Его одержимость
Шрифт:
Глава 15. Тайная комната. Анхелика
АНХЕЛИКА
С пола мне отлично видны небольшие аккуратные люстры под потолком. Они ярко светят в глаза и заставляют щуриться от слез.
Рейес меня выгнал. Не думала, что это будет настолько больно. В глаза словно стекол напихали, а в горле стоит ком — не вздохнуть.
Рейес, идиотина, решил, что я сама сбежала?
Хотя… почему бы и нет. У него меня не ждало ничего
Подачки из еды и одежды забавы ради. «Любовь», когда ему приспичит.
А если ему приспичит трахнуть богатую старуху, я должна понять и стерпеть.
Он же, мать его, мачо. Хозяин.
Я судорожно выдыхаю. Плечи трясутся, и подбородок дрожит.
Хватит разводить болото. Нельзя плакать, иначе макияж потечет, а я сама такой не нарисую. У меня даже косметики нет.
И нужно срочно убираться отсюда, пока Рейес не выскочил обратно и не увидел, как я морожу попу на полу.
Жалкая брошенная кукла.
Эта Фуэнтес права. Мужчины ценят гордых.
Рейес точно ценит только гордых, иначе даже не пытался бы меня развлекать, а просто запер бы в комнатушке и трахал, когда вздумается.
Пусть я родилась в нищей семье, я не дырка для слива спермы.
Моя прабабушка вообще родом из далекой северной страны. И в честь нее дома меня зовут Анхеликой. А ее звали Анжелик.
Я встаю с пола, оправляю платье и быстрым шагом отправляюсь в комнату для прислуги.
Там аккуратно, чтобы не задеть макияж, умываюсь.
Соблазн спрятаться около двери и подглядеть, с каким лицом Рейес выйдет от этой бабы, решительно пресекаю.
В комнате для прислуги пока никого нет. Но мне нужно время и полное одиночество, чтобы все обдумать.
Легче то, что теперь я в чужом доме. Здесь никто не знает о нас с Рейесом, кроме хозяйки, и мой позор никого не волнует. Никто не полезет ко мне под юбку проверять девственность.
Я — просто девушка из города, которую госпожа Фуэнтес решила взять на работу по своей прихоти.
Щеки горят. Рейес не опроверг рак, но об этом никаких сил думать нет.
Я не видела, с каким лицом он от меня отказался. Он прижимал меня так, чтобы я его вообще не видела. Но в его голосе звучала настоящая ярость.
А еще он сказал про мою семью. И это точно не было угрозой.
Никто не умирает дважды. Если бы Рейес хотел их убить, мог бы прямо в деревне… получается, он намекнул, что мои родные в безопасности, и я могу не бояться угроз Фуэнтес?
Хочется верить, что он имел в виду и Мерседес.
Я чувствую невольное облегчение. Как будто мне становится чуточку проще дышать.
Их безопасность значит одно: мне надо бежать отсюда.
На столике стоят графин с водой и стаканчики. Я выпиваю несколько разом.
Как
По крайней мере, у Рейеса так. И тут наверняка похоже.
Неожиданно включается рация, и я слышу голос Фуэнтес:
— Девочка, зайди ко мне.
Эта баба не хочет звать меня по имени. Ну и пусть.
Я прихожу к ней и понимаю, что она чем-то ужасно раздражена, но пытается это скрыть.
Как бы на меня не вызверилась.
— Что сказал тебе Рейес?
— Ничего, — я смотрю на ее туфли, — он был в бешенстве и выгнал меня. Велел проваливать.
— Хорошо… Видишь его? — Фуэнтес показывает мне фото того самого мужчины, который засек меня на дереве. — Это мой сын Рауль. Не попадайся ему на глаза, если не хочешь проблем.
— А если ваш сын прямо меня позовет?
Бандитка слегка морщится.
— Ты моя личная служанка и не обязана его слушать. Если он позовет — иди ко мне. Но пасти и следить за тобой я не буду.
Конечно, не будешь. Потому что тебе явно нравится Рейес. И ты бы с удовольствием воткнула бы иглы мне в глаза, но, наверное, он как-то это запретил… Даже несмотря на то, что сам меня выбросил.
Чтобы бегать от Рауля Фуэнтеса, мне нужно изучить все входы и выходы в здание.
— Я могу свободно ходить по дому, госпожа?
— Только там, где ходят слуги. Иди.
Вот и славно.
Я иду на кухню. Чем больше я буду среди людей, тем безопаснее. Заодно послушаю местные сплетни.
Сейчас я вижу одно: мне надо любой ценой выбраться из этой крепости. Или придется постоянно бегать от Рауля Фуэнтеса, пока госпожа Фуэнтес меня не выгонит.
А судя по тому, что я успела увидеть и услышать, Диего и Рауль не друзья.
Иначе Рейес не заявил бы о предательстве.
Иначе не было бы смысла меня красть — Рейес мог бы просто подарить меня другу.
Это дичь, но для них же люди — только вещи.
А значит, Рауль Фуэнтес очень вероятно захочет отыграться на мне. Наверняка он, как и матушка, считает меня зазнобой Рейеса…
И самое странное: эта женщина никак не удивилась имени Клары. Сначала от шока из-за рака я это не поняла, но сейчас вспоминаю наш разговор и уверена: она Клару знает.
Вот как бы узнать и мне?
О Кларе на кухне, конечно, не говорят. Зато там вовсю обсуждают Рейеса.
И я изумленно обнаруживаю, что совсем не так, как я привыкла слышать.
— Вы видели, как он сегодня одет?
— Ммм, офигеть шикарный… Жаль, я для него слишком стара, и меня он не позовет.