеличу, если добавлю, что дрожащими руками.
Трагичному моменту немой слезливости, в самом лучшем смысле этого понятия, напряжению сцены "вцепления" друг в друга любимых супругов, позавидовало бы любое немое кино.
Мечтая, что меня кое-кто тоже так обнимет, и печально размышляя о несправедливости бытия, я решила пока не вынимать спящую Тучку для слезливых объятий. Ибо, на мне сухой нитки нет.
Так что я всего лишь вцепилась замершими пальцами в автомат, с надеждой вглядываясь в дверь и ожидая прибытия Сергея. А пока мне только и осталось, что развалиться в мокром кресле и наблюдать за суетой.
Очень хотелось спать, но переодевшись в сухой спортивный костюм, найденный Дашей где-то в запасниках, взяла Тучку на руки. Ей надо было погулять. Спустившись по мокрой сильно обгоревшей лестнице, я вышла на улицу, стараясь не оглядываться. Картина разрушений меня почти не трогала, сил на эмоции не было... Во дворе вокруг дома стояли машины, суетились незнакомые люди. Некоторые укрепляли лестницу, другие что-то выносили, но все они взволнованно говорили, вздыхали и печально оглядывали изуродованный дом.
Быстро миновав толпу, я удалилась к цветнику, чтобы выпустить Тучку и оглядеться.
И не подумаешь, что ночью был ветер и туман. Утро блистало мириадами ярко голубых оттенков. На стеблях зеленой травы покачивались капельки росы. Они сверкали в лучах восходящего солнца, и были похожи на маленькие бриллианты. За оградой в соснах безмятежно щебетали птицы, которым и дела нет, что наступила осень.
Я глубоко вздохнула и покачала головой, неужели все
Пока я выгуливала кошку, Тео вывел Дашу и Люду из дома. Люда несла мою сумку и домик Тучки. Даша еще какие-то пакеты. Пришлось срочно вытаскивать свое чудо из цветущих кустов и идти к ним.
Поцеловав жену напоследок, Тео усадил нас всех в машину к одному из охранников.
– Вас отвезут в загородный дом. Выспитесь и отдохнете. Поговорим позже.
Мы послушно кивнули. Сопротивляться или настаивать на своем - сил ни у кого не было.
– А что с Сергеем?
– тихо спросила я, прижимая Тучку к груди.
– Этим мы сейчас и займемся, не волнуйтесь.
– Напоследок он с беспокойством посмотрел на Дашу и закрыл дверь.
Я устроила голову на Людочкином плече и тут же уснула.
Глава тринадцатая
Сергей
Я изготовился подороже отдать жизнь, но гиена, остановившаяся рядом, обратилась в человека.
Индира! Теща Ника, хозяйка стаи гиен. Как она оказалась здесь?
– Кто послал тебя?
– тихо спросил я.
Гиена покачала головой, так и не поднявшись с земли, тихо произнесла:
– Лис, уводи преследователей дальше в лес, до предела. Там Тео с бойцами сжимают кольцо. И зря не подставляйся, никому твои геройства не нужны. Вожак шкуру снимет!
– Уведу...
– быстро кивнул я.
Разговаривать времени не было, преследователи наступали на пятки. Я обернулся лисом и, не дожидаясь Индиры, понесся в лес. Ветер свистел в ветвях, сбивая с толку. Опустившийся туман холодил нос. Все органы чувств работали в полную силу, но все равно я почти ничего не видел и не слышал.
До предела, так до предела. Так и собирался, но довольно быстро понял, что далеко увести не получится - едва слышные шаги дюжины ног оповестили о приближении преследователей. Укрытые туманной предрассветной мглой, наемники разбились на небольшие группки и кружили вокруг.
Это место мне совершенно незнакомо. Не представляя, в каком направлении искать Тео, ругал себя, что поторопился и не расспросил Индиру.
Я уже почти не ориентировался в обступившей тьме, так что залег в траве и затих, принюхиваясь. Ясно было только одно - запахи тех, кто был впереди - чужие.
Те, что шли позади, наконец, меня застигли, по спине пробежал озноб. Я замер, решая, убегать или драться.
Позади, глупо выдавая свое месторасположение, внезапно кто-то зарычал, - рык был слишком знакомый.
Валерка.
Знал бы раньше, с кем связался ненормальный родственничек, голову бы открутил, несмотря на все вопли Кати. Все предыдущие попытки до него достучатся, сталкивались с ее горячим протестом, умирали на корню. Но вразумить по-родственному - никогда не поздно. Хоть и с опозданием, но я до него доберусь, а Катя пусть обижается сколько угодно.