Его банан
Шрифт:
— Твой брат сидел полуголый на всех мыслимых поверхностях моей квартиры, передвигал мои вещи и оставил зловоние, которое я не смог полностью выветрить. Но если ты хочешь убедиться, что он жив, прежде чем мы приступим к десерту, я могу это уважать.
Она наклонилась ко мне, прижалась лбом к моей груди и глубоко, прерывисто вздохнула.
— Ты серьезно?
— Да. Я не знаю, как твои родители воспитали его, но он абсолютно невоспитан. Это было неописуемо.
— Нет, ты большой идиот, — сказала она с легким смешком. — Ты действительно простишь меня после того, что я сделала?
— Я буду рад пользоваться
Она кивнула.
— С удовольствием.
***
Я сидел напротив Наташи в модном маленьком кафе в нескольких кварталах от больницы. Банановый сплит был между нами, и я копался в нем, как будто не ел неделями.
— Ты забыл, где взять ланч без своего верного стажера или как? — спросила она.
Я попытался немного замедлиться, посмеиваясь над собой.
— Ну, можно сказать, я немного отвлекся.
— На кого?
— Помнишь ту часть, где я сказал, что буду рад снова стать жестким?
— Да…
— Это значит, что здесь не тебе задавать вопросы. Репортер.
Она съежилась, как будто не была готова простить себя за все, что случилось, даже если я был готов.
— Брюс, я…
Я поднял ладонь.
— Не надо ничего объяснять. У меня квартира полная дерьма, которое ты сделала для меня своими руками. У меня есть недели доказательств, что ты готова сделать все, чтобы доказать, что ненавидишь то, как все обернулось. Можешь называть меня простофилей, но с меня хватит. Есть только одна вещь, которую я хочу.
Ее брови поползли вверх, когда мой взгляд задержался на ее губах. Интересно, что, по ее мнению, я хотел сказать? Ее. Поцелуй. Ночь с ней наедине. Еще один шанс. Я хотел всего этого, но пока не мог заставить себя сказать это.
— Банановый сплит, — сказал я. — Я хочу последний кусочек.
Я чуть не рассмеялся вслух, когда увидел, как она поникла.
— Что? — спросил я. — Ты надеялась, что я скажу что-то другое?
— Нет. Я тоже хотела последний кусочек, — она нагло врала, но и я тоже, так что я не стал заострять на этом внимание. Это была не та ложь, которая потрясает основы отношений. Это была та ложь, которая скрывает счастливые тайны.
Я собрал своей ложкой последний кусочек, а затем наклонился вперед так, чтобы дотянуться через стол к ее губам.
— Открой, стажер, — сказал я.
Она одарила меня озорной улыбкой и приоткрыла губы. Я не мог не вспомнить, как ее губы выглядели так же хорошо, когда они обхватили мой член, и мое сердце забилось быстрее при этом воспоминании. Что такого было в десерте, что меня так чертовски возбуждало?
— Знаешь, — сказала она, проглотив последний кусочек, — говорят, ты узнаешь, что парень тот самый, по тому, что он отдает тебе последний кусочек своей любимой еды.
— Правда?
— Так говорят. Но я говорю: этот парень действительно тот самый, кто нужен тебе, если ты готова неделями позориться только из-за малейшего шанса вернуть его. Выиграть его.
— Ты меня выигрываешь? Не заблуждайся на этот счет, Наташа. Ты здесь главный приз. Ты всегда им была. Вопрос только в том, не слишком ли высока цена за то, чтобы оставить тебя для
— То есть ты хочешь сказать, что я нужна тебе только по дешевке?
— Я хотел тебя, только когда думал, что ты не выставишь меня дураком. За последние несколько недель я понял, что хочу тебя в любом случае. Сделаешь ты из меня дурака или нет. Я просто хочу тебя.
— Это прозвучало опасно близко к тому, чтобы сказал милый, вдумчивый парень. Что ты сделал с холодным, расчетливым Брюсом, которого я знаю?
— Может быть, я говорю приятные вещи только для того, чтобы ты легла со мной в постель.
Я ощутил, как у меня перехватило дыхание после того, как я переварил собственные слова. Затем я почувствовал, как мое сердце забилось быстрее, когда медленная, соблазнительная улыбка появилась на ее губах. Вот тебе и счастливая тайна.
— Может быть, это сработает. Но ты заставил меня неделями ждать этого маленького свидания, думаю, меньшее, что ты можешь сделать, это хорошо провести со мной время, прежде чем затащить меня в постель.
— Это типа свидание? — спросил я.
— Это почти свидание.
— Напомни мне, когда это мы снова поменялись ролями? Только вчера ты ждала у моей квартиры, а теперь выдвигаешь требования?
Она поджала губы, подняла глаза и кивнула.
— Хм. Да. Правильно.
Глава 17
Наташа
Брюс отвез меня в заброшенный театр на окраине города. Снаружи он выглядел как огромная бетонная раковина. Мы прошли мимо парадных дверей, которые были закрыты цепями, и направились вокруг здания.
— Ты уверен, что нам сюда разрешено? — в пятый раз спросила я.
— Перестань волноваться, — сказал он.
— Это значит, что мы вламываемся, не так ли? Когда я просила о свидании, я думала о коньках или мороженом.
— Мы только что съели банановый сплит, а ты уже думаешь о мороженом? — рассмеялся он.
— Ты съел банановый сплит. Думаю, что последний кусочек, который ты мне дал, был единственным, который я съела.
Он остановился и повернулся, чтобы улыбнуться мне, и Бог свидетель, он был красив. Его волосы были аккуратно зачесаны назад, но твердые, мужественные линии подбородка и полные губы идеально подходили к серьезному и сосредоточенному лицу, которое он так часто демонстрировал. Он выглядел успешным в своей накрахмаленной белой рубашке и темно-синем галстуке. На нем были такие же синие брюки, которые восхитительно обтягивали его попку и бедра. Я все еще не могла поверить, что он интересуется мной, даже если я сделала все возможное, чтобы все испортить.
— Может быть, я хотел удостовериться, что ты все еще будешь хотеть мой банан.
Я криво улыбнулась.
— Если твоей целью было заставить меня укусить тебя там, то ты на правильном пути, потому что я ужасно голодна.
Он слегка вздрогнул.
— Замечание принято. Мы можем включить немного мороженого в наше свидание, как только закончим с жутким заброшенным театром.
— Точно. Насчет этого… — сказала я. — Не мог бы ты посветить меня в твои гениальные идеи? Это просто еще один способ наказать меня, или я что-то упускаю?