Его одержимость

Грин Эмилия

Та неохотно улыбнулась.

Я моментально уловила исходящую от нее деструктивную ауру, догадываясь, что сработаться нам будет непросто.

– А рядом наш технарь и гуру движков – Мирон. Если что-то упало, сломалось или мигает не тем цветом – сразу к нему.

Парень в очках и с буйной кудрявой шевелюрой кивнул: не отрываясь от экрана, он поднял руку в знак приветствия.

Его стол был образцом порядка: два огромных монитора, графический планшет, мерцающая клавиатура и ни одной лишней бумажки. Только обложка раритетного

журнала «Плейбой» на перегородке. Оу.

– Если что-то упало – сразу поднимем, – гортанно хохотнул Мирон, нехотя переводя на меня взгляд. – Обращайся!

Далее Юлия представила еще нескольких улыбчивых сотрудниц, среди которых мне больше всего запомнились Катя – русоволосая девушка в безразмерном кардигане с цветочным принтом и Люся – хрупкая брюнетка с каре и большими добрыми глазами, подмигнувшая мне из-за своей кружки с тапалапкой.

– Приятно со всеми познакомиться! – искренне отозвалась я.

– Вера, твое рабочее место у окна. Осваивайся! Если будут какие-то вопросы – милости прошу! – расшаркивалась в любезностях Смирнова, пока я, пробормотав «очень приятно» направилась к указанному столу.

Когда «процедура знакомства» подошла к концу и начальница удалилась, а ребята перестали обращать на меня внимание, я еще раз осмотрела помещение, отметив, что здесь, в самом деле, очень уютно.

Около стены стояла доска со вдохновляющими стикерами и забавными фотографиями с корпоративов над которой висела полка с чаем, кофе и печеньями.

Отвлекшись на миг, я посмотрела в окно, заметив на парковке Завьялова.

Быстрым уверенным шагом он сократил расстояние до своего белоснежного внедорожника, прыгнул в тачку, и, спустя несколько мгновений, автомобиль агрессивно сорвался с места.

Ох…

*Пару дней спустя*

Первое сентября в нашем университете традиционно проходило по одному и тому же сценарию – сначала на импровизированной сцене перед главным корпусом выступал ректор, затем наступал звездный час старост и активистов.

После официальной части толпа рассыпалась по корпусам.

Первокурсники отправлялись на свои первые организационные собрания, а старшим курсам можно было эту формальность пропустить, чем мы с сестрой и не преминули воспользоваться.

Правда, скоро наши пути разошлись, потому что Люба укатила с Ильей, а я, отбрехавшись, что хочу прогуляться пешком, отправилась в гордом одиночестве, которое, к сожалению, довольно быстро оказалось омрачено появлением Жени Завьялова.

– Верунь? Вот так встреча! – выкрикнул он, быстро покидая салон авто, и буквально преграждая мне дорогу.

– Привет Жень… – подавила вздох я. – Как жизнь?

– Наконец, это сборище уродов закончилось, – Завьялов-младший показушно зевнул. – Я чуть не оборжался, пока слушал этого старпера.

– Ты про ректора? – уточнила я, вопросительно вскидывая бровь.

– Ну да! Он всегда так много пиздит? –

поинтересовался Завьялов, прищурившись, на что я даже не сразу нашлась, что ответить, несколько озадаченная этим «сшибающим с ног потоком интеллекта».

Как назло, именно в этот момент сгущающиеся с самого утра тучи разразились мерзопакостным дождем, и я пожалела, что отклонила предложение Любы и Ильи поехать с ними, прямо-таки предчувствуя, как будут развиваться события дальше.

И не ошиблась – спустя пару минут препирательств, во время которых дурацкий дождь лишь усилился, я все же оказалась на пассажирском сидении Женькиного авто.

Короче, влипла по полной…

– Охренеть, самая красивая девушка Москвы сегодня со мной! – хмыкнул Женя, развалившись на водительском месте, будто на троне: он невзначай скользнул по своему причинному месту ребром ладони.

Я с трудом удержалась от закатывания глаз, припоминая, как еще несколько недель назад Завьялов втирал всю ту же дичь Левицкой. Хорошо, что моя подруга не повелась на его бессмысленную мишуру.

– Я думала Полина – самая красивая девушка Москвы? – все-таки не удержалась от шпильки я.

Женька развязно хохотнул, скользнув по мне чересчур прямолинейным взглядом.

– Верунь, все мужики врут, поэтому выбирай того, кто врет в «Лексусе», – с грошовым пафосом припечатал он, врубая на полную свою «самцовость».

??????????????????????????

– Жень, не смеши.

– Ну, вы же, девчонки, любите плохих парней?

Так и хотелось объяснить ему, что есть плохие, как, например, его отец-мудак, а есть … хм… дерьмовые. И Завьялов-младший явно относился ко второй категории.

– Как там говорят – Дьявол носит «Прадо»? – тыкая пальцем в логотип люксового бренда у себя на груди и поигрывая бровями как какой-нибудь третьесортный гангстер. – Кроме шуток, я реально лучший кандидат на роль твоего парня.

– Даже не сомневаюсь, – хмыкнула я, стараясь не задохнуться от сплошного концентрированного пафоса, сгущающегося между нами.

– Как будто я, блять, специально лучше всех? – высокомерным смешком он отреагировал на свой же идиотский выпад.

Позерство парня вызывало во мне лишь снисходительную улыбку, которую я сейчас едва сдерживала, из-за чего окончательно попутавший берега Женя продолжал насиловать мою нервную систему.

– Присмотрел у нас на Рублевке неплохую забегаловку – предлагаю там похавать? – водитель лихо вывернул руль, подрезая чей-то скромный хэтчбек, и самодовольно хмыкну. – Стоять – бояться.

Встретив ледяным молчанием очередной его наглый взгляд, я отвернулась к окну.

– Верунь, так что? – не унимался мой «счастливый билет в сытую жизнь».

Если бы не мое воспитание, так бы и ответила – «я бы сразилась с тобой в интеллектуальной дуэли, но вижу, что ты без оружия».