Его принцесса
Шрифт:
– Да правильно.
Я знаю, что это будет невозможно, до того, как заветные слова покинут мой рот. Тэбби
– золотой билет моих родителей. У неё было так много предложений о браке, что мы уже
потеряли им счёт. Но мои родители все отвергли. Не очень богат, не высокий статус или не
достаточно могущественен. Тэбби двадцать четыре и она всё ещё не замужем. Это не
нормально. Я едва вошла в возраст, когда можно жениться. Я думала, что у меня больше
времени, и даже
Но для меня – и моих родителей – было шоком, когда меня выбрали. И тот, у кого
много власти и денег.
Я поворачиваюсь обратно к своему ноутбуку, заставляя себя взглянуть на будущего
мужа. Мало того, что Роман пугает, он держит всё и вся в железной хватке. Я листаю
фотографии и ни разу не вижу, чтобы он улыбался. Его лицо всегда суровое и отстранённое, даже на фотографиях, где он маленький с матерью и отцом.
Я не знаю, как долго я просматриваю фотографии, когда Тэбби останавливает меня.
– Кто это? – спрашивает она, и я подпрыгиваю. Я даже не слышала, как она подошла.
– Принцесса Кауль, – говорю я, глядя на подпись под картинкой. – Похоже, они на
свидании на каком–то балу. Она симпатичная, – бормочу я, чувствуя боль от зависти, что мой
муж – будущий муж, исправлюсь я – был с другой женщиной не дольше, чем месяц назад.
– Бее, – говорит моя сестра. – Кто знает, останется ли она такой же красивой, когда ты
смоешь всё это дерьмо с её лица.
Я хихикаю.
– Почему он не женился на ней?
– Может быть, он увидел её без макияжа и убежал в горы. Может быть, она
раздражающая. Может, она жует, раскрыв рот. Кто знает.
– Но он женится на мне, даже не увидев меня. А что, если я сделаю все эти вещи? Я
могу это сделать, – я поворачиваюсь в кресле. – Накрашусь, наполню рот едой так, что он
сможет увидеть, как я жую. И мы обе знаем, что мой смех ужасен.
– Он ужасен, – соглашается Тэбби, усмехаясь.
Дело не в том, что он звучит смешно, довольно–таки громкий. Очень громкий. Может
быть, немного заразный, потому что несколько раз я начинала смеяться, когда мы с Тэбби
смеясь над моим смехом, и не замолкала пять минут. Это заставляет головы моих родителей
болеть, что является дополнительным бонусом.
Глаза Тэбби загорелись от придуманной идеи.
– Он идет на обед.
Мои плечи опадают. Я не знаю, почему она в восторге от этого.
– Возможно, ты можешь одурачить себя. Заставь его понять, что ты не та, кого он
хочет!
Тэбби вскакивает, и я вижу, что этот план уже в действии.
Глава 2
Роман
– Ты в этом
Я вопросительно смотрю, чтобы увидеть главу моей королевской гвардии и лучшего
друга, Влада, который идёт ко мне.
– У тебя есть предложение получше? – спрашиваю я сквозь стиснутые зубы.
Мы обсудили это с ним тысячу раз, но это не делает это понятнее.
– Нет. Но я знаю тебя лучше всех. И я знаю, что ты беспокоишься.
– Посмотрим, как ты поступишь, когда выберешь невесту.
Я смотрю на него, а затем перехожу взгляд на стол и хватаю набор запонок.
– О, да ладно, Роман, мы оба знаем, что это никогда не произойдёт, – он подходит к
одному из кресел в моем офисе и садится в него. – Ты никогда не освободишь меня от моего
королевского долга.
Я смотрю на него и показываю ему средний палец.
– Ты освобождён. Убирайся.
– Мы оба знаем, что ты этого не хочешь, – смеется он, но затем наклоняется вперёд, становясь серьезным. – Ты мой брат. Возможно не по рождению или крови. Но мы были
вместе, с того мемонта, как были детьми. Если я и возьму жену, то это произойдёт, потому
что ты мне прикажешь. Это мой долг перед моим королем.
– И поэтому что король приказал быть полезным, – говорю я ему, протягивая ему
запонки, чтобы он помог мне их одеть.
– Разве у тебя нет слуг? – шутит он, зная, как сильно я ненавижу королевских слуг.
Когда я был моложе, меня это не беспокоило. Всегда были люди, которые готовы бвли
помочь. Но когда я стал старше, я понял, что это наша работа – заботиться о них так же, как и
они о нас. Когда мой отец скончался, и царствование пало на мои плечи, это превратилось в
обязанность. Теперь я предпочитаю уединение, даже если в каждом уголке кто–то есть.
– Просто сделай это и заткнись.
– Да, мой король, – смеется он и поправляет запонки. – Она очень красивая.
– Следи за своим языком, – рычу я, когда он закрепляет второй, и я отхожу. – Просто
пытаюсь поднять настроение.
– Когда это моё настроение было приподнятым? – спрашиваю я, когда я одеваю свой
пиджак и подхожу к зеркалу.
– Верное замечание.
На мгновение я позволяю себе подумать о моей невесте – о её длинных волнистых
светлых волосах и пухлых розовых губ. Её сливочная нежная кожа с оттенком розового
цвета, когда она краснеет. Те мягкие голубые глаза, которые цветом похожи на детские
одеяла, сделанных для наших сыновей.
– Думаешь о моих внуках? – слышу мягкий голос из–за спины и поворачиваюсь к
маме.
То, как она умеет читать мои мысли так ясно ужасает, но в тоже время удивляет.