Его
Шрифт:
— На улице красиво, — заметила она.
— Да, — согласился я.
Её тёмно-коричневые реснички вспорхнули вверх, обрамляя тёмно-карие глаза. Я называл её котёнком, но эти глаза были глазами щеночка: невинные и жаждущие. Они заставляли меня делать ужасные вещи, чудесные вещи. Я грубо схватил её за неповреждённое плечо, грубее, чем это было необходимо.
— Идём обратно в подвал, — произнёс я, захлопывая дверь на угрожавших просочиться через мой водонепроницаемый отсек эмоциях.
Я не хотел её убивать. Я хотел больше. Гораздо
Гораздо больше, чем я сумел бы заслужить.
Глава 9.
Кэт.
Часы смешались. С тех пор, как меня похитили, прошло два дня. Два? Или три? Я чувствовала, как эффект от лекарства угасает. В моё тело вновь пробиралась тревога.
Мои пальцы дрожали в темноте, пока я прижималась к стене подвала. Лишённая возможности видеть, я почти могла вызвать в воображении образ пузырька с таблетками. Почувствовать скручивание жёсткого пластика крышки, раскапывание маленьких таблеток среди крошечных ватных шариков, которые бы меня успокоили.
Здесь же не было ничего успокаивающего, и я задышала медленнее, силясь удержать приступ паники. Столь же сильно, сколь большинство людей ненавидело темноту, меня не волновало, есть ли свет у меня в подвале. В детстве мне никогда не приходилось нуждаться в ночнике. Я любила строить крепости под кроватью и прятаться в них.
«Сохраняй спокойствие, Кэт. Вдохни. Выдохни. На самом деле темнота довольно умиротворяющая».
С громким скрипом дверь распахнулась, проливая свет. Я начала пятиться с застревающими в горле вдохами. Тревога, которую я так мучительно старалась подавить, наконец затопила организм, а сердце начало биться сильнее. Мои конечности горели желанием убежать, но бежать было некуда.
Его силуэт заполнил дверной проём, и, когда он шагнул ближе, я увидела, что мне принесли еду: хлеб, сыр и упаковку сухой салями.
— Добрый день, Кэт, — произнёс он.
— Сейчас день? — я не могла назвать разницу между рассветом и сумерками, пойманная в ловушку под домом, где не было ни одного окна, в которое можно было бы выглянуть.
— Близится вечер, — сказал он. — Как и твой день рождения на самом деле. Думаю, мы могли бы поторговаться.
— Мне нечего предложить, — проговорила я машинально.
— О, у тебя есть много чего, чем можно было бы поторговаться, — ответил он. — Послушание, например. Совершение тех действий, которые мне от тебя нужны.
— Зачем?
— Это сделает меня счастливым.
Я впилась в него взглядом. Если это не шутка, то он идиот.
— Ты действительно думаешь, что мне есть дело до того, счастлив ты или нет? — поинтересовалась я.
Он склонил голову.
— Странное ты существо, котёнок, — сказал он. — Давай попробуем ещё раз.
Он подошёл ближе и опустил еду на одеяло передо мной.
— Ещё нет, — огласил он. — Нет, пока я не скажу, что тебе можно поесть. Ты должна быть послушной, понимаешь?
Я задрожала, мои нервы не на шутку расшатались из-за невозможности принять свои лекарства. Ещё одна игра — вот чем это было для него.
Ну а я не собиралась играть в его игры. Больше нет.
— Могу я поесть? — спросила я решительно.
Он не причинит мне боль без каких-нибудь сопутствующих неприятностей.
— Нет, — ответил он.
Я прислонилась к стене, скрещивая руки на груди. Вдох, выдох.
«Ты можешь противостоять ему, Кэт».
— Бессмысленно тратить шаги на то, чтобы прийти сюда с едой и не покормить меня. Это что, твои упражнения на день?
— Дерзкая девчонка.
— Как насчёт того, чтобы подняться обратно на кухню и принести мне шоколадный торт, раз я не могу поесть это, а? Твои квадрицепсы будут тебе благодарны.
Он нахмурился и принялся собирать еду обратно себе в руки. Желудок заурчал, а тело прострелила боль. Я придвинулась и коснулась его руки. Он замер.
— Я сожалею, — произнесла я мягко. — Это всё из-за лекарств. У меня нет моих лекарств. И я нервничаю, — его мышцы напряглись под моими пальцами. — Пожалуйста, — произнесла я, и мой желудок вновь заворчал, но на этот раз громче.
— Попроси меня покормить тебя.
Что? Я моргнула. Что он делал? Запах салями вынудил мой живот основательно взбунтоваться, и мне всё же точно пришлось изменить своё первоначальное мнение о его игре. Если он хотел всего-навсего покормить меня… Странно, конечно, но не такую цену за еду я ожидала.
— Я… Покормишь меня? — спросила я.
— Да, — отозвался он и, скрестив ноги, сел передо мной на подвальный пол. — Что хочешь съесть сперва?
— С… Салями?
— С сыром?
— Эм, да.
Я наблюдала за тем, как его длинные пальцы оторвали кусочек сыра и завернули его в ломтик салями. Затем он наклонился вперёд и предложил его мне. Я открыла рот, и он вложил в него еду.
«Как питомцу, — подумала я. — Я была маленьким послушным питомцем. Вот чего он хотел».
Вкус чеддера и мяса лишь усилил мой голод, впрочем, я тут же быстро проглотила предложенное, вновь открывая рот для нового кусочка.
Медленно, укус за укусом, он скормил мне всю упаковку салями. В конце он вытащил бутылочку воды и поднёс к моим губам. Я глотала, проливая струйку воды по щеке и шее. Он остановился и вытер её пальцем.
— Всё хорошо, котёнок? — я кивнула. — Замечательно. Ты учишься. Это прекрасная сделка. Ты сделала кое-что для меня, а я сделал кое-что для тебя. Спасибо тебе за такое прекрасное повиновение. Сейчас ты ничего не хочешь?