Его мечта

Носкова Екатерина

Квартиру заполняет звук музыкального канала, и я могу спокойно заняться домашними делами. Главное не допускать мысли о том, что я одна.

Позже, лежа в кровати, стараюсь не вслушиваться в давящую тишину. Прикрываю глаза и стараюсь абстрагироваться.

В памяти всплывает обладатель шикарного тела и его умопомрачительная улыбка.

Переворачиваюсь на бок и обнимаю подушку. Это дает старт фантазии… Какого это, обнимать такого шикарного мужчину? Вот так, лежать с ним в кровати? Обводить

пальчиками контуры его пресса?

Некстати, вспомнила слова Марка: «Он жестокий и опасный. Беги от него»

Шумно выдохнула и встала с кровати.

Я и не планировала ему навязываться или искать встречи. Ни к чему это. Сколько ему лет? Тридцать? Тридцать пять? Я прекрасно понимаю, что такому мужчине нужна сильная, храбрая, роковая красотка.

Прошла на кухню и налила стакан воды.

В голове все также всплывал его образ… А еще слова Лизы: «Я хочу жесткого и грубого секса!»

Руки затряслись, и стакан чуть не выпал из рук.

Мне надо отвлечься. Есть только один способ, который мне поможет выкинуть Гришу из головы.

В холодильнике нашла пачку слоеного теста и баночку клубничного варенья.

Вскоре вся рабочая поверхность была осыпана мукой. А противень постепенно заполняли треугольники будущей выпечки.

Пока слойки выпекались, я помыла стол, шкафчики, холодильник, микроволновку, чайник, пол… В общем, занесло меня.

И главное – ни думать, ни вспоминать.

Перед тем, как вернуться в кровать, поставила будильник на полчаса раньше – машину за меня никто не заправит. Чувствовала себя уставшей, что позволило быстро уснуть.

Четверг начался раньше будильника. Просто соседка, бабушка Тамара решила встать пораньше посмотреть новости. Мдаа, просыпаться под курсы валют, то еще удовольствие.

Зато я спокойно приняла душ, выпила кофе и без спешки оделась.

Слоек получилось многовато для меня одной. Поэтому оставила себе пять штучек, а остальное разложила в два пакетика.

Закрыла входную дверь и позвонила в соседнюю. Потом еще раз… И еще…

Вскоре послышались шаги, и дверь открыла моя соседка-будильник.

– Доброе утро, бабушка Тамара. Как здоровье? – спросила соседку. У нас с ней были теплые отношения. Когда училась в школе – ходила к ней заниматься. Тамара Вениаминовна, проработала учителем математики тридцать пять лет. Такое соседство стало для меня спасением. Благодаря ей, такой закоренелый гуманитарий, как я, получила аттестат с пятерками по алгебре и геометрии.

– Да, ничего, Софушка, – улыбнулась женщина. – А ты что в такую рань? Случилось чего?

– Нет, что вы. Я вам вкусняшек приготовила, – с этими словами протянула один из пакетов

с выпечкой.

– Ой, а чего это там? – она заглянула в пакет и улыбнулась. – С вареньем? Вот спасибо. Сегодня Колька оболтус придет, вот его и угощу.

Колька оболтус – ее ученик. Мальчишка, ходит к ней заниматься. Но или математика не его, или просто ленивый, но туго ему даются предметы… Причем все, кроме труда и ОБЖ.

А так как у нас типичный спальный район, об этом знали все. В том числе и продавщица из ближайшего продуктового магазина.

Попрощавшись с соседкой, побежала вниз по лестнице.

Был еще один человек, которого я хотела угостить.

Федор Матвеевич, был мужчиной не высоким и худощавым. Он один растил маленькую внучку. С женой он давно развелся. Где родители Киры неизвестно. Просто в какой-то момент, дочка привезла Матвеевичу девочку погостить, уехала, и больше не возвращалась.

Стоит уточнить, что дядя Федя работал дворником. Возраст хоть позволяет устроиться на более оплачиваемую работу, да только не спешат трудоустраивать калеку. Да, у Федора Матвеевича ампутирована левая нога. Не знаю, что произошло, но, сколько его помню – он всегда носил протез.

Когда я первый раз принесла ему угощения – думала он меня метелкой побьет. Пришлось спешно объяснять, что это не из жалости, а от уважения – что ни смотря на трудности, не сломался.

Вот и сегодня пакетик слоек перекочевал в руки мужчине и, пожелав друг другу хорошего дня – побежала на парковку.

Весь день прошел быстро и суматошно. По университету пришлось помотаться. Потом по работе загоняли, хотя последнее время больше работаю дома.

Устала, как собака, но зато почти не оставалось времени на фантазии о Грише… Почти.

Пятница встретила проливным дождем, которому я обрадовалась. Ведь это отличный шанс не пойти в клуб. С этими мыслями я и стояла перед одногруппницей:

– Ну Вик! Ну какой клуб? Дождь весь день льет, холодно, сыро.

– Так! Сонька! Ты мне зубы не заговаривай. Делай что хочешь, но чтобы в восемь была у клуба, – больше она ничего слушать не стала, развернулась и пошла в аудиторию.

Ладно, схожу на часок и сразу домой.

Вечером оказалось, что у меня есть проблема… Точнее проблемище… Типично женская. «Нечегонадеть» называется.

Перерыла весь шкаф, но так ничего подходящего и не нашла. Расстроено села на кровать. И почему я не смогла более настойчиво отказаться?

Посмотрела на бардак, который устроила в процессе раскопок и расстроилась еще больше.

Взгляд остановился на синем платье, когда-то подаренным Сеней. По задумке оно было длинным и свободным, но после стирки оно село и отправилось охранять самый дальний угол шкафа.