Египтянка (сборник)
Шрифт:
Дашино лицо выглядело таким одухотворенным, что, вернувшись, Катя рассмеялась.
– Дашка, ау! Ты где?
– А?.. – Даша встрепенулась и покраснела, словно сестра могла проникнуть в ее мысли.
– Строители сказали, что через час свет починят.
– Слава богу, – Даша встала, решив заняться чем-нибудь общественно полезным, чтоб потом с чистой совестью вернуться к компьютеру, – пошли за огурцами, – предложила она.
– Лучше пожрать сготовь. Там фарш мамка вчера принесла.
Даша не любила готовить, поэтому трагически
…Так, и какой же ты, Денис?.. Наверное, умный, раз так красиво общаешься. Яхты у тебя, конечно, нет. С другой стороны, а зачем она? Плавать в нашей речке?.. А вдруг у него вообще ничего нет – ведь люди, у которых много денег, занимаются бизнесом, а не торчит сутками в Интернете – это только я могу… А вдруг он наследник чего-нибудь, и ему просто не надо работать? Как говорит мамка, «прожигатель жизни». В этом я б ему здорово помогла!..
Руки окоченели, смешивая яйцо и лук с замерзшим фаршем. Даша сунула их под теплую воду, с жалостью глядя на покрасневшие пальчики с не накрашенными ногтями. Нет, на жизнь ей, конечно, жаловаться грех, но мамка ведь сама учит, что в человеке должно быть стремление к лучшему…
Через открытую форточку Даша услышала, как подъехала и остановилась машина, а выглянув в окно, увидела и ее саму – ярко красную, двухдверную, воплощавшую одновременно красоту и мощь. Полноватая мамка с трудом вылезла из нее, а с водительской стороны появился мужчина. Он улыбался, и мамка улыбалась! Это было так непривычно, потому что после «смотрин», обычно мать недовольно хлопала дверцей, а привезший ее автомобиль резко разворачивался, плюнув в несговорчивую клиентку сизым дымом.
Даша с интересом наблюдала, как мать приветливо беседует с незнакомцем; потом тот попытался поцеловать ей руку и вернуться к машине, но мать удержала его, и вместе они направились к дому.
– Кать! – Даша распахнула дверь, выходившую в сад, – иди скорей сюда!
– Что? – встревоженная Катя вбежала на кухню, но, не заметив ничего страшного, тоже подошла к окну.
– Глянь, какой у мамки кавалер, – Даша засмеялась, – он сейчас тут ей руку целовать пытался… Уписаешься, блин!..
– А что? Мамка еще очень ничего, – Катя тоже засмеялась.
На крыльце послышался звук шагов.
– Блин, идут! – Даша инстинктивно поправила волосы, – могла б и предупредить…
– Девочки! – раздалось из коридора, – идите сюда! У меня для вас новости!
Даша хорошо научилась различать интонации, и когда мать бывала рассерженной или раздраженной, еще по деткой привычке, старалась пристроиться за Катиной спиной. Сейчас голос был довольным, и она поспешила выскочить первой.
– Это мои дочки, – сказала мать, в то время, как гость безразлично оглядывал тесный коридорчик, – видите, Михаил Михайлович, совсем взрослые девочки.
– Это уже не девочки, а девушки, – усмехнулся гость.
– Так что, Михаил Михайлович, я ничего не придумала, когда говорила про метраж.
– Тамара Васильевна, – нетерпеливо перебил гость, – мы ведь все решили. И вас вариант устраивает, и меня, – он посмотрел на часы, – вы извините, у меня дела. Завтра я заеду, а вы пока подготовьте документы для сделки, – он мельком взглянул на сестер и не прощаясь, вышел.
– Мам, для какой сделки? – спросила Катя, пока Даша еще осмысливала информацию.
– Девчонки!.. – мать всплеснула руками, – мы переезжаем! Все-таки я сломала их!.. Знаете, кто это был? Сам генеральный директор застройщика!..
– Куда переезжаем?.. – оттого, что все произошло так быстро и неожиданно, Даша совсем растерялась, – я не хочу никуда переезжать.
– Дурочка, – мать обняла своих девочек, – да вы влюбитесь в эту квартиру! Сто тридцать метров, второй этаж, три комнаты плюс огромный холл, пластиковые окна!.. А кухня!.. И, что немаловажно – уже сделан евроремонт!.. Остается мебель купить.
– А нам есть на что ее покупать? – поинтересовалась Катя, – это ж сколько мебели!..
– Будет. Мать ведь у вас не самая глупая женщина. Я такую цену поставила за участок, что, кроме квартиры, нам еще и хорошие деньги доплатят. Деваться-то им некуда – сроки по строительству поджимают.
Услышав про три комнаты, Даша сразу успокоилась, ведь это означало, что теперь им с Катькой не придется спать в одной спальне, и никто не станет будить ее по утрам, собираясь на занятия. За одно это стоит отдать, и садик с заповедными уголками, и свободу, при которой можно врубать музыку хоть в три часа ночи (все равно мать не разрешала этого делать).
– Место отличное, – продолжала мать, – дом во втором ряду, так что никакого шума… короче, сами увидите. Но учтите, красавицы, чтоб переехать, у нас неделя. Так что все дела по боку, и давайте заниматься сборами.
– Котлеты не надо жарить? – пошутила Даша, но мать не вникла в шутку.
– Даш, ты что, расстроилась? – она крепко прижала к себе младшую дочь, – тут же сарай. Чего о нем жалеть? А потом, знаешь, сколько денег съедает частный дом? Я, вот, все оттягивала, а ведь давно пора, и крышу перекрывать, и трубы менять – сама ж каждый день тазик в ванной выливаешь. Это кажется – ах, садик-огородик, а, если все по уму…
– Мам, я не расстраиваюсь, – Даша улыбнулась, – я ж только про котлеты.
– Жарь! – скомандовала мать, – Кать, а мы с тобой пошли в сарай, посмотрим – там где-то должны быть мешки. Куда-то ж надо барахло упаковывать.
– А, может, потихоньку в чемоданах перевезем? – неуверенно предложила Катя, – я Максу скажу – он поможет.
– Макс-то поможет, не сомневаюсь. Только зачем, если Михаил Михайлович дает «Газель»? Вообще, он хороший мужик. Я до этого с замом его общалась – ну, такой жучара!.. Почти, как я, – мать засмеялась, – так что, девчонки, задача – все упаковать и увезти за раз. Пойдем, Кать.