Эффект загадки
Шрифт:
Чикк Кштфорс оборачивается и внимательно смотрит на свою ассистентку.
– Вы не имеете собственного мнения на этот счет?
– Нет.
– Вы лжете. У нормального человека не может не быть чувства самооценки.
– Во многих случаях мнение о собственных качествах составить очень трудно. Нужно поместить себя в ситуацию, когда эти качества должны проявиться.
– Вы поместили себя в мою лабораторию и я сказал, что у вас ничего не получается. Ответьте, какое ваше свойство я оценил?
– М-м-м… Способности заниматься наукой.
Кштфорс
– Знаете, когда-то здесь жил паук. Поток воздуха портил его паутину. Потерпев неудачу несколько раз, он перебрался вот сюда, за фильтр, где скорость ветра меньше. Паутина оставалась целой. Но насекомых в лаборатории нет. Паук стал голодать. Потом исчез. А потом я увидел, что он натянул паутину за оконной рамой и поймал нескольких мух. Скажите, этот паук способен заниматься наукой?
– Не знаю, - после паузы отвечает Церсса.
– А ведь он экспериментировал, верно? Он искал нужное место. Он не лег и не умер с голоду. И не изменил свою сущность, превратившись в кого-то другого. Наша наука, Церсса, никак не отличается от науки паука. Мы ищем место, где можно ловить мух и где никто не тронет нашу паутину. А от самого паука мы отличаемся лишь тем, что пошли на это добровольно… У нас есть какие-то желания.
Обернувшись, доктор Чикк видит, что Церсса плачет, закрыв лицо ладонями. Он делает какое-то движение и нам кажется, что он хотел подойти к Лекке, но внезапно передумал.
– И вы, расстроенная студентка, находитесь в постоянном поиске людей, которые скажут вам, что вы не способны на что-то конкретное. Вам стыдно признать это самостоятельно! И вы верите любому человеку, который кажется вам авторитетным. Перестаньте реветь, я вам приказываю!
Но ассистентка не подчиняется приказу. Махнув рукой и отвернувшись к окну, доктор Чикк продолжает:
– И когда вы, наконец, научитесь грамотно оценивать свои силы и способности, вы получите право иметь собственное мнение. И право спорить! Что-то доказывать! О, это будет прекрасно… Вас будут уважать и ненавидеть! А вот любить… Церсса, любить вас будут те самые люди, которых и нужно признать настоящими авторитетами! Вы понимаете, о чем я?
Лекка молча кивает и поднимает покрасневшие глаза, чтобы встретиться с насмешливым взглядом своего патрона.
– Идеалы против идолов, Церсса… И если вы называете меня авторитетом, скажите мне, что вы сейчас чувствуете? Времени на раздумья не даю. Слушаю.
– Какую-то опустошенность… Наверное, усталость… И еще у меня чувство, что я хочу продолжить работу в лаборатории. И доказать себе, что я что-то могу.
Кштфорс гасит окурок и бросает его в мусорную корзину.
– Это желание отличает вас от большинства моих бывших ассистентов. У них его не было. И я вышвыривал их вон, хотя многие из них были неглупы. Мне не нужны их знания, если они применяются без желания. Это приведет к фатальным ошибкам.
Доктор Чикк уходит и скрывается за стеллаж. Церсса закрывает аптечку
– Уберите битое стекло и можете быть свободны, Лекка. Работа на сегодня закончена.
– На сегодня? – удивленно спрашивает ассистентка, - Я решила, что моя работа закончена навсегда…
– Я поговорю с Пойнтлефтером, чтобы вас оставили здесь.
– С Пойнтлефтером?
В голосе ученого вновь появляется раздражение.
– Церсса, вы задаете глупые вопросы! Да, с Греком Пойнтлефтером! Вам не знаком этот преподаватель?
– Ах да… Значит, слухи насчет… Это правда?
– Правда. На следующей неделе я покидаю Институт, а моя лаборатория будет передана Пойнтлефтеру. Это хороший специалист, и я надеюсь, что под его руководством вы достигнете некоторого успеха.
Церсса замирает и с некоторым страхом спрашивает:
– А вы? Переходите в другой институт?
– Почему, черт возьми, это вас интересует? Лучше подумайте о том, чтобы к выходным закончить расчеты по моему заданию!
Но последние слова доктора заглушает шумная возня и писк, исходящие из дальнего угла. Лекка вздрагивает.
– Что там такое? Кто это?
– Проснулись… - негромко говорит Кштфорс, - Пойдите и посмотрите сами! Вон тот ящик, закрытый тканью.
Церсса поднимает ткань и мы видим ящик из прозрачного материала, разделенный перегородками. В каждой из восьми его ячеек сидят крупные серые животные, напоминающие крыс. Взъерошенные звери яростно пищат, скалят зубы и бросаются на прозрачные стенки, стремясь достать соседа. Заметив человека, все разом издают еще более громкий писк и подскакивают, словно хотят выбраться из ящика. Церсса испуганно вскрикивает и делает шаг назад.
– Не пугайтесь, стенки клетки очень прочные, - спокойно говорит доктор Чикк.
– Что это за существа? Крысы?
– Это их дальние родственники с Кордвайдена. Они живут внутри стеблей растений. Биология их такова, что если внутри стебля поселятся две крысы, растение это поймет и выделит вещество, убивающее обеих. Одну крысу внутри себя растение не замечает. Стремясь выжить, эти животные стали очень агрессивны к себе подобным, да и ко всем остальным. Некоторое примирение наступает только в период размножения вне их жилищ и то на несколько минут по нашему времени. Их привезли сегодня. Они понадобятся мне для нового проекта.
– А почему бы не рассадить их по отдельным клеткам, чтобы они не чувствовали присутствия друг друга?
Голос доктора приобретает металлические нотки.
– Нет. Они нужны мне в том виде, в каком они сейчас. Стенки ящика можно сделать непрозрачными, а импульсы тока от этого генератора вводят их в состояние, похожее на анабиоз. Кстати, до конца нашей работы кормление этих животных – ваша обязанность. Вот коробка с кормом и перчатки.
– Доктор Чикк, я…
– Вы сможете. Управление прозрачностью стенок – вот этим регулятором. Сейчас я покажу вам, как давать им корм…