Эффект Орков

Воронов Артаслав Александрович

– Цель?

– А ты следующую картину смотри.

Следующая веха оркской истории обрисовывала орков в непрерывном движении. Они уходили из мест уничтоженных войной в новые земли, ища для себя лучшей доли. Но путь им преградил огромный пролив, разделяющий два континента. И орки поплыли на тот берег нетронутый войной. На плотах и небольших лодках они плыли по проливу, воды которого кишели чудовищами. Фрески одна за другой рассказывали о том, как в отчаянной борьбе орки гибли сотнями, но при поддержке шаманов били чудовищ и вели плоты с детьми к заветной Цели. А после переправы сложили огромный костёр на заветном берегу в честь павших. Воды пролива

в дальнейшем были обрисованы красным.

– А вот этого в официальных источниках нет. Могу судить по фрескам, что поход дался орком дорогой ценой.

Вспоминающий тяжёлое прошлое своего вида Эрекшан провозгласил мёртвым голосом.

– Кровью оплачен был путь к новой Родине. Мархи взяла свою плату за переход из мира мёртвых в мир живых. Навеки окрасились воды Барьера Мархи кровью мучеников, павших в борьбе с тавнами(5). И не было в те дни ни радости, ни веселья от достижения желанной цели. Каждый орк потерял близких. Но не было у нас слёз, вымытых с наших лиц водами. И стал мировой океан солёным после тех слёз. Только проклятия неслись в ночи от измученных дорогой орков. С печалью, болью и гневом постигли орки великую мудрость. Лишь сообща можно выжить в этом жестоком новом мире.

Эрекшан встал со своего места и подошёл к турианцу.

– Садись, Даффик. Я лучше сам расскажу.

Спаратус увидел в глазах орка глубокую задумчивость и желание разобраться в происходящем, оглядываясь на уроки прошлого. Остальные не смели нарушить молчания, понимая, что шанс узнать истинную полную историю орков им ещё вряд ли выпадет.

И Эрекшан начал рассказ. Довольно живо он говорил об основных моментах. И начал с того, что через некоторое время после ухода Сакеша Огневика в Общность шаманов обуяла великая гордыня от сил, которыми они обладали. Могущество, знания и сила их росли год от года. И вместе с тем гордыня и жажда власти всё более овладевали умами. Красеры в конечном итоге вознесли себя на вершину и стали хозяевами жизни, сделав остальных рабами. Только те, кто обладал способностями мог рассчитывать на хорошую жизнь. Остальные находились под пятой шаманов.

И было так ровно до того момента, покуда один юный шаман в порыве гнева не убил своего младшего брата, у которого не было способностей к красерике. Причины братоубийства крылись в ловких манипуляциях старого шамана племени, который таким образом хотел разорвать всякую связь юного шамана с остальными орками. Но привело это прямо к противоположному результату. Юный шаман, увидев кровь брата на своих руках поступил прямо противоположно ожиданиям своего учителя, обрубив тому голову. И тем начав долгую борьбу с тиранией шаманов, окончившуюся провозглашением Орды и появлением вождей и жрецов -- избранников Общности, нивелировавших могущество шаманов и позволивших оркам построить социально ответственное государство.

В дальнейшем случилось несколько событий, которые определили особенности исторического развития орков. Но фундамент государственности заложенный Яруком Основателем остался незыблемым. Ни Война Технократов, ни Война Трёх Братьев, ни Отделение Странников не смогли заставить орков отказаться от социалистического пути построения государства. Всякий раз после войн государство орков пополнялось новыми социальными прослойками. Грышнак Зыз смог примирить гхойда-нарг (оседлых орков) с айда-нарг (орками-кочевниками), гумнарами-технократами и канди (орками-дикарями), посвятившими свою жизнь защите Природы.

По мере того, как Эрекшан рассказывал события предварившие приход Третьего Ашгана -- Грышнака Зыза, до собравшихся стал доходить масштаб всего исторического пути орков. Тысячелетия были потрачены орками на доработку напильником своего

государства. Тяжелее всего слушать рассказ было Рексу и Башару. Урдноты невольно сравнивали свою историю с историей орков, и им было стыдно, что в своё время кроганы не смогли прийти к там же выводам, что сделали орки. А орки тысячи лет строили своё государство, находя способы сбросить свою агрессию в политических и военных стычках между племенами. Но как бы не бились на смерть племена орков между собой, Орда стояла незыблемой скалой, напоминая всем о прошлых ошибках.

А потом орки пересеклись с ишидами. Те на своих кораблях-ковчегах прибыли на Оркенгард из своего погибающего мира. Грохнувшись оркам прямо на головы посреди Орды ишиды вступили с ними в войну. Слушатели погрузились в атмосферу тех дней, а Эрекшан размеренно рассказывал о столкнувшихся сторонах. Орки -- могучие, закалённые воины, располагающие остатками технологий Древних. Ишиды -- маленькие гениальные технократы и учёные на своих боевых механоидах. Их столкновение длилось пятьдесят долгих лет. Орки давили на поверхности, а ишиды всё глубже зарывались в недра Оркенгарда. В конце концов война была закончена, когда Бурзаш Победитель прорвался в один из подземных городов и увидел, что страшный металлический враг на поверхности -- такие же существа из плоти и крови. И он остановил бессмысленное истребление друг друга. Был подписан мирный договор. Ишиды стали частью Орды, создав прецедент. Бурзашем были разработаны правила принятия в Орду ксеносов. За свои деяния орки назначили его Четвёртым Ашганом.

Но более всего на яркие события отличилась недавняя история орков. События связанные с приходом Пятого Ашгана Маркоша Кромешника Эрекшан рассказывал нехотя. Главным образом потому, что был участником этих событий, в некоторых случаях оказываясь в самом пекле. Чем-то этот рассказ напомнил орку исповедь в некоторых аспектах.

Однако по мере рассказа некоторые моменты, которые он для себя не мог связать воедино, получили объяснение. Мысли в голове Хранителя Очага по новой расставляли знания на полках памяти. Его рассказ близился к завершению, когда свой вопрос задала Эана.

– Это самая необычная история развития цивилизации, что мне приходилось слышать. Но мы так и не услышали, когда и где это происходило. Я так понимаю, что вы в этой галактике оказались не случайно? И думаю ваши старые знакомые тоже. Ибо к чему тогда весь рассказ?

Хранитель Очага переменился в лице словно только до него дошло нечто забытое. Хлопнув себя ладонью по лицу, Эрекшан, поминая по матушке экзотическую фауну, запрыгнул прямо в Тёмное Пламя, горевшее в зале святилища. Но вместо того, чтобы оказаться в его основании, орк взмыл в середину огромного вечного костра. Паря в невесомости, он скукожился в позу зародыша и проводил странные манипуляции оставаясь неподвижным. По Пламени замелькали странные блики, словно вместо огня было ночное небо. Затем Эрекшан выпрямился и выпрыгнул из пламени. На него было страшно смотреть: осунувшийся орк заметно потерял в весе, из глаз и носа текла кровь, а на зелёной коже проступили новые татуировки. Верхнюю накидку он сбросил прыгая в Пламя, так что его мускулистый и жилистый торс испещрёный новыми знаками был виден всем.

Но далее начался форменный бардак. Из пламени шагнула огромная фигура. Это был старик с белоснежной бородой и в таких же белоснежных одеяниях. В два шага оказавшись около Эрекшана он подхватил того за горло и произнёс нечто грозное. И помочь как-либо Хранителю Очага никто не мог. Все просто приросли к своим местам от ужаса, когда неизвестный вторженец вышел из огня. Но ничего не пришлось делать: Эрекшан просипел нечто неразборчивое и рука великанского старика разжалась.

– Ну кто вызывает меня так срочно! Малыш, тебе жизнь не мила? У меня сейчас в полсотни реальностей идёт война.