Ефрейтор Икс
Шрифт:
– Димыч, я тебе главного не сказал; они взяли Валерию заложницей, а я уже получил аванс на дорожные расходы…
– Какую еще Валерию?!.
– Ну-у… Ты не знаешь… – Павел смущенно потупился. – Короче, если я обращусь в милицию, они ее убьют. Понимаешь, она совсем посторонний человек, я ее и видел-то всего пару раз, а они решили, будто она для меня самый дорогой человек…
– Н-нда-а… Хуже нет, когда совсем постороннего человека подставишь… И большой аванс тебе выдали?
– Пять тысяч баксов. А если координаты месторождения принесу, еще девяносто пять тысяч
– Во, сквалыги! Командировочные расходы из зарплаты вычитают… Ты что, и правда, думаешь, что они тебе сто тонн отвалят?
– Да ничего я не думаю! Была возможность убедиться, что они за червонец удавят, и посчитают, что так и быть должно…
– Так чего ж кишки рвать?..
– Дак ведь – Валерия…
– Ну, это понятно… Ага… Значит, ты пока по тайге будешь шляться, я тут должен буду разыскать Валерию и освободить?
– Какой ты, Димыч, понятливый…
– А почему ты думаешь, что тебя из тайги выпустят?
– Да не думаю я, что меня выпустят из тайги! Потому мне и нужен карабин. Прихвачу с собой карабин, штук двести патронов и устрою им партизанскую войну средней жестокости и кровавости…
– Ну, ты, Паша, от избытка скромности не умрешь… Не маленькую партизанскую войну – а средней жестокости…
– Димыч, я столько боевиков перечитал, и в каждом герой-супермен заявляет, что устраивает маленькую войну, а сам начинает класть трупы штабелями. Помнишь, во времена нашей молодости, была партизанская война в Бейруте?
– Ну, помню…
– Весь Бейрут в развалинах лежит, а в результате боев, погибших – три-четыре человека… А в наших средствах массовой информации эта война иначе, чем жестокой, кровавой и не называлась. Так что, как можно назвать войну, если в моих подсумках будет лежать сотня трупов?
– Ну, а как будет выглядеть твой благополучный выход из тайги? Я полагаю, авторитет не такой дурак, чтобы не послать с тобой пяток своих бойцов…
– Он и посылал. Только я настоял на том, что один пойду, и на месторождении поставлю радиомаяк.
– Вот оно что! Он же будет наготове держать вертолет в часе лету от предполагаемого месторождения… Ты просто отойти подальше не сумеешь…
– А замполит на что?..
– Какой замполит?
– Ну, атаман второй банды…
– Ну, и что, замполит?..
– Он ведь тоже предложил переговоры… А поначалу, как стремился убить! И топили-то меня, и киллера подсылали… Значит, у него тоже что-то не срослось. Вот и столкну их лбами на месторождении. Пока они там друг друга убивать будут, я далеко сумею уйти.
– Ты, часом, не внучек Александра Филипповича Македонского?.. – с благоговением в голосе, осведомился Димыч.
– Видишь ли, Димыч, – проникновенно заговорил Павел, – у Македонского отчество Филиппович было по первому отцу…
Димыч ошеломленно вытаращил глаза, спросил:
– Как это так? Разве может быть два отца?!.
– У такого человека, как Македонский – вполне может быть и больше отцов. Он ведь, когда начал царства и империи завоевывать, принялся брать в жены царских дочерей… Чуешь, как скромненько и со вкусом – для дам, он стал Аполлоновичем. Александр
– Что, точно, что ли?!. – ошарашено прошептал Димыч.
– Ага… Я недавно вычитал, что Македонский, когда разгромил Персию, объявил себя сыном Аполлона.
– Да-а… Все диктаторы и гениальные полководцы на одну колодку кроены… – философским тоном изрек Димыч. – Надо же, Аполлонович, а помер от дизентерии… Вот и ты, Пашка, сам себя перемудришь; хлопнут тебя не за понюх табаку…
– Ну, что ты предлагаешь?! – раздраженно вскричал Павел.
– Что тут предлагать?.. – протянул Димыч. – Выбор невелик… Как ты полагаешь, сколько тебе понадобится времени на марш-броски по тайге?
– Ну, если летают самолеты местных линий, то за полтора месяца вполне управлюсь…
– Летают самолеты местных линий… Особенно, если у тебя имеются баксы. "Аннушку" и ради тебя одного сгоняют… Что ж, полтора месяца – это выше крыши. За такое время и иголку в стоге сена можно будет найти, не то, что красивую женщину… – он поднял телефонную трубку, немного подумал, быстро накрутил номер, на другом конце почти сразу откликнулись, Димыч проговорил в трубку: – Витек! Здорово. Астахов тебя беспокоит… Да нет, какие там дела… У моих клиентов обычно стволы на твоем отделе не числятся. Тут такое дело… К тебе подойдет некто Павел Лоскутов, так ты ему выпиши разрешение на карабин. Очень нужно! И без всяких там проволочек! Он послезавтра с этим карабином уже должен брести по тайге в тысяче километров отсюда. Усек?.. – подержав еще трубку возле уха с минуту, Димыч коротко бросил: – Бывай, – и положил трубку, поглядел на Павла: – Давай, беги в разрешительный отдел, Витек тебе уже выписывает разрешение. Ты хоть присмотрел ствол-то?
– А как же! Отличный карабин системы Симонова в комиссионном отделе охотничьего магазина… Стоит, меня ждет…
Все оформление заняло не более часа. Тем более что у Павла было разрешение на гладкоствольное оружие. В магазине он предъявил бумажку на карабин, расплатился, купил шесть пачек патронов, и задумчиво созерцал стеллажи со спальными мешками и палатками, когда продавщица, с любопытством разглядывавшая его, спросила:
– Вы это что, на тигров что ли собрались?..
– Какие тигры?.. – Павел с безнадежным видом махнул рукой. – Нет больше тигров, одни козлы остались… Зато козлов много. У вас во-он тот спальный мешок, чем набит?
– Разве по цене не видите? Это чистый гагачий пух…
– Вот и отлично. Заверните…
Павел купил еще отличный камуфляжный охотничий костюм, и, упаковав все это в один тюк, отправился получать разрешение на нарезное оружие. Успел вовремя. Увидев его, капитан сказал с прищуром:
– И какие такие дела вы с Димычем крутите?..
– А Димыч разве не говорил? – деланно удивился Павел. – Прииск частный мы решили организовать…
– А что, хорошее дело… Я вот на пенсию выйду, тоже в старатели пойду… – капитан протянул Павлу разрешение на карабин. – Удачи вам…