Его добыча
Шрифт:
Глаза, вопреки слабости и накатившему безразличию, широко распахнулись: взметнувшийся вверх взгляд встретился с сиреневыми глазами монстра. Спокойными и по-прежнему изучающими… Нет, пожалуй, даже хуже — заинтересованными!
Медленно, словно вслушиваясь в каждый нервный импульс, заставляющий мышцы его руки действовать, амиот оторвал ладонь от моего плеча и рваным движением вновь поднял ее к макушке. Чтобы через мгновение снова, цепляясь когтями и путаясь пальцами в моих волосах, скользнуть по прядкам вниз.
Кажется, я перестала дышать. Сделала вдох
— Да, — снова произнёс Седьмой, вероятно отвечая каким-то своим мыслям.
Я замерла, боясь шелохнуться и спровоцировать нечто худшее. Нет, уже не смерти я страшилась, осознав, что участь пищи, возможно, не самая скверная. Какие намерения у амиота?
— Греть. Обнимать. Успокоить.
Усиливая мой ужас, оставляя ощущение тисков, Седьмой так же неловко и болезненно обхватил меня за плечи. Как мягкую игрушку, легко перевернул в воздухе и прижал спиной к себе. А его ладонь… Она опустилась поверх моей груди.
— Не так, — подумав, недовольно высказался он, зародив у меня подозрение: монстр действует по какому-то своему плану. — Нет воды.
Не спрашивая и не поясняя, амиот приподнял меня и сдёрнул изрядно потрёпанную и надорванную по шву на рукаве куртку. Сделал это легко, не задумываясь о сохранности вещи, просто вспоров её когтем. Не щадил он и моего тела, вероятно не осознавая в полной мере своих сил и не соизмеряя их с моей уязвимостью.
Если бы передо мной не маячили куда более серьёзные проблемы, я бы переживала о синяках. Но когда Седьмой внезапно и быстро поволок меня к ближайшему душу, в голове из всех мыслей остались только те, что объясняли реакции на амиотку её соплеменников. Я сочла это как минимум интересом! Интересом мужчин к женщине.
А что, если это тоже черта этих чудовищ? Потребность к размножению? Не это ли навязчивая идея учёных со станции? Что ещё они заложили в свои «создания»? И почему именно я так привлекаю Седьмого? Среди пленных, помнится, есть ещё две женщины, захваченные на станции. Происходит ли сейчас с ними нечто подобное? И как амиот поведёт себя дальше?
В шоке от догадки, я перестала чувствовать боль, перестала понимать, где явь, а где дурной сон. Краем сознания отметила округлившиеся от потрясения глаза Игеря, напуганные до смерти глаза… Или это было отражение моего взгляда?
Привели в чувство холодные струи, бьющие по коже. Они словно невидимые иглы пронзали тело, но внимательный взгляд склонившегося ко мне лица заставил притупиться и это неприятное ощущение. Сквозь
Мысль о сопротивлении даже не возникла. У меня было мало шансов против рарка. Здесь же… Я обречена. Обречена так или иначе стать десертом для чудовища.
— Хорошо?
Эти вопросы! Кому он их задаёт? Мне? Или самому себе? И зачем? Если потребность… размножения так сильна, почему просто не возьмёт то, что хочет?
Стоя передо мной, удерживая одной рукой рядом, под струями воды он продолжал попытки пригладить мои волосы. Неловко цеплялся чуть подрагивающими пальцами за отяжелевшие от влаги пряди, тянул их вниз, вынуждая мой подбородок задираться. А лицо поднимать навстречу его взгляду.
Вода была прохладной, но меня трясло вовсе не от этого. Велика была буря в моём теле, спровоцированная страхом перед Седьмым. А он не обращал внимания ни на отлетавшие к нему капли, ни на промокшую одежду. Ему не мешали даже намокшие волосы, налипшие на лицо, отнюдь не делавшие его забавным. Веселье — последнее чувство из всех тех, что порождал в моей душе этот монстр.
Я не понимала амиота. Зачем он забавляется со мной? Почему именно так? К чему эти попытки приласкать и купание?
— Надо успокоить.
Очередная команда самому себе, и немедленный молниеносный рывок, выдернувший меня из-под душа. Всего пара секунд, стремительные движения, и окружающий мир снова превратился в серую пелену. Когда сознание прояснилось, я поняла — амиот усадил меня на пол. И подо мной не металлизированное покрытие рубки, а пластик в помещении одной из кают… Здесь имелась узкая выдвижная кровать, чуть в стороне, но Седьмой не стал её использовать. Возможно, не понимал назначения? В камерах, где их содержали на станции, никакая мебель не предусматривалась.
— Еда.
В губы, одновременно давя и царапая, ткнулось отверстие тюбика из стандартных пищевых боксов звездолётов. Давление ощущалось немилосердно — почти сразу сдавшись, я приоткрыла рот и скорее рефлекторно втянула в себя питательную гомогенизированную кашицу. Едва ли понимала, что делаю, не ощущала даже вкуса — просто действовала как сомнамбула. Страх полностью поработил сознание, даже сглатывала пищу я инстинктивно.
Причина находилась близко: присев рядом и поддерживая мою голову, амиот продолжал смотреть изучающе. Для него словно не существовало капающей с волос и одежды воды, всё внимание было сосредоточено на мне. В преддверии?.. Что он сделает дальше?
— Отдых.
Очередная цель стала ясна, едва тюбик с пищей опустел. Отбросив его в сторону, амиот толкнул меня двумя пальцами в лоб. Но даже это простое движение несло в себе столько силы!
Моё тело резко мотнулось назад, и я рухнула на спину прежде, чем осознала опасность. Инстинктивно приготовилась к вспышке боли, однако неминуемого столкновения затылка с полом не случилось. Уже в положении лёжа я поняла — монстр успел исправить собственный просчёт, подставив мне под голову ладонь.