Егерь
Шрифт:
Only you can make the darkness bright[2] ?
Мои танцевальные партнёры на сегодня те ещё страхолюдины, да и в ритме ни черта не смыслят, зато их столько, что можно зажигать до утра. Краем глаза фиксирую, как пара мелких мчит к индианке.
Резкий пируэт, уводящий меня от атаки когтями, и синхронные выстрелы из револьверов разносят им головы в клочья. Девушку пятнает кровь, и под нахмуренными бровями сверкают мечущие молнии глаза. С криком она опускает
Отражать атаки с четырёх сторон становится несколько затруднительно, поэтому я сжигаю очередной Спурт. Полученную передышку использую, чтобы перезарядить оружия, опустошить их, снова перезарядить и снова опустошить.
Реальность взрывается грохотом пальбы, свистом пуль и облаком пороховых газов. Врагов буквально выкашивает, разом срезая всех, кто внутри.
Ствол Анаконды потихоньку накаляется, краснея, а вот Каратель ещё даже не близок. От него и дырки в телах коротышек остаются такие, что кулак девчонки можно точно просунуть.
Последнюю секунду ускорения трачу на то, чтобы рывком оказаться рядом с музыкальным автомат и вдарить по нему, как следует. Аппарат сотрясается, шипит, и переключается.
? The warden threw a party in the county jail
The prison band was there and they began to wail[3] ?
Голос Короля Рок-н-Ролла разгоняет застоявшееся болото. Во мне бьёт ключом кипящая энергия, а вот уродцам, похоже, по барабану. Грёбаные мещане!
Мои движения становятся шустрее... и злее. Пинок по ублюдку, что оказалась слишком близко. Зубастая харя сминается с влажным хрустом.
Дрэксели ползут по стенам изнутри и снаружи. Мелкие лапки пробивают потолок, добавляя хаоса в царящее веселье. Полдюжины оказываются слишком близко друг к другу, и я закидываю револьверы в кобуру, а сам выдёргиваю из кольца помповый дробовик Говнюка. Вепрь не подойдёт — он снаряжен бронебойными.
Усиленный выстрел.
Фиксирую миллисекундный синий шлейф, и картечь разрывает всю толпу на запчасти. Горячая кровь окрашивает стену забегаловки кляксами.
Усиленный выстрел.
Целый сектор срезает под корень.
— Дай мне оружие! — орёт Накомис, вгоняя нож в морду врага.
— А спину тебе сгущёнкой не намазать? — безмятежно отвечаю я, вновь доставая револьверы.
Ствол Карателя влетает в щёлкающую пасть карлика. Рокочущий звук, и пуля выносит всю заднюю стенку черепа, а за ней и бегущего позади коротышку. К моей филейной части примеривается очередной дрэксель. Я вполне контролирую обстановку и готовлюсь отшагнуть, избегая атаки, но мелкая падаль валится с кухонным ножом в спине.
Накомис, отвлёкшись на помощь мне, пропускает прыжок противника.
— Ладно, заслужила, — хмыкаю я и швыряю ей Глок вместе с двумя магазинами.
? Let’s rock
Everybody, let’s rock ?
Сноровисто поймав пистолет, индианка снимает несколько целей. Она стреляет и... улыбается. Такая же чокнутая, как я.
Не знаю, сколько времени мы проводим в водовороте багровой резни. Под конец воздуха в зале реально не хватает, настолько всё забито пороховыми газами и смрадом дрэкселей.
Отбрасываю резким пинком очередного монстра и досылаю пулю ему вслед. Ускоренный выстрелом ублюдок влетает спиной вперёд в музыкальный автомат, и тот, наконец, сдаётся под таким негуманным отношением. Передняя стенка вминается, искрит и гаснет.
Элвис покидает здание.
Вожу револьверами по сторонам, ища очередную цель и не нахожу. Похоже, всё. Наконец.
Сбоку часто и с шумом дышит полицейская. В её руках еле заметно дрожит глок. Вид у неё дикий, зрачки расширены, одежда в крови, а уголки губ кривятся в усмешке.
Я чувствую себя превосходно, но изображаю усталость. Чуть пошатываюсь, тяжело дышу и медленно, вразвалочку, бреду к ближайшей груде тел. Там неповоротливо наклоняюсь и начинаю собирать аркану. Весь такой из себя уязвимый и беззащитный. Давай, стреляй. А сам отслеживаю самым краем глаза её движения, готовый активировать Спурт при малейшем намёке на угрозу. Заглотнёт ли наживку?
Накомис неспешно поднимает пистолет и... кидает его сбоку от меня.
— Кто ты нахрен такой? — устало выдыхает она. — И где научился так стрелять?
— Егерь. Отвечая же на твой второй вопрос, по семейному поверью, когда меня рожали, акушеркой был Клинт Иствуд.
Полицейская фыркает и опирается о стену.
— Извини, Егерь, — медленно произносит она. — Что стреляла в тебя. Правда думала, что ты из ватаги тех мразей. И спасибо, что помог. Откуда только эти уродцы набежали? Я обходила окружающие места, их тут не было...
— Кто такой Акандо? — перебиваю её я.
Плечи индианки ощутимо напрягаются, разве что искры не мелькают.
— Мой напарник. Был, — добавляет она.
Я легонько подёргиваю рукой, мол, продолжай.
— Вчера эти гады атаковали центр правосудия в Пайн-Ридж. Это комплекс зданий, где находится суд, полицейский участок и следственный изолятор. Там собралось много выживших. А Карлос и его ребята вломились туда, пока мы отбивали нападение очередных сраных монстров. Выпустили всех заключённых из изолятора. В нём и дежурил тогда Акандо. Они вырвали ему глотку, — скрипит зубами Накомис.